Понятие и основание компенсации морального вреда

Для более глубокого понимания сущности и содержания морального вреда необходимо понять смысл такого психического явления, как страдание. В толковом словаре русского языка страдание определяется как «физическая или нравственная боль, мучение», а боль в свою очередь, связывается, с «ощущением страдания». Таким образом, и боль, и страдания неразрывно связаны между собой.

Характерными признаками страдания, которые, в частности, могут быть установлены и использованы в суде, являются следующие: поведенческие признаки и психическое состояние человека.

В ГК РФ, а также в ППВС РФ от 28 июнь 2012 г. N 6 употребляются две разновидности страданий: страдания нравственные и страдания физические.

Вместе с тем, понятие «нравственность» и производное от него прилагательное «нравственный» можно понимать в нескольких смыслах. Во-первых, нужно определить понятие «нравственность» - это прежде всего, правила, определяющие поведение человека в обществе, но кроме этого в понятие нравственности вкладываются «духовные, душевные качества, необходимые человеку в обществе, а также выполнение этих правил поведения». [7]

С этой точки зрения нравственные или душевные страдания человека напрямую связаны с его глубинными личностными структурами, которые подвергаются посягательству, что и вызывает у него столь сильную ответную эмоциональную реакцию в виде отрицательных переживаний, называемых страданиями. Следует отметить, что понятие «физические страдания» не совпадает по своему содержанию с понятием «физический вред» или «вред здоровью». Физические страдания - это одна из форм морального вреда, в том его виде, как он определен в российском законодательстве (ст. 151 ГК РФ). В то же время физический вред (его еще называют органическим), представляет собой любые негативные изменения в организме человека, это вред материализованный; негативные изменения происходят в организме под влиянием определенных внешних воздействий. Эти изменения в свою очередь приводят или могут привести к изменениям в состоянии психического благополучия или в имущественной сфере личности. Следовательно, любой органический вред в целях его возмещения распадается на моральный и имущественный.

Моральный вред компенсируется лишь при подтверждении факта причинения потерпевшему нравственных или физических страданий. [17]. Обязанность доказывания, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, лежит бремя доказывания на самом потерпевшем. Моральный вред компенсируется в случаях нарушения или посягательства на личные нематериальные блага (права) граждан. При нарушении имущественных прав граждан компенсация морального вреда допускается лишь в случаях, предусмотренных законом. [17]

А.М. Эрделевский, полагает, что безоговорочное отнесение психического благополучия к числу нематериальных благ в смысле ст. 150 ГК РФ означало бы выхолащивание ограничений, установленных в отношении возникновения права на компенсацию морального вреда в ст. 151 ГК РФ. [13]

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении №10 от 06 февраля 2009 г. отметил, что «на требования о компенсации морального вреда исковая давность не распространяется, поскольку они вытекают из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ». В ст. 208 ГК устанавливается, что исковая давность не распространяется «на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ». [21]

Вернемся к возмещению вреда, как помним, это одно из требований, которые могут вытекать из нарушения личных неимущественных прав. Здесь нужно отметить, что в отношении требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, законодатель предусматривает специальные правила о неприменении исковой давности - требования, предъявленные по истечении трех лет с момента возникновения права на возмещение такого вреда, удовлетворяются за прошлое время не более чем за три года, предшествовавшие предъявлению иска.

По общим правилам срок исковой давности начинает течь с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (ст.200 ГК РФ). Применительно к компенсации морального вреда это означает, что течение срока исковой давности должно начинаться в момент начала претерпевания страданий, но не ранее момента осознания потерпевшим причинной связи между испытываемыми страданиями и нарушением личных неимущественных прав. [5]

Претерпевание страданий лишает человека психического благополучия (полностью или частично). По моему мнению, психическое благополучие - одно из нематериальных благ, принадлежащее гражданину от рождения, и одновременно одно из составляющих другого нематериального блага -здоровья в широком смысле. Нарушение психического благополучия как результат неправомерных действий (бездействия) со стороны правонарушителя никогда не наступает само по себе, а лишь в соединении с нарушением какого-либо иного вида принадлежащих гражданину прав. Поэтому при совершении правонарушения для возникновения права потерпевшего требовать компенсации морального вреда и корреспондирующей этому праву обязанности правонарушителя выплатить такую компенсацию, необходимо наличие причинной связи между следующими юридическими факторами: неправомерное действие (бездействие) - нарушение неимущественного права и умаление иного нематериального блага - нарушение психического благополучия (возникновение страданий). Между наступлением этих фактов возможно истечение некоторого промежутка времени (например, между моментом умаления его чести и началом претерпевания страдания по этому поводу).

Также необходимо затронуть ст. 151 и 1099 ГК устанавливается принцип сингулярного деликта, т.е. компенсации морального вреда при нарушении иных прав возможна лишь в случаях, специально предусмотренных законом, например, Законом РФ от 02 июля 2013 г. «О защите прав потребителей», Федеральным законом от 01 ноября 2012 г. «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации». [2]

Под иными (т.е. отличными от упомянутых в ст. 150 ГК РФ) правами следует понимать:

- во-первых, имущественные права;

- во-вторых, неимущественные права, не имеющие признаков, свойственных личным неимущественным правам, упомянутым в ст. 150 ГК (например, неимущественные права акционеров, установленные Федеральным Законом РФ от 28 декабря 2013 г. «Об акционерных обществах»). [1]

Таким образом, многие авторы считают, что существенных различий между возмещением и компенсацией морального вреда нет. Очевидно, законодатель хотел изменением терминологии подчеркнуть лишь особый характер этого вида вреда, но так ли это? Ведь вред нельзя возместить, так как денежная сумма не может и не способна возместить страдания лица. Важное значение, при компенсации морального вреда имеют сроки введения в действие соответствующих нормативно-правовых актов. Так как вопросы компенсации морального вреда в сфере гражданских правоотношений регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в разные сроки, возможность получения такой компенсации зависит от того:

- допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений;

- когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях;

- когда были совершены действия, повлекшие причинения морального вреда.

