СОЦИОЛОГИЯ ПОЛИТИКИ

• пропедевтическое замечания "О понятии" народ "и" народные интересы "

• Классы и социальные группы: проблемы и мнения

• Социометрическое изучения малых групп "Классы в структуре политического общества

• Диктатура или представительная власть?

• Государство и гражданское общество

• Идея правового государства и ее реализация

• Переоценка исторических функций государства в трудах ученых конца XX в. ("народное государство", "государство благосостояния", "социальное государство", "индустриальное общество", "постиндустриальное общество")

Пропедевтическую замечания

Известный американский политолог, профессор политической науки Университета штата Нью-Йорк Дж. Ганнелл, оценивая современное состояние политической теории, отмечает, что эту теорию сейчас не выделяют ни высокий уровень теоретических обобщений, ни активное участие в политических изменениях. По его мнению, существует ряд устоявшихся мифов, которые формируют в научном сообществе образ политической теории. В частности, миф о том, что канонизирована традиция политической теории, достигает древнегреческого мыслителя Платона, дает ключ к постижению современной политической реальности, и что политика представляет собой нечто более возвышенное и ценное, чем обычная человеческая деятельность у станка или в предпринимательской конторе. Еще один миф - отождествление академических политико-философских дискуссий с непосредственным политическим диалогом.

На самом деле, пишет Ганнелл, политическая теория очень часто занимается не исследованием политических объектов, не конкретно явлениями политической жизни, а блужданием вокруг "философских образов" политики, абстрактно-спекулятивным рассмотрением "природы политики". В результате политическая теория оказывается отчужденной от реальной политической практики.

Попытки преодолеть кабинетнисть "знаний о политике" и выйти в сферу подлинного знания политики привело к созданию на рубеже XIX-XX вв. самостоятельной политической науки. Эмпирическая ориентация последней позволила разграничить философию политики и социологии политики в рамках единой политической науки.

В политике разные цели отражают различные социальные интересы. Обычно это принимает форму борьбы между политическими противниками, каждый из которых осуществляет свою собственную политику, засадовимы для которой различия классовых и социально-групповых интересов, хотя внешне политическая борьба в устах политиков выглядит как борьба за всеобщие (общенародные) идеалы и цели. Однако на самом деле каждая партия заботится о своих групповых интересов, которые порой даже не отвечают интересам тех классов или слоев или групп общества, которые фактически или формально представляют эти партии в лице их идеологов и руководства.

Нынешние политические партии в форме организаций с определенными правилами членства, должностными лицами и программами является продуктом современной демократии в рамках конституционного государства. В этих рамках для достижения государственной власти с целью управления социальными институтами недостаточно только объединиться, распределить "портфеле" и пытаться пропагандировать партийную программу. Необходимо еще завоевать голоса избирателей. А это дело не из простых. Приходится лавировать между интересами различных социальных групп, слоев и классов, признавая если не на словах, то хотя бы по умолчанию тот неоспоримый факт, что общество имеет сложную социально-классовую структуру разновекторной направленности.

Партии не обязательно создают с открытым намерением отстаивать интересы какого-то одного класса. Это как-то не очень "благородно". Другое дело "общенародные интересы", когда все, словно в армии, бодро чеканят шаг по пути, указанному "мудрыми командирами" от политики. Однако такие "общенародные" партии, как показывает реальный исторический опыт, не могут быть долговечными и стабильными организационными структурами. Только в том случае, если партия честно и открыто заявит, на чьей она стороне и чьи преимущественно интересы выражает, она может рассчитывать на жизнестойкость и поддержку со стороны тех социальных сил, которые признают его за своего. У партий же, которые не выражают определенных социальных интересов, меньше шансов на успех в политике. Только если идеология партии и осуществляемая ею политика в достаточной степени совпадают с интересами конкретных социальных групп, в обществе появляется стремление сохранить эту партийную организацию.

Интересно, что партии, которые заботятся о "народе", часто имеют очень рыхлая идеологию и весьма расплывчатую политическую философию. Почему так происходит?

Чтобы ответить на этот и ряд других вопросов, необходимо обратиться к социологии политики, нарушив при этом методологические проблемы, которые в свое время были проанализированы в произведениях Г. В. Ф. Гегеля и Маркса. Но перед тем - один поучительный пример.

