Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Политология arrow Внешняя политика Украины

Внешняя политика казацкого государства в 1654-1657 гг.

В подразделе 4.1 при рассмотрении отношений Б. Хмельницкого с обладателями других государств, сознательно упускались отношения а Московским царством, поскольку они в итоге привели к важным изменениям, которые существенно вилинулы как на положение Украины на международной АРСП, так и на расклад сил в Восточной Европе . Речь идет, конечно же, о Переяславской раде 1654 и союз гетмана с московским царем. Однако, прежде чем норейты к рассмотрению этой акции, стоит рассмотреть события, предшествовавшие украинского-московской союзе.

Казачество давно поддерживало отношения с Московией - уже в XVI в. московское правительство использовал украинских казаков для охраны своих южных границ от татарских набегов и его политика была в этом направлении более последовательной по сравнению с политикой Речи Посполитой. Московия иногда выплачивала казакам немалые средства. Польское правительство знал о ЦС, но не выдвигал решительных возражений, и при выработке условий Ноляновського мирного договора 1634 между Московиси и Польшей, польская сторона даже требовала, чтобы казакам поступала ежегодная плата от царя, как это было раньше. В Москву неоднократно приходилось обращаться и по защите православия * я на территории Литовско-польского государства, однако в таких случаях польское правительство остро проявлял свое недовольство, серьезно опасаясь "русской ирреденты". Были и случаи враждебных действий казачества против Московского государства в пределах польско-московских конфликтов. Но в целом представление о северо-восточного царя в казацкой сознания было скорее положительным (при отсутствии какого-либо серьезного негативного опыта).

Поэтому с самого начала Освободительной войны гетман и его окружение возлагали большие надежды на помощь со стороны Московии. Уже после первых побед над коронным войском Б. Хмельницкий отправил 8 (18) июня 1648 письмо царя Алексея Михайловича, в котором содержалась часто цитируемая позже фраза: "Желали бихмо себе самодержца хозяина такого в своей земли, яко Ваша Царская Велможност, православный хрести- янский царь ". Это пожелание было высказано том, что польский трон в то время был пустым после смерти Владислава IV (20 мая 1648). Речь шла о желании видеть Алексея Михайловича польским королем, а не о прагноння перейти под власть московского царя, как ЦС ипколы толкуют. Конечно, царь для казаков имел значительные преимущества по сравнению а другими претендентами, поскольку был православным. Льет похожи пожелания гетман высказывал впоследствии и к кальвиниста Юрия II Ракоци. Установление отношений с Московиси было вызвано еще и необходимостью заверить царя в своих добрых намерениях, поскольку царское правительство уже весной начал мобилизовать войска на украинско- московском пограничные, опасаясь союза казаков и татар. Дело в том, что в начале царь был сознательно дезинформирован Л. Киселем, который сообщал московское правительство о бунте "простого холопа" Хмельницкого. Зато письмо гетмана подействовал и царь свернул планы похода на Украину.

Уже в июле 1648 Б. Хмельницкий направил новое письмо Алексея Михайловича также с призывом возглавить польский трон, но на этот раз гетман призвал царя объявить войну Речи Посполитой. Надежды возлагались на желание царя взять реванш за территориальные потери во время московско-польской войны 1632-1634 гг. Однако именно память об этой войне и заставляла Московию считать Польшу сильным государством и избегать любых конфликтов с ними. На упомянутые письма царское правительство не отвечал и официальных переговоров с казакам не начинал, но московской пограничной администрации было разрешено с казаками переписываться.

Новые попытки сближения гетмана с Москвой начались в конце 1648 (после возвращения из-под Замостье), когда Б. Хмельницкий считал, что Украина стала по Божьей милости свободной от поляков. К активизации отношений с Москвой присоединился патриарх Паисий. После посещения Киева и многочисленных встреч с гетманом, патриарх 12 февраля 1649 отправился в Московии в сопровождении Силу я на Мужиловского (который собственно и привез патриарха в Киев из тогдашней молдавской столицы Ясс).

Сначала бояре не хотели допустить к переговорам С. Мужиловского, которого приняли за простого проводника патриарха. Но полковник заявил, что от гетмана информацию, которую может передать только лично царю, а не боярам. Наконец он добился аудиенции у царя и вручил Алексею Михайловичу меморандум с изложением причин и хода украинской-польской войны (существует версия, что аудиенция таки не состоялась и царю только была передана записка). Казацкий посланник перед поездкой получил инструкцию, которая предусматривала несколько альтернативных предложений, которые должны предлагаться царю в зависимости от развития событий. В случае союза с Москвой необходимо было призвать царя к походу против Польши. Если бы царь не захотел нарушать мир с Польшей, то предлагалось привлечь царя занять своими войсками Украинской северские города, которые уже были освобождены от поляков казаками - так планировалось обеспечить себе тылы. Другой предлагаемый вариант - просить выслать донских казаков на помощь украинским. Это также давало царское правительство возможность избегать полного разрыва мирных отношений с Польшей и по традиции спихнуть вину на самовольные шаги донцив.1

В конце концов, казаки надеялись хотя бы на декларативное заявление царя о готовности защищать православное население Украины в случае нарушения их прав. Тогда, однако, царь не предоставил казакам ни военной, ни дипломатической помощи, но, отправляя в апреле 1649 назад С. Мужиловского, отправил вместе с ним в Украину посольство во главе с Григорием Унковским, которое должно изучить ситуацию (находилось в Чигирине в течение Март тг мая 1649). Г. Унковским пришлось выслушать упреки Б. Хмельницкого относительно непредоставления Москвой военной помощи, на которую так "надеялись единоверцы". Зато Г. Унковский оправдывался тем, что Москва разрешила казакам скупать у русских хлеб, соль и другие товары.

Еще в бытность посольства С. Мужиловского в Москве царское правительство попытался взять на себя посреднические функции в украинском-польском конфликте. В Украину было отправлено гонца Василия Михайловича, который, наконец, привез гетману первого царского письма (до того, как упоминалось, царь игнорировал письма Б. Хмельницкого). В письме наполягалося прекратить конфликт - "чтобы кровь христианская НЕ разливалась". Конечно, обе стороны не собирались прекращать войны, но важным было то, что царь решился на непосредственный дипломатический контакт с гетманом.

Посольство Г. Унковского начало ряд миссий с Мос- ной в Украину - со (до начала 1654) было отправлено еще 12 посольств. От гетмана также прибывали многочисленные посольства. Первое большое посольство было отправлено в мае 1649 во главе с полковником Федором Вешняком-Якубо- вичем, который привез царю гетманской письмо с просьбой о военной помощи. Царь ответил, что связан договором с Речью Посполитой, но готов принять казаков под свою власть, если они собственными усилиями станут независимыми от Польши (аргументация не слишком убедительна, если учесть, что казакам была нужна собственно помощь войска, не нова зависимость) .

Впоследствии, после Зборовского договора с Польшей, Б. Хмельницкий еще активнее пытается поощрить Москву к оказанию казакам помощи, прибегая при этом к "легкого шантажа" - с одной стороны, гетман обещал убедить крымского хана перейти под протекторат царя, а с другой - сообщал, что хан предлагал гетману осуществить поход против Москвы, намекая, что если царь дальше тянуть, то Б. Хмельницкий может на такое предложение и согласиться.

После таких угроз гетмана в ноябре 1649 в Чигирин было направлено посольство во главе с Григорием Нероно- изм. Царь благодарил Б. Хмельницкому за то, что он отказал крымскому хану в походе на Московию. Правда, уже в начале 1650 царь был встревожен слухами о том, что казаки с татарами таки отправятся в поход. Однако царь просто неправильно трактовал мобилизацию казацких отрядов, которые на самом деле должны были пойти татарам на помощь в укрощении черкесов (впрочем, волнения были и в Стамбуле, где считали, что объединенное войско выступит против Турции).

Были и другие причины для трений в украинском-московских отношениях. Казаки, как это давно бывало, охотно предоставляли убежище различным авантюристам, на этот раз в Украине появился самозванец Тимофей Акундинов (Анкудинов) из Вологды, который выдавал себя за Ивана Васильевича Шуйского и претендовал на царский престол. Этот "Лжеивашка" перед тем успел побывать в Литве, Польше, Молдавии, Турции (где принял мусульманство, чтобы спастись от казни) и в Риме (учитывая интерес ним со стороны Папы Иннокентия X). Из Рима авантюрист с ближайшим окружением отправился в Трансильвании, а уже оттуда попал в Украину. Царский посол Василий Унков- ский требовал от гетмана выдать самозванца, однако гетман решительно отказался, ссылаясь на казацкие обычаи. Фактически, Б. Хмельницкий использовал этот эпизод как средство давления на царя. Между тем, Выговский (который изначально занимался этим делом) отправил Т. Акундинова в Трансильвании, передавая через него и сопровождающего казака два письма Юрия II Ракоци. Далее Т. Акундинов продолжил свои блуждания в Стокгольме, Таллине и Любеке, где в конце был издан московитам герцогом гольштинським Фридрихом III Ольденбургом (в обмен на таможенные льготы для своих купцов, которые ездят в Персию через территорию Московии) и казнен в декабре 1653

С отъездом из Украины самозванца отношения с Москвой несколько улучшились. Однако царь дальше не хотел разрывать мирных отношений с Польшей. Не помог этом и отчет московского посланника в Варшаве Григория Кунакова, который сообщал, что Польша в то время уже была очень ослаблена и не может выстоять перед царскими полками, а если к ним добавить еще и казаков, то дойдет до полной гибели Речи Посполитой. Однако государство, вероятно, не чувствовала еще себя в силе противостоять коронном войске или медлила сознательно, ожидая ослабления воюющих сторон. Для успокоения Б. Хмельницкого в январе 1651 в Чигирин прибыло посольство думного дьяка Иларион Лопухина, который имел обнадежить гетмана, что Москва еще не долго будет терпеть нарушения мирных условий со стороны Речи Посполитой. Кроме того, Л. Лопухин был заполучить письма Яна Казимира, в которых он призывал татар и казаков напасть на Московию, как доказательство неискренности польского правительства.