В уголовном судопроизводстве моральный вред приобретает особое правовое значение. В первую очередь, наличие морального вреда является основанием признания лица потерпевшим, а в некоторых случаях -- необходимым элементом состава преступления. Далее, моральный вред становится одним из обстоятельств, входящих в предмет доказывания. Наконец, моральный вред можно рассматривать в уголовном процессе как негативные последствия преступления, подлежащие компенсации (возмещению), -- он становится необходимым условием защиты нарушенного уголовным деликтом права потерпевшего (условием компенсации морального вреда. Все указанные возможности понимания морального вреда объединяются его сущностью как отрицательного последствия для личности человека и различаются поставленными задачами. Можно выделить определенные критерии для решения субъектами правоприменения вопроса о наличии морального вреда в каждом конкретном случае. К таковым, в частности, следует отнести субъективный фактор -- восприятие потерпевшим негативных последствий преступления.

В силу данного критерия можно считать установленным факт причинения морального вреда преступлением против чести и достоинства личности, но только в случае возбуждения потерпевшим уголовного преследования путем подачи соответствующего заявления. При совершении преступления против жизни и здоровья наличие морального вреда должно быть доказано в каждом случае причинения вреда здоровью человека. Преступления против собственности причиняют моральный вред потерпевшему только в тех случаях, когда сам способ совершения деяния, сами действия виновного вторглись в область внутренней жизни человека. В остальных деликтах моральный вред является последствием вреда имущественного и в силу этого самостоятельного значения в уголовном процессе не приобретает. Следует отметить, что субъективный фактор приобретает особенную значимость при покушениях на преступления, так как по таким делам моральный вред становится единственным основанием признания лица потерпевшим. [18]

После признания лица потерпевшим (по признаку причинения морального вреда) одной из задач должностного лица, ведущего расследование, становится рассмотрение морального вреда как обстоятельства, подлежащего доказыванию по уголовному делу. Закон требует установить размер и характер вреда, то есть в чем именно выражались физические или нравственные страдания, какова их степень и глубина. [25]

Таким образом, понимание сущности морального вреда, причиненного преступлением, как негативных последствий для различных составляющих благосостояния человека позволяет выделить один из основных критериев существования морального вреда -- субъективное мнение потерпевшего. [19]

Статья 31 Основ говорила, что моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем при наличии его вины, а в п. 6 ст. 7 Основ указывалось, что гражданин или юридическое лицо, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

Понятие «достоинство» вряд ли уместно применять к юридическому лицу, искусственному образованию, которое не обладает собственным сознанием и психикой. Что же касается чести юридического лица, то представляется, что это понятие полностью охватывается понятием «деловая репутация», т.е. оценка обществом поведения юридического лица не только в гражданско-правовых, но и в любых других, свойственных природе юридического лица отношениях.

В ст. 152 действующего ГК РФ сняты противоречия, связанные с вопросом о применимости понятий «честь, достоинство» к юридическому лицу. Пункт 7 ст. 152 ГК полностью устраняет эти понятия из области правового регулирования ГК, предусматривая гражданско-правовую защиту только деловой репутации юридического лица. Однако, формулируя п. 5 ст. 152 ГК, законодатель допустил, неточность, которая приводит к спорам по поводу применимости понятия «моральный вред» к юридическим лицам, а также вызвать иные осложнения.

В п. 5 ст. 152 ГК установлено, что гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его деловую репутацию, вправе требовать «возмещения убытков и морального вреда», а в п. 7 той же статьи предусмотрено, что правила этой статьи о защите Деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении № 11 от 25 апреля 2009 г. выразил противоположный взгляд на эту проблему, указав, что правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случае распространения таких сведений в отношении юридического лица.

Однако, Пленум совершенно необоснованно проигнорировал слова «применяются соответственно», не дав им должной оценки. Это привело к предъявлению исков о компенсации морального вреда юридическими лицами, а суды, в свою очередь, непреклонно отказывают в удовлетворении таких исков, основываясь при этом, например, на п. 1 того же постановления Пленума, так как истец -- юридическое лицо не сможет доказать факт претерпевания им физических или нравственных страданий. Так, Савеловским народным судом г. Москвы был рассмотрен иск страховой компании к средству массовой информации. Предметом иска было требование страховой компании об опровержении сведений, порочащих ее деловую репутацию (осуществление деятельности без соответствующей лицензии), сопряженное с требованием о возмещении убытков и компенсации морального вреда. Суд удовлетворил требования об опровержении сведений и возмещении убытков и отказал в удовлетворении требования о компенсации морального вреда, исходя из неприменимости понятия морального вреда к юридическому лицу. [23]

Статья 1068 ГК, возлагает на юридическое лицо обязанность возмещения вреда, причиненного работником при исполнении им трудовых (служебных) обязанностей. Такой вред считается причиненным самим юридическим лицом, а вина его работников -- виной самого юридического лица.

Итак, во всех случаях, когда мы встречаемся с категориями которые применительно к юридическому лицу могут подразумевав его некую «психическую деятельность», это оказывается психическая деятельность физических лиц, и лишь наличие в каждом конкретном случае специальной правовой нормы позволяет считать ее психической деятельностью юридического лица.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   Скачать   След >