Национальное как фактор воспитания

Чувство национального едва ли не наибольшей стоимостью человеческой души. Такой тезис последовательно отстаивал К. Ушинский, все творчество которого, как впрочем, и Гоголя, является свидетельством бессмертия национальных чувств. Именно национальная ностальгия заставляет великого педагога почти в каждой труда возвращаться к проблеме народности. Обращаясь к истории европейских государств, он отмечал определенную духовное единство, которым они характеризовались в средние века и которая завершилась вспышкой классицизма с его богатыми культурными достижениями. Но, начиная с этого периода, через освобождение от феодальное-деспотических отношений, "став одним из элементов государственного и народной жизни, общественное воспитание пошло у каждого народа своим особым путем, и теперь каждый европейский народ имеет свою отдельную характеристическую систему воспитания" (Ушинский К ., 1983, с. 46). По мнению К. Ушинского, на воспитательной системе каждого народа отражаются его история, традиции, характер. 1 как нельзя жить по стандартам других народов, так и нельзя воспитывать по чужой педагогической системе, какой бы стройной и продуманной она не издавалась. Каждый народ в этом должен испытать собственные силы, потому что "в душе человека черта национальности коренится глубже всех других" (Там же, с. 97).

Кстати, К. Ушинский не возражал и определенной ориентации на чужие образцы, но считал это безопасным только тогда, когда основы гражданского образования твердо заложены самим народом. Нельзя и не нужно заимствовать чужого характера. Только ощущение своей отдельности, национального характера делает заимствования целесообразными. Великий педагог пришел к выводу, что общей системы народного воспитания для всех народов нет не только на практике, но и в теории. "Немец, англичанин, француз, американец, - писал он, - требуют от воспитания не одного и того же, и в слово" воспитание "каждый народ вкладывает разные понятия. Эта разница, а не проявляясь отчетливо, однако просматривается во многих особенностях, иногда мелких , но характеристических, которые показывают направление общественного воспитания у каждого народа и ту невисловлювану цель, к которой стремится и которая определила самые его формы "(Там же, с. 75).

Из соображений К. Ушинского о роли чувства национального в воспитании следует выделить два, которые имеют фундаментальное значение для современности.

Во-первых, чувство национального является врожденным, оно вечно и присуще каждому человеку. В этом смысле оно приближается к понятию идеалов морали ("Моральный Закон во мне"). Как и совести, это чувство является даром Божьим и умирает в человеке вместе с ней. Оно имеет глубокое генетическое укоренения в психике индивида и проявляется подсознательно даже тогда, когда испытывает кровного смешивания с чужеродными элементами. Даже "взяточник", что подтачивает, как червь, силы родины, сочувствует ее славе и её горю ", - пишет К. Ушинский (Ушинский, 1983, с. 100). Это наблюдаем, например, в массовом проявлении эмоций во время футбольной игры с командами других государств, где национальные инстинкты срабатывают не только в "националистов". Потому биологически национальное в человеке является проявлением универсального закона родовидовых деления, касается всех организмов в природе. Национальное является природосоответствующем.

Во-вторых, несмотря на постоянство и органичность чувства национального в человеке, К. Ушинский советует воспитателей взять его за основу воспитания, трактовать как опору, которая не предаст. "Есть только одна общая для всех прирожденная наклонность, на которую всегда может рассчитывать воспитание: это то, что мы называем народностью, - писал он. - Как нет человека без самолюбия, так нет человека без любви к родине, и эта любовь дает воспитанию надежный ключ к сердцу человека и могущественную опору для борьбы с ЕЕ плохими природными, личными, семейными и родовыми наклонностями. Обращаясь к народности, воспитание всегда найдет ответ и помощь в живом и сильном чувстве человека, которое влияет много сильнее убеждение, воспринято только умом, или привычку, укоренившуюся страхом наказаний "(Там же, с. 99). Отрицая возможность "универсального" ("наднационального") воспитание, К. Ушинский указывает и на механизм действия национального чувства: "народность сама побеждает: она парализует одни стремления, выдвигает вперед другие и перерабатывающей по-своему универсальные планы воспитания" (Там же, с . 92) - Впоследствии эту истину повторит и В. Сухомлинский: «Только человек, особенно заинтересована судьбой Отечества, - писал он, - по-настоящему раскрывается как личность, по-настоящему дорожит своей честью, гордостью, достоинством семьи, своего рода , имени "(Сухомлинский В., 1976, т. 2, с. 228-229).

Украинский воспитательной традиции, как в современном воспитанию, свойственно глубокое сочетание чувства нравственности и национального, причем настолько глубоко, что иногда отдельный их рассмотрение удается некорректным. Это заметно уже в княжескую эпоху, в произведениях Луки Жидяты и Кирилла Туровского, а особенно в "Наставлении детям" Владимира Мономаха: христианская мораль здесь повсеместно подается через призму национальных традиций. Бог и Родина трактуются как высокие идеалы и главные факторы воспитания.

Последовательными сторонниками определяющей роли чувства национального в воспитании были выдающиеся педагоги Европы. Школа и все воспитание должно вырастать из народной психологии, из традиций, из мировоззрения, - такой тезис отстаивала С. Русова. Профессор Я. Кузьмив, выступая на Первом украинском педагогическом конгрессе 1935 во Львове, так определил место национального воспитания: нужно "вводить и приучать молодое поколение к действующей и творческого участия в родной, а дальше через нее также в общечеловеческой культуре. Народ только тогда разовьет свою особовисть, когда станет на службу всечеловеческим идеалам. Однако основой и конечной целью станет все же особовисть народа "(" Первый Украинский педагогический конгресс ", 1938, с. 234).

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >