Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Политология arrow Информационная политика

Стратегия как методология работы с неизвестным

Любой анализ ситуации, любое планирование всегда, осознанно это аналитиками или нет, предполагает наличие своеобразной "черного ящика": в нее попадают ситуации, которые нельзя предсказать сегодня. Любое развитие планируется в условиях прогнозируемой поведения будущих объектов, а прогнозируемое поведение всегда будет отличаться от реальной. Более того, всегда есть неучтенные факторы, которые в определенный момент могут включиться, приведя систему в неожиданную действие. Неизвестное / неопределенность является главным объектом стратегии. Этот компонент уровня нашего незнания необходимо обязательно учитывать в любых построениях и выводах. Именно в нем приховуватимуться главные препятствия и причины ошибок. К. Грей подчеркивал, что будущее трудно предсказать и не следует верить фразам о предполагаемом будущее * 22.

* 22: {Gray CS Why strategy is difficult? // Joint Force Quaterly. - 1999. - Summer.}

П. Дэвис приводит список самых значительных неожиданностей последних десятилетий, потрясших национальной безопасности США * 23:

· * 23: {Davis J. Uncertainty-sensitive planning // New challenges, new tools for defence decionmaking. - Santa Monica, 2003 / RAND. - P. 131.}

· Кубинская ракетный кризис,

· Мирная миссия Садата в отношении Израиля,

· Падение шаха Ирана,

· Распад Советского Союза,

· Иракский нападение на Кувейт,

· Экономический коллапс в Восточной Азии в конце 90-х pp.,

· Ядерные испытания в Индии и соответствующее реагирование Пакистана,

· Атаки террористов на Всемирный торговый центр и Пентагон.

Как видим, эти неожиданности могут быть как отрицательными, так и положительными событиями. Как возможный инструментарий работы с неожиданностями П. Дэвис предлагает использовать идею комплексных адаптивных систем, когда даже незначительное событие может иметь значительные последствия для системы в целом. В одной из предыдущих работ он с коллегами выдвинул принцип: работа с неопределенностью - это планирование адаптации * 24. Здесь также защищается идея отказа от сценариев, построенных под конкретную угрозу, поскольку угрозы, как правило, трудно предсказать. Сегодняшние угрозы вряд ли совпадут с угрозами, которые возникнут через пятнадцать лет. Решением также становится форматирования будущего, в результате даст возможность уменьшать роль неопределенности, что можно делать за счет поддержки факторов, способствующих стабилизации и уменьшения роли факторов, которые создают дестабилизацию.

* 24: {Davis PK ao Adaptiveness in national defense: the basis of a new framework // www.rand.org}

Центральная роль адаптивности в сфере преодоления неопределенности заключается в том, что роль детальной планировки в случае долгосрочных вариантов развития снижается. Успешность в таких временных промежутках заключается в способности адаптироваться к изменениям. Согласно определяются два вида атадаптивности: оперативная и стратегическая * 25. При этом стратегическая адаптивность составляет способность менять военные составляющие легко и быстро, отвечая на изменения в геостратегическом контексте или национальной стратегии. При этом "быстро" означает несколько лет, а «легко» - использование для этого не более 10% военного бюджета, а не 20-50%. То есть даже эти цифры свидетельствуют, что на изменения в состоянии все, только адаптивность сама по себе означает, что меняться не имеют кардинально разрушать имеющееся.

* 25: {Davis Р.К. Defense planning in an era of uncertainty: East Asian isues // Emerging threats, force structures and the role of air power in Korea // www.rand.org}

Перенося бизнес-стратегии в военную отрасль, рассмотрим стратегический портфель, поскольку только наличие ряда составляющих может задать нужный уровень адаптивности. Такой стратегический портфель может предусматривать:

· Возможность реагирования на различные ситуации (большие войны, конфликты малой интенсивности, военные операции по поддержанию мира)

· Форматирование будущего в принципиальных регионах;

· Стратегическую адаптивность.

Стратегическая адаптивность, в свою очередь, должна реагировать на изменения в четырех принципиальных сферах:

· Международная безопасность;

· Военные технологии;

· Реальность стоимости, реализации и организационного поведения;

· Национальные приоритеты, отраженные в оборонном бюджете, и степени включенности в конфликтные ситуации.

При этом военные технологии, например, должны учитывать как свои изменения, так и изменения, осуществляет противник.

Еще одним активно разрабатываемым вариантом "борьбы с неопределенностью" стало планирование, основанное на возможностях (capabilities-based planning). Это планирование в условиях неопределенности, что дает возможность, адекватные широком спектру современных вызовов. Здесь, как следует уже из самого названия, происходит смещение по определению будущей угрозы, невозможно, на развитие защитных функций по универсального понимания будущей угрозы. П. Дэвис подчеркивает ключевые моменты этого типа планирования (мы, вероятно, говорить об определенной подготовку к будущему, а не просто о планировании) * 26:

· * 26: {Davis Р.К. Analytic architecture for capabilities-based planning, mission-system analysis and transformation. - Santa Monica, 2002 / RAND.}

· Концептуальная схема планирования в условиях неопределенности, подчеркивает гибкость, достаточность и адаптивность возможностей;

· Аналитическая схема с тремя составляющими: понимание потребности в возможностях, оценка выбора возможностей на уровне миссии или операции, выбор уровней возможностей в объединенной схеме, включающей другие факторы (управление войсками, риск, экономические ограничения)

· Схема решения, акцентирует "строительные блоки".

При этом принципиальной становится отказ от сценариев, построенных на угрозах. Фокусировка на конкретных врагам, конкретных войнах, конкретных представлениях об этих войнах сказывается относительно гибкости и адаптивности. Поэтому изменение угрозы приводит к краху всего сценария. Следует рассматривать как можно более широкий спектр потенциальных угроз, а не концентрироваться на двух или трех из них, как это было в период "холодной войны".

Приведем набор (неполный) возможных сценариев для США:

· Ирак оккупирует Кувейт и Саудовскую Аравию;

· Северная Корея захватывает Южную Корею;

· Китай атакует Тайвань;

· Китай становится серьезным региональным лидером, угрожая объединенной Кореи или иным странам региона;

· США вмешиваются в "следующую Боснию" с целью предотвратить агрессию со стороны регулярных войск;

· США вмешиваются в "следующее Косово" с целью остановить убийства со стороны разрозненных нерегулярных сил;

· США атакуют страну-изгоя, что оружие массового поражения;

· США атакуют террористические группировки (Афганистан, Сирия, Иран, Ливия)

· Россия угрожает странам Балтии или даже захватывает их,

· Индия и Пакистан начинают войну;

· Арабы и Израиль вступают в войну.

Принципиальным моментом этого списка становится новый источник угроз. В ответ возникает потребность иметь совсем другие возможности - например, инструментарий для принуждения государств, поддерживающих терроризм. Для каждого выбранного сценария необходимо создать свой набор потребностей и возможностей. "Строительные блоки", предлагаемые в рамках такого подхода, не новы. Важна именно универсальность этих блоков, из которых может строиться защита от различных вариантов угроз, а не только от одной. Такими блоками могут быть: подразделения; операции по выполнению миссий; оперативные понятия; ресурсы.

И здесь появляется еще один аргумент в пользу такого модульного подхода - это ответ на модель конфликта осложнилась, в которой задействованы как традиционные иерархии, так и современные виды сетей. Важной задачей при этом становится подбор адекватного типа модулей, строительных блоков, с помощью которых можно будет ответить на новые типы вызовов.

Одним из вариантов неопределенности, к которому стоит готовиться, является переход к хаосу как ситуации, в которой нет долгосрочного предвидения. Это связано с тем, что поведение нелинейных систем уже нельзя определять терминами поведения их составляющих * 27. Теория динамических систем выделяет три источника такой непредсказуемости:

· * 27: {Crutchfield JP Complexity: order contra chaos // www.santafe.edu}

· Чувствительность к исходным условиям;

· Детерминистский характер хаоса, то есть долгосрочная непредсказуемость, что следует из локальной нестабильности;

· Чувствительность к контрольным параметров.

Неопределенность / неизвестность не является анормальным феноменом. Наоборот, это норма, с которой имеет дело любой уровень управления. Поэтому весьма важно искать свои варианты возможностей в работе с этим феноменом. Например, Д. Гилленспор предлагает бы "делегировать" неопределенность на более низкие уровни иерархии, не приемля решение самому, а давая возможность сделать это другим * 28. Образуется модель, при которой количество неопределенностей на высшем уровне будто уменьшается за счет перераспределения их на разных уровнях иерархии.

* 28: {Gyllensporre DT Decision navigation. Coping with 21st - century}

Стратегия работы с неизвестностью может строиться на таком наборе потенциальных возможностей:

· "Закрытия" неизвестности (запрет на пересечение определенных точек)

· Усиление собственных составляющих, эквивалентных по силе с предполагаемой неизвестностью;

· Движение другим путем;

· Движение из-под страхованием (минирух с разведкой впереди)

· Ожидания изменения периода неизвестности на период известного.

Но это все пространственные метафоры ухода от неизвестности. Реальность оказывается сложнее, поскольку в ней закладываются факторы неизвестности на разных уровнях, а не только на одном.

Стратегический анализ определяет возможно движение вперед, опираясь на имеющиеся точки уязвимости чужой системы или собственного будущего. Точка в будущем оптимальные и неоптимальные пути ее достижения. Она вообще может быть за пределами нашего понимания. Ее также нужно "отфильтровать" от наличных наслоений. Разведывательный анализ, например, оперирует со стратегическими предупреждениями и интенциями.

Ш. Кент, создавший в США стратегическую разведку, отделял три типа высказываний * 29:

· * 29: {Davis J. Sherman Kent's final thoughts on analysis-policymaker relations // Occasional Papers. - 2003. - Vol.2. - №3 // The Sherman Kent Center for Intelligence Analysis.}

· Известное в принципе и известное конкретно (т.е. факты)

· Известное в принципе, но неизвестно конкретно (секреты)

· Неизвестно (загадка).

Два последних варианта он относил к оценкам, трактуя их как интеллектуальный продукт, что: 1) базируется на более или менее солидной фактической базе; 2) является результатом достаточно обоснованных предположений.

Об этом же говорит и Д. Рамсфельд, пытаясь выделить в отдельную зону внимания то неизвестно, которое нам в принципе недоступно, поскольку мы не можем даже представить его себе.

Стратегия замедляет свое движение при приближении к неизвестному, поэтому именно неизвестно стало сегодня основным объектом исследования, особенно в случае военного планирования. Это становится одним из основных параметров оценки моделей * 30. Авторы этого подхода, названного ими "эксплораторного", в отличие от стандартного подхода, в котором выделяется базовый случай, а остальные анализируются как его производные, считают, что в случае неопределенности мы не имеем права отдавать предпочтение одному из случаев.

* 30: {Bigelow JH, Davis PK Implications for model validation of multiresolution, multiperspective modeling (MRMPM) and exploratory analysis. - Santa Monica, 2003 // RAND project Air Force.}

Которые на сегодня есть методы, позволяющие облегчить переход и работу с неизвестным? Можно назвать следующие:

• определение трендов, драйверов, то есть возможных вариантов констант, достоверно не меняться в будущем

Выявление аналогичных моделей, реализующих другие страны, другие области знаний при «включении» определенного рода факторов.

Одной из собственно методологий, позволяющих заглянуть за завесу неизвестного, является опрос экспертов (вариант - метод Дельфи). После 11 сентября Пентагон использовал также методы оценки виртуальной реальности, стремясь отследить возможные новые варианты террористической деятельности за продукцией Голливуда.

П. Дэвис предлагает вариант эксплораторного анализа (exploratory analysis), что такой набор целей * 31: понимать последствия неопределенности для конкретной проблемы; помогать в определении нужной стратегии и последующих модификаций.

* 31: {Davis Р.К. Exploratory analysis and implications for modeling // New challenges, new tools for defense decisionmaking. - Santa Monica, 2003 // RAND.}

В целом эксплораторного анализ должен помочь создать гибкие, адаптивные и качественные стратегии. Он изучает последствия неопределенности, около подходя к такому направлению, как анализ пространства сценариев. Поскольку имеем дело с неопределенностью, то она перестает быть единой, без разделения на типы. Предлагается анализировать два вида неопределенностей: параметрическую и структурную.

Параметрическая неопределенность относится к входа в модель, когда мы часто не знаем ее точных значений. Структурная неопределенность связана с формой модели и отвечает на вопросы, включены в рассмотрение все переменные реального мира.

Проводя параметрическое исследование, можно понять, к которым параметров модель более чувствительна, а к каким менее. Можем определять ситуации, в рамках которых параметр становится важным. Вероятно исследования роли параметров также возможно.

Эксплораторного анализ не столько предусматривает ситуацию, сколько предоставляет результаты компьютерного моделирования, когда, меняя входные параметры, получаем другие результаты на выходе * 32.

* 32: {Dewar JA. ao Expandability of the 21st century army. - Santa Monica, 2001 // RAND.}

Если стратегия работает с неизвестным будущим в прикладном измерении, то футурология делает то же самое в теоретическом аспекте, поскольку работает с отдаленными во времени состояниями. Это объясняет несовпадение "языка" футурологов и стратегов, связано с двумя факторами: разная удаленность рассматриваемых событий нынешнего времени; необходимость описания движения к точке будущего в одном случае и этой же точки будущего в противном случае.

Неизвестное "препарируется" стратегией постепенно. Например, чисто стратегическая идея применения авиации для разрушения экономического потенциала врага пришла в тридцатые годы * 33. Затем ее пришлось конкретизировать, чтобы найти критические точки экономики врага. В целом возникает такое правило: стратегическая идея появляется раньше, чем возможности для ее реализации.

* 33: {Builder С.Н. Keeping the strategic flame. // Joint Force Quaterly. - 1996 -1997. - Winter.}

Стратегия - это всегда борьба с противодействием. Противодействие несет в себе больший объем неожиданного, чем действие. По этой причине противодействие важнее действие. Действие планируем мы сами, а противодействие живет по другим законам.

Столкновение действия и противодействия может происходить в таких возможных вариантах:

· Блокировки противодействия, то есть заранее проведена операция, направленная на то, чтобы остановить возможное противодействие;

· Уход от столкновения - это попытка "разминуться", временно отложить вариант решающей схватки;

· Собственно борьба с противодействием;

· Переход борьбы в другую сферу (например, политики в экономику, с военного противостояния в политическое и т.п.);

· Перевод на свою сторону.

Примером блокировки может служить информационная кампания в период путча, цели которой Е. Луттвак определяет по двум направлениям * 34: отбить желание дать отпор подчеркиванием своей силы; снимать страх, который в противном случае способствовал бы росту сопротивления. Речь идет, как можно понять, о различные сегменты общества. Во втором случае имеется в виду влияние на пассивными часть населения, должен увидеть свое нормальное будущее за нового варианта правления.

* 34: {Luttwak E. Coup d'etat. - Cambridge: Mass., 1979. - P. 168.}

Эти же методы видим и в сфере политической борьбы, которую некоторые исследователи определяют как "политическую войну" * 35. И действительно, ожесточением и агрессивностью политическая борьба очень напоминает войну.

* 35: {Pitney JJ, Jr. The art of political warfare. - Norman, 2000}

При этом возможный выигрыш при переходе в будущее строится, как правило, на нарушении нынешней равновесия. Настоящее "сбалансированное", оно всеми силами стремится удержать существующий порядок. Все игроки и институты поставлены на свои места, которые они будут пытаться удержать, не допуская в свою зону ответственности чужих. А чужими для них все, кто хочет нарушить равновесие.

В таких ситуациях следует различать личностное нарушение и институциональное. И то, и другое представляет опасность для нарушения равновесия, но часто в постсоветском пространстве личностная заинтересованность / образа оказывается сильнее любых объективных движений. Однако по форме институты сильнее человека, поэтому бывший СССР был готов бороться с индивидуальными диссидентами, но не любил любого объединения в группы.

При этом борьба ведется уже даже за попытку нарушения равновесия. Вспомним, например, письмо Н. Андреевой, вызвавший активное противодействие, которую можно сравнить с шоком, хотя что такое письмо никому тогда не известного профессора? То есть следует различать реальное движение и сигналы о нем. Письмо было сигналом будущего развития. Заблокировав его, дав отпор потенциальному движению, можно было остановить реальное движение вовремя.

Однако парадоксальным образом тактическая победа может на самом деле стать стратегическим проигрышем. Е. Луттвак приводит пример со времен Второй мировой войны, когда даже потеря трех самолетов союзников против двух сбитых немецких все равно считалась победой, поскольку союзники производили втрое больше самолетов * 36. То есть возможен и парадоксальный вариант, когда проигрыш на одном уровне ведет к победе на другом.

* 36: {Luttwak EN Strategy. The logic of war and peace. - Cambridge, Mass. etc., 2001.}

Увеличивая уровень неопределенности, мы получаем сложный объект, поведение которого теперь следует прогнозировать на большом количестве уровней. Стратегия работы со сложным объектом становится комплексной стратегией, которую мы будем задавать следующим образом:

· Необходимость межуровневых построений (переходов между политикой, экономикой, военным делом и т.п.);

· Содержание площади на одном уровне позволяет достигать результатов на другом, трансформировать свои победы на другой уровень;

· Аналогично может идти и о проигрыше, что также дает межуровневые результаты;

· В стратегиях работы с такими сложными объектами меняются приоритетные характеристики. Например: сегодня военные планируют медиа-операции наравне с боевыми через зависимость военных действий от общественного мнения;

· Является эквивалентные игроки (сильные на всех уровнях) и является эквивалентны игроки (типа террористов), пытающихся компенсировать слабость на одном уровне силой на другой

· В комплексной стратегии одной из важнейших проблем становится проблема синхронизации действий на разных уровнях.

Приведем некоторые примеры взаимозависимости различных уровней, что позволит понять значение "игры" сразу по нескольким направлениям. Так, исследователи установили, что на уровне ниже 1000 долл. США ВВП на душу населения диктаторы живут очень хорошо. Они менее стабильны при уровне от 1000 долл. США до 4000 долл. США. Не имеет угрозы демократии при уровне дохода выше 6 055 долл. США * 37.

* 37: {Цит. по: Lervik О.Е. A new French revolution? An integrative approach in he analysis of the Romanian transition // www.ub.uib.no}

В противном случае состояние переходных государств определяется, исходя из двух параметров: одностороннее применение силы - многостороннее многостороннее желание компромисса; переход, инициированный сверху или снизу. Образуются четыре типа переходов: пакты, навязывания, реформы и революции. Пакты и навязывания идут сверху, реформы и революции - снизу. Пакты и реформы имеют высокий уровень многосторонних компромиссов, реформы и революции характеризуются односторонним применением силы. Промежуточные элементы размещаются между ними. Взаимодействие стратегий может привести к неожиданным результатам.

Комплексные стратегии (что можно понимать как взаимодействие стратегий) объясняют интерес к так называемым манипуляций, можно трактовать как попытку осуществить межуровневые переходы. В целом объект для управления, резко ускладнившись, потребует разработки комплексных стратегий, чего не было раньше. В результате образуется уже не два, а три типа стратегии:

· Простой объект - один вариант стратегии (например, военной или политической)

· Сложный объект (один объект в ряде проекций) - комплексная стратегия, в которой задействованы все уровни;

· Множественность объектов - большая стратегия (grand strategy).

Наверное, мы несколько гиперболизирует ситуацию. Однако именно ситуация со сложными объектами обусловила возникновение проектного подхода. Возникает серьезная потребность в синхронизации состояний объекта по нескольким направлениям. Хотя в некоторых случаях синхронизация не нужна. Так, в случае военной подготовки информационно объект движется впереди собственно его военной реализации. Объект сначала присутствует чисто информационно и в некоторых политических вариантах, когда проверяется реагирования общественного сознания на те или иные варианты развития ситуации. В этом случае используются или слухи, или "утечки" информации. Суммарно имеем несколько проекций объекта по нескольким направлениям, каждым из которых движется своя стратегия. На каких просторах объект идет впереди, на других запаздывает.

ПРОСТРАНСТВА

Информационный

ОБЪЕКТ

Военный

ОБЪЕКТ

Дипломатический

ОБЪЕКТ

Экономический

ОБЪЕКТ

Социальный

ОБЪЕКТ

Общественного мнения

ОБЪЕКТ

Это условный пример, демонстрирующий различие в движении объекта в различных видах пространств. Например, если взять войну в Ираке, то информационно она была завершена до начала боевых действий, поскольку и С. Хусейн был осужден, и оружия массового уничтожения не нашли, но все это было сделано в рамках СМИ. Дипломатично США шли параллельно или даже перегоняя информационный объект войны. Общественное мнение движется параллельно с военными успехами: если их не будет, то не будет и общественной поддержки.

Уровень неопределенности современного мира не снижается, а растет, что вызывает разработку новых типов стратегий, пригодные для условий неопределенности. Сейчас хаос вводится сознательно, чтобы перейти к конструированного, заранее выгодного для одной из сторон, выхода.

Можно сформулировать несколько общих правил введения хаоса как политического инструментария: введение в хаос выгоднее субъекту введения, чем его объекту; введение в хаос безопаснее для внешнего субъекта, чем для внутреннего; введение в хаос может иметь как вероятный управляемый результат, так и менее вероятный неуправляемый результат.

Первое правило отражает тот факт, что подготовленном такой операции игроку всегда легче в ней находиться, чем тому, кто попадает в нее случайно. Системный игрок сильнее случайного всегда, а в этой сфере - особенно. Второе правило вполне понятно, поскольку для одного игрока это политические шахматы, а другой сам собой фигурку такой игры. Третье правило отражает ситуации неудачного применения хаоса (например, события в Бирме или Венесуэле), когда была реализована противодействие введенному хаосу. Хотя обе страны до сих пор находятся в состоянии перманентной борьбы, но результата планируемой операции по введению хаоса все же не было достигнуто, поскольку в ответ был введен порядок, хотя и насильственными методами.

Неопределенность является элементом порядка, только другого типа. Она требует другого уровня инструментария управления ею, но это в принципе возможно. Сегодня разрабатываются системы ввода в хаос * 38. Меньше внимания уделяется обратной схемам - систематике борьбы с мятежами. Исключением является книга Дж. Шарпа и Б. Дженкинса "Анти-путч" * 39.

* 38: {Luttwak Е. Coup d'etat. - Cambridge: Mass., 1979}

* 39: {Sharp G., Jenkins B. The anti-coup. - Boston, 2003.}

Хаос является неизвестностью, но только для той стороны, которая так его и трактует, отказываясь от вмешательства. Преодоление хаоса требует серьезного интеллектуального и материального ресурса. Собственно говоря, в бизнесе для этого уже разработан кризисный менеджмент. Хаос как порядок с преобладанием неопределенности требует особого типа стратегий. Эти стратегии принципиально отличаются от стратегий стандартного типа.

В качестве примера можно рассмотреть операции по поддержанию мира, к которым сейчас привлечено много стран. Возникает сложный объект, имеющий множество проекций, главной из которых становится необычное сочетание мирного и военного компонентов. Осложнения этого объекта можем видеть на примере требований к разведке для такого рода операций * 40:

· * 40: {Siegel AB Information, analysis, intelligence: a critical challenge for 21st century operations // www.capitol.northgrum.com.}

· Проблемы гражданского сектора: изменения в гражданском секторе критические для военных операций, чего нет в обычных военных действиях;

· Новые партнеры и источники: как военная сила не работает изолированно от "гражданско-военной" интервенции, так и разведка не работает изолированно от других сил;

· Многочисленные партнеры и источники: в дополнение к качественным изменениям оказываются и количественные изменения.

Здесь возникает включения совершенно новых параметров, что приводит к принципиальному осложнения объекта (военные стремятся управлять гражданскими объектами). В принципе подключения все новых типов объектов создает ситуацию многомерности, поскольку каждый из этих объектов играет по собственным правилам: у военных - свои, у гражданских - свои. Каждый из имеющихся объектов уже не может жить по старым законам, а новые не формируются, поскольку инерция объекта требует действий по старым схемам. Через новизну среды объекты оказываются в стрессовой ситуации. И во многом это общее изменение характерна для современного мира.

Еще одним подобным примером может быть пересечения информации и экономики, что привело к возникновению информационной экономики, экономики на базе знаний. В Нобелевской лекции Дж. Стиглиц говорит: "Информационная экономика уже несет в себе существенные последствия того, как мы думаем об экономической политике, и будет еще большее влияние в будущем. Мир бесспорно сложнее, чем предлагают наши простые и даже осложненные модели" * 41 .

* 41: {Stiglitz JE Information and the change in the paradigm in economics // www3.gsb.coliunbia.edu.}

Преодоление хаоса базируется на принципах постепенного отвоевания порядке в критических сферах. Однако решение в этом случае принимаются очень сложно, поскольку предусматривают возможны существенные потери в других сферах. Падение СССР (как и любой другой подобный пример) очень четко демонстрирует отсутствие такой стратегии. Хаос, вводился постепенно уничтожал старые институты, которые одна за другой отказывались оказывать сопротивление. Все они удерживали порядок на своей территории, чтобы потом внезапно отказаться от этого.

Хаос - это иносистема, которая затрудняет работу основной системы.

Неопределенность сегодня перестала быть тем страшным фактором, который следует всеми силами избегать. Неопределенность, став объектом исследований, приобрела черты управляемости, тем самым став одним из компонентов, которые принимаются во внимание в стратегическом анализе. Новые типы угроз породили потребность инструментария нового типа, который в итоге и удалось выработать. Но главным все же является принципиальное изменение взгляда, типа или формата мышления, в результате чего удалось так или иначе "заарканить" неопределенность. Дальнейшие исследования дадут новое понимание инструментария для работы с неизвестностью.

 
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Предметы
Агропромышленность
Банковское дело
БЖД
Бухучет и аудит
География
Документоведение
Естествознание
Журналистика
Инвестирование
Информатика
История
Культурология
Литература
Логика
Логистика
Маркетинг
Математика, химия, физика
Медицина
Менеджмент
Недвижимость
Педагогика
Политология
Политэкономия
Право
Психология
Региональная экономика
Религиоведение
Риторика
Социология
Статистика
Страховое дело
Техника
Товароведение
Туризм
Философия
Финансы
Экология
Экономика
Этика и эстетика
Прочее