Происхождение морали

Как известно, коммунистические идеологи исходили из того, что мораль создана человеком, она является воплощением ее практического опыта. Такие взгляды позволяли с нравов не церемониться. На большую угрозу подобного подхода указывал еще К. Ушинский в своей полемике с тогдашним материалистами: если мораль от человека, говорил он, то он (человек) может и менять ее, обращаться как с собственностью (Ушинский, 1983, с. 195) . Так мораль теряет свою действенность и силу. Исторический опыт доказал обоснованность взглядов К. Ушинского.

Коммунистический подход к трактовке проблемы происхождения морали нашел свое практическое воплощение в том, что она действительно всякое "уточнялась" в соответствии с потребностями идеологии, государства, по заказу вождей, а затем и на заказ буфетчицы, как это случилось с нами в 60-70-е годы прошлого века. Мораль "от человека" - становится проституткой для всех.

Существует также другая точка зрения, согласно которой источником нравственности человека есть Бог. Не стоит спорить по поводу того, получил Моисей на горе Синай две каменные плиты с заповедями Божьими. Нет смысла также задумываться, что было с моралью Моисею. Зато учтем тот общеизвестный факт, что человеку свойственно врожденное чувство нравственности. В предыдущих разделах уже говорилось об этом.

По выражению Э. Канта, началом нравственности является "Моральный закон во мне"; по значению и по уверенностью существования он может быть поставлен рядом с "звездным небом надо мной". Человеку свойственна способность оценивать свои поступки, считал П. Юркевич. Она то одобряет, то не одобряет себя и "не перестает выносить себе приговор за эти поступки, то осуждая, или одобряя их в своей совести". Животное лишена морального способности ставить себя на место другого, а другой - на свое место, а потому свои поступки не оценивает, а лишь удовлетворяет свои потребности (Юркевич П., 1993, с. 185-186, 191).

Врожденность чувство нравственности признавал и постоянно подчеркивал К. Ушинский. "В честь человеческой природе, - писал он, - следует сказать, что нет такого сердца, в котором не было бы бескорыстно добрых порывов" (Ушинский, 1983, с. 99).

Интересными в этом смысле рассуждения Евгения Сверстюка. Он показывает, что даже гэбисты в концлагерях не могли абсолютно освободиться от моральных законов и как вели с заключенными торг за отступление от них. "Человек в вечном плену законов того Бога, которого она время презирала и отреклась .., - пишет он. - Вся безбожная система в самые черные дни агонии снаружи придерживалась Божьих понятий, только пыталась наполнить их другим содержанием ... Какая нравственная сила господствует над людьми , если ей подлежат также те ожесточенные, которые отвернулись от морали во имя абсолютной власти ... "(Сверстюк Е., 1993, с. 103-105).

Врожденность склонности человека к нравственности, жажда правды и красоты, даже жертвенности во благо, слишком распространенной, чтобы ее не замечать в людях. "Человек должен умный дух, который так же требует удовлетворения, как и желудок" (Юркевич П., 1993, с. 193). Именно от того люди преимущественно умеренно хорошие, правдивые и хороши, что в душе человека, на "кухне желаний» постоянно горит свет - живет дух желание добра, правды и красоты ... Психология настойчиво изучает причины негативных поступков человека, его греха, но не может объяснить, почему люди делают добро, почему поступают честно, часто неся за это материальные потери. Вера в склонности человека к невыгодному ей добра есть той точкой, в которой христианско-демократическое воспитание противостоит воспитанию авторитарном: наша цель не у "разрушении" желаний зло, а в развитии врожденных стремлений творить добро.

Человек не должен руководствоваться страхом, испытывать насилия и поэтому обращаться морально. Она руководствуется только собственными желаниями, которые проводят ее к добру. ей свойственно переживание морального долга, и это всегда свидетельством поезда человеческой природы к морального добра, на чем и должна основываться этика (Войтыла К., 1991).

Считается, что этика вообще практическим внешним выводом из самосознания человека, которая является врожденной и идет от Бога. "Надлежащее", с одной стороны, непосредственно данное человеческому духу, во всей своей абсолютности живет в нем и говорит внутри его самого и, с другой стороны, - появляется человеческому духу как сущность трансцендентная - объективная, извне обращена к нему и требующая от него послушания "(Франк С, 1992, с. 83). Наконец, итогово здесь звучат слова К. Ушин-ского:" ... начало нравственности неизвестно нам и не может быть известно; ибо нравственность человеческая состоит только в стремлении к этому неизвестного начала, но однако захватывает ее (человека. - А. В.) и где бы оно ни проявлялось, в искусстве, в истине или в нравственности - оно зовет человеческую душу вперед и вперед "( Ушинский, 1983, с. 189-190).

Сказанное выше позволяет сделать важные для педагогики выводы.

1. Происхождение морали является такой же тайной, как и происхождение самого человека. Вместе с тем наличие у человека вечной потребности быть моральной, часто даже вопреки корыстном ума, побуждает его к добру, свидетельствует "незаурядность" источники нравственности, соединенность его с самой духовной сути человека. Очевидно, что нравственности свойственны те же истоки, что и религии и искусству (Там же, с. 230-231), а затем за самим Законом нравственности ощущается Высшая Сила.

2. Глубина нравственности человека определяется его отношением к Богу. Человек способен и готова признавать и отстаивать мораль только в том случае, "если в моральной требованию мы осознаем голос, идущий из глубин бытия ... Если нет Бога, то нет смысла слушать моральных требований" (Франк С, 1992, стр. 24 ). Именно такой вывод обусловил также эмоциональное признание К. Ушинского: "Нет, с материализма нравственности не выведешь, и те, кто придерживается этого учения, должны признавать и все последствия, которые из него вытекают" (Ушинский, 1983, с. 193) .

3. Традиционно христианское понимание происхождения и сущности морали соответствует природе самого человека как существа, что должно "само себя пересилить", "преодолевать", "подниматься над собой" (Франк С, 1992, с. 76). Человек в своей слабости хочет, чтобы нравственные правила были возложены на нее Авторитетом, Наставником, Уважаемым Отцом. "Человеческая душа по своей природе нуждается в воспитании - душа взрослого не меньшей степени, чем душа ребенка; вся наша жизнь есть воспитанием и самовоспитанием" (Там же, с. 367). Но эта реальность воспринимается человеком не как "диктат" со стороны Бога, не как потребность выполнять чью-то волю, а как неизбежная основа ее собственной жизни (Там же, с. 84). Вне единством человеческого естества с Богом нравственности не существует.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >