Нормативно-правовое регулирование процесса признания гражданина недееспособным лицом

Современное общество не смогло бы существовать без предыдущих периодов и тех законов которые были разработаны как имперскими так и советскими юристами. Кроме того, важное отличие гражданского процесса в нашей стране заключается в том, что сами люде не интересуются тем, что происходит с законодательным процессом.

В России широко распространено такое явление, как общественно-правовой нигилизм. Люди не только не интересуются теми законами, которые принимает государство, но и не следуют им. И конечно же это результат исторического развития нашего общества и мало кто задумывается над тем, что не зная законов человек сам себе вредит, так как не вникая в подробности законодательной системы некоторые люди сами лишают себя ряда возможностей.

Однако, встает вопрос когда возникла проблема награждением человека правами и обязанностями. По сути, если рассматривать наше государство, то борьба за права шла примерно с XIX века, просвещение в России началось с конца XVIII века, но именно расцвет законоборнического движения относится ко второй половине XIX века. Особенно когда произошло освобождение крестьян и расширение прав женщин. И конечно же ХХ век стал веком законотворчества для нашего государства и именно в это время определяются те отрасли права, которые существуют до сих пор.

И как оказалось, многие вопросы права пересекаются с другими направлениями, такими как медицина, психиатрия, не говоря уже о многих других направлениях. гражданин недееспособный судебный

Говоря о возможностях человека подтвердить дееспособность необходимо учитывать, что теоретически предполагается - каждый человек по достижению совершеннолетия должен обладать всеми признаками адекватного и способного нести ответственность за свои поступки субъекта, кроме того, предполагается, что к этому времени у человека должны сформироваться все представления о мире, людях и нормах, которые приняты в том обществе, в котором живут люди.

Поэтому вопрос о том, чтобы признать полную или частичную недееспособность человека становится серьезной проблемой, которую не просто решить. Во-первых, необходимо точно определить - адекватен или нет человек, его восприятие мира должно соответствовать нормам закрепленным в обществе, а так же тем представлениям об окружающем мире, которые определяются психическими и психологическими стандартами. Во-вторых, признание неадекватности определено законодательством, и только в соответствие с этими нормами можно признать человека недееспособным.

Но вот, кто выдвинул идею о необходимости определения либо закрепления за человеком представлений об адекватности, особенно дееспособности и недееспособности.

Первоначально научное определение недееспособности в нашей стране вырабатывали известные психиатры XIX-XX вв. В.Х. Кандинский, В.П. Сербский, С.С. Корсаков и другие. Однако существующее сейчас понятие недееспособности не имеет явного оттенка психиатрической терминологии и не вдается в тонкости психиатрического подхода. Легальной дефиниции недееспособности в законодательстве до сих пор нет, но сущность и составляющие недееспособности закреплены в законодательстве.

Исходя из понятия дееспособности, можно сделать вывод, что недееспособность заключается в утрате лицом способности своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их. Эта утрата обуславливается, согласно п.1. ст. 29 ГК РФ, наличием у лица психического расстройства (медицинский критерий), вследствие которого оно не может понимать значения своих действий или руководить ими (юридический критерий).

Сам факт психического расстройства, даже явно выраженный по мнению окружающих или засвидетельствованный соответствующим документом, ни в коем случае не является основанием для признания гражданина недееспособным. Данное решение может быть принято только судом, на что указывает п.1 ст.29 ГК РФ.

Несмотря на законодательное закрепление понятия недееспособности, некоторые авторы до сих пор имеют иное мнение по поводу медицинского критерия её возникновения. Так, например, Кузнецова О.В. и Пивоварова Т.Г. пишут: « Недееспособными признаются не только граждане, имеющие сильно выраженные физические недостатки, но и граждане с умственными отклонениями или психическими расстройствами».[4] Таким образом, указанные авторы полагают, что физические недостатки также вместе с психическими расстройствами являются основаниями для признания гражданина недееспособным, а умственные отклонения не входят в категорию психические расстройства. Данная позиция представляется явно сомнительной и ошибочной.

Во-первых, выраженные физические недостатки приводят к необходимости заботы о таких гражданах и являются скорее основанием для назначения им патронажа, а не для вынесения судебного решения о признании недееспособным. Дееспособность лиц в таком случае сохраняется.

Во-вторых, умственное отклонение является формой выражения общей умственной отсталости, а умственная отсталость - стойкое необратимое нарушение психического развития. Поэтому умственные отклонения нельзя считать отдельным от психических расстройств явлением, так как стойкость и необратимость нарушения психики как раз наоборот показывает их включение в категорию психических расстройств. Однако стоит заметить, что суд вправе признать недееспособным гражданина, который страдает далеко не любыми умственными отклонениями, а лишь такой их степенью, при которой невозможно осознание действий или руководство ими.[8]

Для уяснения понятия недееспособности, от нее необходимо отличать иные явления, которые сопряжены с психическими дефектами сознания людей и в качестве юридических фактов вызывают правовые последствия. Некоторые из них связаны с недееспособностью довольно отдаленно, другие же, как, например, невменяемость, имеют достаточно много общих звеньев и требуют глубокого анализа в отдельном параграфе дипломной работы.

Следующее похожее с недееспособностью - правовое явление, заключенное в ст. 177 и ст. 1078 ГК РФ, при котором дееспособное лицо в момент совершения сделки или причинения вреда не способно было понимать значение своих действий или руководить ими.

Такое состояние по своей короткой продолжительности напоминает состояние невменяемости, употребляемое в уголовном праве. Однако оно имеет иные последствия, чем невменяемость и употребляется лишь в гражданских правоотношениях, регулируемых статьями 177 и 1078 ГК РФ. Поэтому стоит его рассматривать в качестве отдельного института, который ещё во второй половине ХХ века был назван О.А. Красавчиковым «адееспособность». Возможно, такой термин не идеально подходит для рассматриваемого явления, однако он достаточно удобен для использования в научном обороте.[19]

Исходя из законодательного определения так называемой адееспособности, можно заметить ее сходство с недееспособностью не только по очевидному юридическому критерию. Во-первых, п.2 ст. 177 указывает на возможность последующего признания недееспособным лица, которое не понимает значение своих действий и не может руководить ими. Во-вторых, п.3 ст. 1078 предполагает наличие у гражданина в момент причинения вреда психического расстройства, что также представляет собой основание для признания лица недееспособным. При соблюдении первого или второго условия можно предположить, что рассматриваемая статьями

177 и 1078 адееспособность по сути своей изначально представляла собой дееспособность. При отсутствии же этих условий адееспособность вполне самостоятельное явление.

Дальнейший анализ ст.1078 ГК РФ, позволяет увидеть, что помимо психического расстройства в п.3, законодатель указывает в п.2 следующее - дееспособность может возникнуть, если причинитель вреда сам привел себя в такое состояние употреблением спиртных напитков, наркотических средств или иным способом. В данном обстоятельстве о равенстве таких понятий как адееспособность и недееспособность говорить не приходится, поскольку основания возникновения у них явно разнородные.

И последний вопрос, содержащий не вполне очевидный ответ относительно возрастных категорий, которые могут быть признаны недееспособными: возможно ли признать недееспособным гражданина от четырнадцати до восемнадцати лет? При этом необходимо понимать, что, заключенное в п.4 ст.26 ГК РФ ограничение или лишение несовершеннолетних права самостоятельно распоряжаться своими доходами и признание гражданина недееспособным - совершенно разные институты. Основанием ограничения или лишения права распоряжаться доходами является элементарная возрастная незрелость личности, а основанием судебного решения о признании недееспособным - психическое расстройство, вследствие которого лицо не способно понимать значение своих действий и руководить ими.

Стоит обратить внимание на то, что ГК РФ содержит в ст. 26 достаточно высокий объем прав для таких граждан. Совершеннолетние психически больные не вправе совершать никакие юридически значимые поступки и действия, даже мелкие бытовые сделки. Несовершеннолетние же наоборот не только вправе быть участниками широкого круга правоотношений, но и, более того, несут самостоятельно имущественную ответственность по совершенным ими сделкам и ответственность за причинение вреда.

Вследствие такой значительной степени самостоятельности несовершеннолетних ст. 33 ГК РФ устанавливает над ними не опеку, несущую всеобъемлемый контролирующий характер в защиту опекаемых лиц, а попечительство, которое имеет главенствующую роль в меньшем количестве сфер. Таким образом, представляется, что, на поставленный выше вопрос о возможности признания недееспособным подростка от четырнадцати до восемнадцати лет, следует дать однозначно положительный ответ. Это объясняется следующим.

Во-первых, необходимо признать, что в современной российской действительности существуют негативные факторы, которые способны привести подростков к психическим расстройствам. К ним можно отнести раннее употребление алкоголя, наркотических средств, токсикоманию, не говоря уже о наследственных и генетических причинах. Ввиду влияния этих факторов на образование психического расстройства у несовершеннолетнего, установление попечительства над подростками уже недостаточно и для защиты их интересов требуется опекун.

Во-вторых, статья 29 ГК РФ неспроста не содержит оговорок относительно возраста гражданина, который может быть признан недееспособным. Следовательно, несовершеннолетний от четырнадцати до восемнадцати лет, страдающий психическим расстройством, может быть признан судом недееспособным (в том объеме дееспособности, которым он наделен в соответствии со статьей 26 ГК РФ).[9]

Федеральным законом от 06.04.2011 были внесены поправки в Закон «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» и в Гражданский процессуальный кодекс РФ, согласно которым суд, принимая решение о признании гражданина недееспособным, должен предоставить ему право изложить свою позицию лично или через выбранных им самим представителей; психиатрическая помощь оказывается недееспособным без их согласия по просьбе или с согласия их законных представителей лишь в том случае, если недееспособные граждане сами не способны дать согласие на оказание психиатрической помощи; решение законного представителя или органа опеки и попечительства о помещении недееспособного гражданина в психиатрический стационар может быть обжаловано в суде.

1 апреля 2011 года в офисе Старшего Советника по правам человека при системе ООН в РФ состоялась пресс-конференция «Важные шаги на пути преодоления социальной изоляции: защита прав недееспособных граждан», организованная по инициативе Региональной общественной организации «Перспектива». В пресс-конференции приняли участие юридический советник Психиатрического правозащитного центра (Будапешт) адвокат Д.Г.Бартенев, исполнительный директор Независимой психиатрической ассоциации России Л.Н.Виноградова, руководитель юридической службы НПА России Ю.Н.Аргунова и руководитель юридической группы РООИ «Перспектива» М.Б.Ларионов.

Пресс конференция была посвящена последним прогрессивным изменениям в российском законодательстве, расширяющим права граждан с психическими расстройствами, признанными недееспособными. 16 марта 2011 г. Конституционный Суд Российской Федерации опубликовал решения по двум делам, поданным юристами Независимой психиатрической ассоциации России и Психиатрического правозащитного центра (MDAC) от имени граждан, принудительно помещенных в интернаты. Суд постановил, что помещение недееспособного гражданина в психоневрологический интернат без его согласия является ограничением свободы и права выбирать место жительства. Такая мера может применяться только на основании судебного решения по результатам справедливого судебного разбирательства.

22 марта 2011 г. Государственная Дума приняла изменения в Закон «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» и в Гражданский процессуальный кодекс РФ. К моменту проведения пресс-конференции законопроект уже был одобрен Советом Федерации и в настоящее время ожидает подписи президента РФ. Все выступающие согласились, что предлагаемые нововведения являются революционными, поскольку закрепляют принципиально новый подход к недееспособным гражданам, признают их самостоятельность в тех сферах, где ранее все вопросы за них решали опекуны или государственные учреждения. Принятые поправки в законодательство и решения Конституционного Суда РФ открывают широкий простор для действий гражданского общества по дальнейшему реформированию российского института недееспособности и опеки. Появилась реальная возможность превратить его из института ограничения прав в институт поддержки людей психическими расстройствами, максимально сократить их социальную изоляцию и предусмотреть возможность самостоятельного проживания в обществе.[10]

По сути, есть огромная разница между понятиями недееспособность, адееспособность, невменяемость и неадекватность. И нужно отметить, что не все эти понятия закреплены законодательно, но законодательство совершенствуется и будет развиваться и дальше.

При чем обвинения в данных обстоятельствах не могут проходить для людей без последствий, так как данные категории необходимо доказывать, а в нашей стране эта процедура так же не предсказуемая. И дело даже не в том, что существует коррупция или нигилизм, проблема в самой системе признания человека не способным принимать решения или наоборот брать на себя ответственность.

Особенно эта проблема встает когда поднимается вопрос о вывозе неадекватного человека, его госпитализации и прч. моментов, где требуется его письменное согласие или даже заявление. Т.е. необходимо рассматривать практическое применение процедуры ограничения дееспособности или признания людей недееспособными. И получается, что работать с несовершеннолетними детьми, которые не могут принимать серьезные решения легче, чем с совершеннолетними гражданами.

Но вопрос лишения или ограничения дееспособности - это вопрос не повседневных проблем, которые решаются правоохранительными органами, это сложная процедура, которая должна проходить поэтапно и иметь четкие основания. Так как если и вопрос дееспособности будет решаться только правоохранительными органами, то окажется, что это уже не демократия, а совсем другой строй, близкий к тоталитаризму, этот строй, как оказалось, не долго может существовать, а потому знать законы, всю процедуру и прч. моменты, связанные с ограничением дееспособности или ее лишением.

Важно отметить, что как таковых законов, которые могли бы защищать права частично лишенных дееспособности граждан, в России нет, а это значит, что законодательство нуждается в дальнейшем развитии и совершенствовании. Особенно, если учесть, что некоторые люди с психическими расстройствами в состоянии принимать адекватные и ответственные решения по некоторым вопросам. И важно отметить, что некоторые люди, через судебные разбирательства добиваются принятия решения о частичной или полной дееспособности в подобных случаях.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   Скачать   След >