- Кто мыслит абстрактно? - Однажды спросил Гегель сам себя и немедленно ответил: - Необразованная человек.

Предположим, продолжал рассуждать наш мудрый философ ведут на казнь убийцу. Для толпы он убивает, и только. Но вот какая-нибудь недальновидная барышня заметит вслух, что этот убийца - красивый человек. Естественно, такое замечание возмутит толпу. Как же так? Убивец - красивый? Можно рассуждать так глуп? Сама, наверное, не лучше!

Так что же получается? А значит в этой ситуации следующее. Мыслить абстрактно - значит видеть в убийцы только одну сторону - что он убийца. Но тем самым в нем уничтожают все другие качества, составляющие в целостности человеческого существа.

"Вот уже загнул философ!" - В сердцах скажет кто-нибудь. Хорошо, обратимся к другому примеру. Однажды наш философ был свидетелем базарной ругани между покупательницей и Крамарка.

- Эй, старуха, ты продаешь тухлые яйца! - Сказала покупательница крамарци.

- Что ?! - Заорала я. - Мои яйца тухлые ?! Сама ты тухлая! Но не твоего отца вши в канаве заели, не твоя мать с французами крутила, не твоя баба умерла в богадельни! Ишь которая, целое одеяло на платок перевела! Знаем, откуда все эти тряпки и шляпки! Если бы не офицеры, не будем франтовато бы тебе в этом наряде! Порядочные женщины за своим домом следят, а таким, как ты, - прямой путь в тюрьму!

Крамарка и крошки хорошего, красивого в обидчице не замечает и не хочет замечать. Она мыслит абстрактно, поскольку видит в покупательницы только обидчицу, зато те офицеры, которые были упомянуты, наверное, заметили в этой женщине совсем другие детали.

Так кто все же прав?

Прав тот, кто не доверяет первому впечатлению, к тому же эмоционально окрашенным в зависимости от ситуации, настроения и т.

Когда философы отстаивают положение, что истина чувственной достоверности есть нечто в высшей степени абстрактное и скудное, то меньше дискредитируют трезвый рассудок. Просто надо учитывать, что для обыденного сознания чувственная реальность представляется чем-то богатым, содержательным, конкретным. Дело в том, что обыденном сознании необразованного человека конкретность реальности не дана, как не дано увидеть продавщицы тухлых яиц в покупательницы, которая выразила сомнение в свежести товара, хорошенькую барышню.

Непосредственная чувственная достоверность возникает на самом деле как-то одностороннее, бесцветное, хаотичное. Если подходить к ней без каких-либо вероятно поставленных вопросов, эта чувственная данность является для человека, который ее воспринимает, плохо различимые предметом. Ситуация напоминает близорукую человека, потерявшего очки и общается с окружающим миром на ощупь.

Что же предлагает Гегель? Гегель совершенно верно указывает на то, что процесс познания движется от абстрактного, одностороннего к конкретному, к сросшейся многосторонности, а не наоборот, как это считают обычно. Познавательный движение от абстрактного к конкретному представляет собой восхождение к внутренней единства наших знаний о том или ином предмете. Необразованный же человек, который мыслит, как правило, абстрактно, не может и не хочет заметить взаимосвязи различных аспектов рассматриваемого предмета. Мыслить абстрактно - значит видеть в предмете только одно качество, игнорируя остальные.

Но это еще не все. Абстракция и ее отрицание - первый шаг анализа. Сознание расчленяет целое на части и оперирует этими абстракциями, надеясь восстановить с помощью синтеза выходной предмет анализа, сделать его конкретным. Кстати, термин "конкретный" означает у Гегеля прежде всего "сросшийся". Конкретное немецкий философ всегда мыслит как-то сложно-сросшиеся, синтезированное, такое, что возникло из сочетания нескольких элементов.

Действительно, конкретность объективной действительности с научной точки зрения не лежит на поверхности и поэтому не является исходным пунктом познания. Нам только кажется правильным начинать с того, что бросается в глаза. На самом деле первые шаги познания связаны с анализом абстрактного, одностороннего. Конкретность - это результат многоэтапного анализа и последующего синтеза. Игнорируя это, мы погружаемся в иллюзию и отклоняется от правильного пути познания.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >