Трактовка морали

В деле нравственного воспитания принципиального значения приобретает не столько формулировка правил, воображаемая структура моральных законов или их кодекс, сколько то, как мы к морали относимся. Как уже отмечалось, христианство имеет свою четкую позицию: мораль и нравственные законы даны нам Богом и рассматриваются как идеалы - абсолютные, чистые, неприкосновенны, вечные и недостижимы. их функция не в том, чтобы человек знал правила поведения, а в том, чтобы в них поверила, приняла и взяла за основу своей жизни. Мораль в христианской философии трактуется как имеющая силу божественного закона. "Христианство учит нравственной стойкости и не понимает гибкости человека по требованию преходящих обстоятельств", - пишет Евгений Сверстюк. К таким вечных ценностей (идеалов) относят доброту, любовь, справедливость, правду, достоинство, честность, красоту, совести и т. Все они сводятся, как известно, до двух Главных Заповедей Любви.

Материалистическая (коммунистическая) философия также не исключала понятий добра, любви, честности, правды и т. Однако философская кухня вождей пролетариата применяла по отношению к ним особое, так называемое классовое (релятивистское) трактовку. Как уже упоминалось, коммунистические идеологи исходили из того, что мораль является произведением человека, не выводится из Абсолюта, а ограничивается лишь формулировками правил поведения, очень зависимых от исторических условий жизни людей. Таким образом, по морали снимается иммунитет неприкосновенности, чистоты, вечности, божественности. Она сводится к уровню практического обыденного мышления, а следовательно подчиняется интересам идеологии, в частности концепции классовой борьбы.

"Наша мораль, - писал Ленин, - подчинена полностью интересам классовой борьбы пролетариата" (III съезд комсомола). Подобным образом высказывался и Максим Горький: "Гуманизм пролетариата предполагает ненависть к врагам рабочего класса ..." Главным аргументом в подтверждение этого подхода был факт, что в прошлом различные классы и группы людей (рабовладельцы, феодалы, капиталисты) использовали мораль в собственных интересах. С этого вообще неоспоримого факта делался неожиданный по своему цинизму вывод: это не преступление против морали, а норма, которую мы, "пролетарии", должны тоже принять. Таким образом, был построен мостик между аморальностью и нормами поведения так называемой советского человека. Аморальность сводилась в ранг закона общественной жизни. Это, разумеется, обусловило быструю деградацию морали, которая полностью подчинялась воле вождей. Именно так и возник упоминавшийся уже термин "коммунистическая мораль", которая все позволяла и практически реализовала "необходимо на деле сообщения террора с воспитанием масс" (Ленин В.).

"Логика" толкования вечных идеалов добра была удивительно простой. Это правда, что существуют нравственные истины, - утверждали идеологи коммунизма, - но они относительны. Это означает, что вы можете придерживаться их в зависимости от обстоятельств. Вы можете любить людей, но ни в коем случае не можете распространять свою любовь на человека, богатую от вас, то есть на «классового врага»; можете быть справедливым, но не относиться справедливо к тем, кто имеет другие взгляды. Если человека объявили "врагом народа", она в соответствии с "классового" трактовка морали не имеет права на уважение, нормальный суд, правовая защита. Массовые убийства по приговору «троек» и без суда оправдывались именно этим действительно ленинским трактовкой морали. Нормальная мораль потеряла силу закона. Человека отлучен от веры в идеал, в Абсолют, от веры в Бога, что, по нашему мнению, было величайшим преступлением XX в., Потому что после причиненное зло объяснялось и оправдывалось именно этим "классовым" пониманием морали.

Таким образом, релятивизм поднимает на пьедестал веры групповые, "классовые" эгоистические интересы и пытается путем фальсификации морали подчинить поведение человека исключительно им. Синтезом этих интересов было призрачное понятие "светлого будущего". Если же человек терял веру и в него, тогда она оставалась с моралью "в одиночестве" и поступала так, как ей выгодно.

Разница между христианским и коммунистическим (релятивистским) взглядом на мораль хорошо иллюстрируется ответом на вполне конкретный вопрос: Можно ли одному человеку зло во благо другой? Можно убивать людей ради светлого будущего человечества? Христианин по поводу этого дает только один ответ - отрицательный. Зло не обеспечивает ликвидацию зла и не имеет права называться добром. Хотя люди часто искажают мораль и используют в собственных целях, все это - преступление против Бога и против морали, а потому заслуживает осуждения. Коммунистическая философия на поставленный выше вопрос всегда давала и дает положительный ответ: ради "добра" одного класса можно уничтожить другой класс. И зло (в частности, убийство) перестает трактоваться как зло, а наоборот, воспринимается как благо.

В конце концов, релятивизм является большой угрозой для морали не только у нас. Он - явление глобальное, общечеловеческое и появляется повсеместно там, где ослабляется духовной компонент сознания человека и общества. Способствует этому и попытка только секулярной интерпретации нравственных основ. Такая угроза морали существует повсеместно и всегда, потому что релятивизм - удобная форма оправдания ("выгодного для человека") зла. Как отмечает К. Войтыла, всевозможная расхождение нравственных и правовых законов, с одной стороны, и требований Закона нравственности в человеке, с другой, обусловлено расстоянием человека от своего Создателя, уровнем ее умение "прочитать" Закон в себе, осознать и подчинить ему свою натуру "(Войтыла К., 1991, с. 39). Вместе с тем, приближение законов внешних требованиям внутреннего голоса ведет к гармонии человека и общества. Отступление человека в сторону релятивизма, от категорического требования совести обусловлено также эгоизмом внешней" материальной "человека: каждый стремится применить законы морали в своих эгоистических целях.

Как известно, коммунистическая Идеология пошла по пути не «стихийного» релятивизма, чем грешит весь мир. Объявив моральные предписания "относительными" ("классовыми"), она открыто стала на его сторону. В этом - одна из главных отличий традиционно христианской и большевистской систем ценностей. Первая из них побуждает человека подняться над собой, вторая - опуститься ниже себя, до животного состояния.

Оценивая в контексте этих рассуждений задачи современного украинского воспитания, убеждаемся в необходимости решительного отхода от так называемой классовой морали и возвращение к трактовке понятий добра как понятий вечных, идеальных, необъятных и неприкасаемых. Следовательно в отличие от коммунистической педагогики, традиционно христианское воспитание кладет мораль в основу как фактор первой и крупнейшей веса.

Только моральное благо улучшает человека и возбуждает в ней усыпленные духовные возможности. "Нравственное совершенствование - главный и центральный акт человеческой природы: все другие пути совершенствования ведут к нему и только с его помощью становятся совершенством в полном смысле этого слова", - пишет К. Войтыла. Любое нормальное воспитание начинается с морали и веры в моральные богоугодные идеалы. Человек получает право отстаивать другие стоимости - национальные, гражданские, семейные, личные - только моральными средствами.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >