Понятие, условия и порядок усыновления (удочерения) детей по законодательству Российской Федерации

История усыновления

Усыновление как «искусственное сыновство», как прием «стороннего» в состав семьи совершалось в Древней Руси еще во времена язычества. В пору, когда на смену язычеству пришло христианство, усыновление осуществлялось церковью посредством особого акта, исходящего от церковной власти. Оно освящалось особым церковным обрядом «сынотворенья». Для того чтобы усыновление имело силу, оно подлежало утверждению епархиальным архиереем при соблюдении определенного церковного обряда. Такими были требования, предъявлявшиеся к усыновлению нормами византийского права, под влиянием которых тогда находилась Русь. Что же касается русского обычного права, то оно предусматривало разные процедуры усыновления, сохранявшиеся долгое время. В их числе: обряд фиктивного рождения. Для большей достоверности в некоторых местностях на мнимую роженицу надевали рубашку, испачканную кровью. Имитировать роды мог и мужчина. Считалось, что обряд, имитирующий роды ребенка мужчиной, сопровождал усыновление им ребенка; женитьба на вдове брата; фактический прием усыновляемого в дом; особый договорный акт между усыновителем и усыновляемым. Кавелин. К. Д. Очерк отношений возникающих из семейного союза. СПб, 1884. С.35 - 37.

Следовательно, усыновление было известно еще тогда, когда существовала древняя семья с патриархальным отцом семейства во главе, в которую одинаково входили и дети, и рабы, и принятые в семью (примаки) из чужой семьи. Но если ранее усыновление вызывалось потребностью сохранить численность, прочность общины, то со временем все отчетливей становится другая цель усыновления - иметь наследника, который поминал бы души бездетных супругов. Это был своеобразный отголосок древности, поскольку в пору христианства заботу о душе усопшего можно было поручить церкви, а в языческие времена принесение ему жертв составляло исключительную обязанность его детей. Вместе с тем при усыновлении учитывались интересы не только усыновителя, но и усыновляемых, особенно тех, кто утратил собственную семью.

Долгое время правила, касающиеся усыновления, не подвергались существенным изменениям и по-прежнему отличались большим разнообразием. Но по мере укрепления частнособственнических начал в семейных отношениях все большее значение стало приобретать предписание: нельзя усыновлять своих незаконных детей. Тем самым создавались преграды на пути возможного посягательства на собственность усыновителя со стороны его незаконных детей.

В период реформ Петра I усыновлению как таковому специально внимания не уделялось. То же было характерно для эпохи царствования Екатерины II, которая много занималась укреплением правовых основ Российского государства, правовым регулированием различного рода отношений, в том числе семейных и особенно связанных с защитой прав детей. Но специальных законов, посвященных усыновлению как таковому, тогда не было. Лишь в порядке исключения она разрешила двум братьям графам Остерманам усыновить старшего внука их сестры. Подобного рода разрешение послужило в дальнейшем основанием для других усыновлений с согласия самой императрицы в каждом конкретном случае.

Законодательство, посвященное усыновлению, стало развиваться в основном в начале 19в. 11 октября 1803 г. появился Указ, позволяющий бездетным дворянам усыновлять ближайших законнорожденных родственников «через передачу им при жизни фамилии и герба» и оставление по смерти в наследство недвижимого имущества. Усыновленные дети признавались как бы родными «во всех наследственных линиях и не могли быть отчуждаемы от прав, присвоенных общими узаконениями равным степеням родства». Несколько позже появляется целая серия указов, специально предназначенных для усыновления. Все они обращали внимание на необходимость неукоснительного соблюдения принципа сословности при усыновлении дворянами, купцами, нижними воинскими чинами и т.д. Усыновление лицами, принадлежащими к дворянскому сословию, в то же время получило значение генеалогического и предназначалось для поддержания угасающей фамилии. Но существовало оно не только для поддержания угасающей фамилии, но и с целью приобретения ребенком новой семьи. Нечаева. А. М. Семейное право: учеб. пособие./А.М.Нечаева - 4-е изд., перераб. и доп. - М.: Издательство Юрайт; ИД Юрайт, 2010. С.212.

С середины 19в. стали появляться правила, оказавшие влияние на усыновление, и в их числе те, что позволяли усыновлять не только сирот. Однако, если родители ребенка были живы, требовалось их согласие на усыновление. Заметной вехой в законодательстве, посвященном усыновлению, стал Закон от 12 марта 1891 г. «О детях усыновленных и узаконенных». Этот закон разрешал не только узаконить, но и усыновлять незаконнорожденных детей. Причем распространялось такое разрешение на всех детей безотносительно к их сословной принадлежности и вероисповеданию. Усыновителями тоже могли быть все лица, за исключением обреченных по своему сану на безбрачие. Но вводились и некоторые ограничения. Так, усыновлять было разрешено лишь тем, кто не имел собственных законных или узаконенных детей. Исключение составляли мещане и сельские обыватели. Не могли быть усыновителями также лица моложе тридцати лет. В результате усыновления усыновленный считался вступившим с усыновителем в ближайшую родственную связь. Он приобретал все права, принимал на себя все обязанности, относящиеся к законным детям. В это время усыновление понималось уже более широко - не только как средство решения имущественных проблем, но и как акт, имеющий моральное значение. В любом случае оно тесно связывалось с мотивацией поведения усыновителя, а потому усыновление делилось на несколько категорий. В первую входило усыновление по обещанию, которое считалось самым ценным, поскольку обещавший усыновить обычно делал все, чтобы усыновленному ребенку было у него хорошо. Во вторую категорию входило усыновление ребенка привязавшейся к нему кормилицей. И, наконец, в третью, менее желательную - усыновление «за награду». Считалось, что ценность такого акта невелика. Нечаева.А.М. Указ. соч. С. 212.

Свод Законов Гражданских, впитавший многовековой опыт правовой культуры прошлого, по-прежнему всячески охранял принцип сословности. Это обстоятельство отражалось в конкретных правовых предписаниях. Так, усыновление дворянами осуществлял окружной суд, мещанин и сельский обыватель усыновляли ребенка благодаря его приписке к своей семье и т.д. Но кроме разрешения на усыновление существовали определенные запреты, которые чаще всего связывались с необходимостью соблюдения церковных предписаний. Например, запрещалось усыновление лиц христианского вероисповедания не христианами и, наоборот. Вместе с тем предпринимались всяческие меры к тому, чтобы не нарушить интересы законных наследников. Поэтому Свод Законов Гражданских не допускал усыновления чужих детей, если у усыновляющего были собственные законные или узаконенные дети.Кавелин. К.Д. Указ. соч. С. 156 - 157. Сохранялись и существовавшие прежде правила по поводу разницы в возрасте усыновителя и усыновляемого, «по крайней мере, восемнадцатью годами», согласия родителей, опекунов ребенка на его усыновление и др.

Кроме общих правовых предписаний, предназначенных для усыновления, существовали специальные правила, предусматривающие усыновление отдельных категорий детей. Так, по Правилам об усыновлении питомцев Санкт-Петербургского и Московского воспитательных домов в возрасте до семи лет на их усыновление требовалось кроме согласия матери разрешение начальства воспитательного дома. Усыновление воспитанника старше семи лет допускалось без согласия его матери. Другой пример: ребенка, принесенного в воспитательный дом с метрикой о рождении, можно было усыновить только после достижения им трех лет, а при отсутствии такой метрики - по истечении шести недель со дня отдачи в воспитательный дом. Что касается процедуры усыновления, существовавшей в России в конце 19 в., то простотой она не отличалась. Определялась она Уставом гражданского судопроизводства в зависимости от сословия усыновителя. Для дворян эта процедура была особенно сложной и состояла из нескольких этапов: составления акта об усыновлении у нотариуса; представления этого акта на разрешение окружного суда по месту жительства усыновителя; утверждения этого акта судебной палатой. При рассмотрении ходатайства об усыновлении окружным судом опекунское учреждение должно было представить «удостоверение», подтверждающее, что усыновление не обратится во вред усыновляемому. Исаченко. В.Л. Русское гражданское судопроизводство. Практическое руководство для студентов и начинающих юристов. Т.2. СПб,1910, с.3.

В результате состоявшегося усыновления возникали отношения, которые были только приближены к отношениям кровнородственным, но полностью с ними не совпадали. Существовали довольно многочисленные ограничения на этот счет, которые касались разных сфер отношений. Например, усыновитель мог передать свою фамилию усыновленному только при условии, что он не пользуется большими правами состояния. Передача усыновленному фамилии потомственного дворянина допускалась только по Высочайшему соизволению. Усыновленный не приобретал после смерти усыновителя права на его пенсию и т.п. Становясь наследником в «благоприобретенном» имуществе усыновителя, усыновленный вместе с тем не приобретал равного права наследования на имение усыновителя, не имеющего родных сыновей, а имеющего лишь дочерей. Вместе с тем по законам Российской Империи усыновленный сохранял право наследования по закону после своих родителей и их родственников. Следовательно, родительские правоотношения после усыновления частично сохранялись. Нечаева. А. М. Указ. соч. С.213.

Таким образом, для конца 19 и начала 20 в. характерно использование усыновления, прежде всего для охраны имущественных интересов усыновителя-наследодателя. Одновременно благодаря усыновлению осуществлялась защита прав ребенка путем его устройства в семью усыновителя. Особое значение это имело для осиротевших детей. В сельской же местности усыновление давало возможность усыновителю приобрести дополнительные рабочие руки в домашнем сельском хозяйстве. И, что не менее важно, с помощью усыновления хозяйскому сыну можно было избежать воинской службы, так как усыновленный мог его заменить в случае призыва. Поэтому существовал специальный закон, где говорилось, что для исполнения воинской повинности имеет значение усыновление детей не старше пяти лет. Немаловажным для усыновителя соображением было его желание иметь в преклонном возрасте помощника и кормильца. Далеко не всегда усыновитель руководствовался соображениями материального, делового характера. Не было редкостью и усыновление как способ удовлетворения естественных чувств любви и привязанности, не находящих применения за отсутствием собственных детей.

После Октябрьской революции практически во всех сферах жизни российского общества произошли серьезные перемены. Не стало исключением и правовое регулирование семейных отношений. В частности, с 1918 года было отменено усыновление. Кодекс 1918 г. его не предусматривал, что объяснялось нежеланием «открывать путь» для эксплуатации труда малолетних - особенно в деревне. Немалую роль в полном отрицании усыновления сыграла отмена наследования. Однако бессмысленность отмены усыновления стала очевидной не скоро. Нечаева. А. М. Там же. С.213.

Исследователи называют несколько причин столь кардинального изменения в советском семейном законодательстве по сравнению с законодательством царской России. Основная из них - опасение, что в существующей на тот момент политической и социальной обстановке "усыновление будет использоваться для обхода закона, а именно - запрета использования наемного труда и отмены права наследования.

Другая причина - ненадобность усыновления для целей уравнения в правах детей, рожденных в браке и вне брака. Вопрос о социальном статусе незаконнорожденных детей был актуальным во все времена, и регулярно предпринимались попытки его решения при помощи института усыновления. Декретом Совета Народных Комиссаров от 19 декабря 1919 года были уравнены в правах дети рожденные в браке и внебрачные дети. Для отмены усыновления существовала и причина идеологического характера. Предполагалось, что органы социального обеспечения будут иметь широчайшие задачи и функции, что будет устранена частная благотворительность, а заботу о детях целиком возьмет на себя государство. В первые годы советской власти роль государства в деле воспитания детей абсолютизировалась. Как писал П. И. Люблинский, «государство должно быть высшим опекуном ребенка... Государство рассматривает родительскую власть лишь как некоторую подчиненную его надзору форму попечения о ребенке… Государство, а не семья, определяет минимум необходимого для ребенка образования, ухода, благополучия семейные отношения перестают быть одним из институтов права частного, как - то традиционно признается, а становятся одним из отделов права публичного, проникнутого властным вмешательством государства". Люблинский П.И. Копелянская. С.Е. Охрана детства и борьба с беспризорностью. Л., 1924, С.8.

В литературе называлась еще одна, причина - теоретического характера. В основу семейного союза Кодексом 1918 г. было положено "действительное происхождение" детей. Это начало было несовместимо с институтом усыновления. Считалось, что усыновление создает искусственное родство, а новое право, порывающее с фикциями вообще, и в этом случае от них отказывается.

Несмотря на отмену права усыновлять, законодатель признавал отношения усыновления, возникшие ранее. Усыновленные в дореволюционный период в соответствии с законодательством, действовавшим на момент установления усыновления, приравнивались к родственникам по крови. Но признавались только такие отношения, которые фактически действовали к моменту издания Кодекса.

Как способ узаконения фактических отношений усыновления во многих местах использовали институт примачества. Земельный кодекс Советской республики устанавливал, что состав крестьянского двора увеличивается в случае вхождения в крестьянский двор примака. Примаком мог быть не только несовершеннолетний, но и совершеннолетний. Иногда примаком являлось семейное лицо, тогда оно принималось на двор с семьей. После этого примак становился полноправным членом крестьянского двора и приобретал права на имущество общего пользования. Размер доли примака в имуществе крестьянского двора определялся исходя из времени его работы и вложенного труда. Существовал особый порядок вхождения примака в крестьянский двор. Этот вопрос решался всем крестьянским обществом, поскольку примаку предоставлялся земельный надел из общественного фонда.

Но попытки использовать примачество как замену усыновления не удовлетворяли полностью ни интересам семьи, ни интересам ребенка, принятого в семью, так как порядок установления отношений примачества, правовое положение примака и членов крестьянского двора значительно отличались от модели желаемых отношений. Эти институты имели разные цели. В основе отношений примачества лежал договор между примаком и крестьянским двором, одним из основных условий которого был личный труд примака. Ребенок же принятый в семью, в силу возраста или физических данных не всегда мог участвовать в трудовой жизни семьи. Защита прав примака в отношениях с крестьянским двором полностью ложилась на него самого, тогда как при усыновлении защита прав несовершеннолетних поручалась усыновителям, родителям и соответствующим государственным органам.

В стране повсеместно росла детская беспризорность. Кроме того, содержание огромного количества детских учреждений для детей, лишенных родительского попечения, значительно увеличивало государственные расходы страны, и без того находившейся в тяжелом экономическом положении в результате войн.

Таким образом, необходимость возрождения института усыновления становилась все более очевидной. Вот почему незадолго до принятия нового, второго по счету семейного кодекса появился Декрет ВЦИК и СНК РСФСР от 1 марта 1926 г. «Об изменении Кодекса законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве», которым вводилась новая глава, посвященная специально усыновлению.

Кодекс законов о браке, семье и опеке 1927 г. уделял усыновлению сравнительно мало внимания. Домбровский. Е.И. Усыновление и опека по действующему закону и проекту Кодекса законов о браке, семье и опеке//Сборник статей и материалов по брачному семейному праву. М., 1926, С 82. Его предписания в этой части либо имели общий, традиционный характер, либо содержали особенности, продиктованные новыми требованиями времени. По сути дела существовавший веками в России принцип сословности был сохранен и продолжал жить, но только в ином облике. Так, ни при каких обстоятельствах не допускалось усыновление ребенка лицами, не имеющими права быть опекунами. А это были лица, лишенные избирательных прав, причисляемые к «враждебным классам». Считалось, что нельзя допустить, чтобы воспитанием усыновленных занимались «враждебные элементы», которых выгоняли, выселяли, раскулачивали как классовых врагов. К тому же считалось, что кулак не может дать своему усыновленному ребенку надлежащее школьное воспитание, поскольку дети кулака принимались в школу при вакантных местах и в последнюю очередь. Подвергался сомнению и вопрос о том, может ли какой-нибудь нэпман обеспечить усыновленному им ребенку нормальное общественное, трудовое воспитание.

По кодексу 1927 г. правовым основанием усыновления было постановление (решение) органа опеки и попечительства, после вынесения, которого усыновление регистрировалось в органах записи актов гражданского состояния. Отменить усыновление можно было двояким путем: с помощью либо органов опеки и попечительства, когда об этом просили родители, без согласия которых состоялось усыновление, либо суда.

Правовые предписания того времени относительно усыновления были предельно лаконичными, что порождало множество проблем в правоприменительной практике. И по мере накопления опыта становилось ясно, что существующих правовых норм для последовательной защиты усыновленного ребенка явно недостаточно. К числу наиболее острых относился вопрос о возможности усыновления без согласия родителей. Путь к защите прав ребенка в таких случаях был открыт еще в 1934 г. циркуляром Нарком проса РСФСР, разрешавшим усыновление без согласия родителей, если более года было неизвестно их местопребывание, а также когда они жили отдельно и не участвовали в воспитании и содержании несовершеннолетнего.

Усыновление детей в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. позволило облегчить судьбу тех, кто потерял родителей, и стало своеобразным символом проявления патриотизма и гуманности. Усыновление детей, находящихся в эвакуации, потерявших свою семью и родителей, приняло массовый характер безотносительно к национальной принадлежности усыновителя и усыновляемого. С целью усовершенствования действовавшего законодательства по усыновлению в 1943 г. был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об усыновлении». Это был еще один шаг к укреплению правовых предпосылок усыновления. Он разрешал присвоить усыновленному ребенку фамилию, отчество усыновителя, записать его в качестве родителя. А таких семей было много, особенно там, куда эвакуировали детей. Поэтому усыновление детей гражданами среднеазиатских республик в годы войны приняло массовый характер. Нечаева. А. М. Указ. соч. С.214.Но только спустя много лет, в 1969 г. Кодекс о браке и семье РСФСР достаточно подробно и тщательно урегулировал отношения, связанные с усыновлением. И чтобы было ясно, что речь идет о детях обоего пола, в тексте этого кодекса стал фигурировать помимо термина «усыновление» термин «удочерение». Специальные правила, посвященные усыновлению без согласия родителей, изменению фамилии, имени, отчества усыновляемого, отмене усыновления только в судебном порядке, и прочие облегчали возможность такого усыновления, которое отвечало интересам ребенка, и одновременно не допускало неоправданного нарушения прав его родителей, других лиц. Теперь основной идеей усыновления стали интересы не только усыновляемого, но и лиц, желающих обрести родительские права и обязанности, стремящихся к тому, чтобы их семья была полной, а под интересами усыновляемого стали понимать, прежде всего, благоприятные условия его воспитания.

Обзор основных этапов развития законодательства об усыновлении в России наглядно демонстрирует, как время и своеобразие того или иного отрезка истории Государства Российского сказались на усыновлении, которое, казалось бы, носило частный характер. Тем не менее, именно усыновление во все времена как зеркало отражало особенности государственного воздействия на семейные отношения. И, что не менее важно, гл. 19 СК, посвященная усыновлению, позволяет утвердиться в понимании сути усыновления как способа устройства нуждающегося в том ребенка.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   Скачать   След >