В феврале 1651 Земский собор * 40 принял решение, согласно которому в случае дальнейшего нарушения Польшей мирных условий царь вправе принять казаков в подданство. Православная церковь должна была освободить царя от присяги, которой был скреплен Полянов- ский мирный договор (отец царя Алексея - Михаил Федорович - целовал крест в Архангельском соборе Кремля, а Властное рядов IV - соответственно в кафедральном соборе Варшавы).

* 40: {Земский собор - собрание различных слоев населения Московского государства (прежде всего духовенства и бояр) для решения важнейших вопросов внутренней и внешней политики. Существовал с середины XVI до конца XVII в.}

После поражения в Берестецкой битве до Хмельницкого в Корсунь в июле 1661 прибыл назарстський митрополит Гавриил, которого сопровождал московский посол Григорий Богданов. Митрополит привез сообщение о том, что царь отказался помогать польскому королю против казаков и в будущем не намерен вести войну против своих единоверцев.

В начале 50-х годов XVII в. от казаков в Москву также ездило несколько послов -и Михаил Суличич (январь 1651), Семен Савич (сентябрь 1651 и совместно с Лукьяном Мозирсю в начале 1652), Иван Искра (март 1652), Самуил Богда- вич-Зарудный (декабрь 1652). Во время визита Иоанна Искры, кстати, велись переговоры о том, что царь мог бы принять под свою власть только пограничную полосу на Левобережье, а не всю территорию Запорожского войска. Тогда в Москве всерьез допускали возможность переселения казаков в Крым (в случае окончательного поражения от поляков), а потому И. Искре предлагали, чтобы казаки поселились по рекам Дон и Медведица (т.е. на север от Донского казачества, примерно между Среднерусской и Приволжской возвышенностями). Такое перемещение населения не противоречило мирным отношениям между Речью Посполитой и Московией.

В апреле 1653 в Москву были отправлены полковников Кондрата Бурляя и Силуяна Мужиловского. С ними вели переговоры князь Семен Прозоровский, окольничий Богдан Хитров, думные дьяки Ларион Лопухин и Алмаз Иванов, боярин Григорий Пушкин. Казацкие послы, прося помощи царя, для большей убедительности отмечали существовании альтернатив - возможности турецкого или даже крымского протектората.

В общем, московское правительство долго медлил с предоставлением Богдану Хмельницкому военной помощи, предлагая взамен роль посредника в урегулировании украинского-польского конфликта. Эта роль была особенно выгодной в условиях затягивание войны, а обе стороны все больше истощались. И только относительно успешная (как на 1652 - начало 1653) кампания Б. Хмельницкого в Молдавии и угрозы принятия турецкой протекции заставляли царское правительство действовать более решительно.

29 июля 1953 во Львов, где находился король, прибыли "большие послы" от царя - князь Б. Репин-Оболенский,

Б. Хитров и А. Иванов. Они имели возбудить дело пропусков в царских титулах и вопросы преследования православных пиддапих Речи Посполитой. Требовалось, чтобы поляки отменили церковную унию и вернули казакам права и привилегии по условиям Зборовского договора. Заведомо было понятно, что поляки не согласятся на такие условия, и это должно было стать поводом для разрыва мирных отношений с Польшей. Царь созвал в мае 1653 новый Земский собор, который отложил решение о принятии казаков под царскую протекцию до прибытия посольства из Варшавы. Между тем, в Москву пришли тревожные сведения о вполне реальной возможность перехода Б. Хмельницкого под турецкий протекторат.

В это время гетман все больше убеждался, что нужно заручиться поддержкой могущественных государств. Б. Хмельницкому не удавалось переломить ситуацию в свою пользу. Во время осады Жвания 1653 коронное войско находилось в плачевном состоянии, но развить успех казакам помешала очередная измена хана. Как следствие, было заключено польско-так- Тарский Камьяпецький договор (иначе - Жванецкий мир), который не предусматривал даже казацкой автономии в составе Речи Посполитой. В такой ситуации было нечего терять, и гетман был настроен на радикальные шаги.

Московия поторопилась не допустить вхождения Украины в сферу влияния Османской империи и наконец обратилась к решительным мерам. В сентябре 1653 российские послы стольник Родион Стернев и дьяк Мартемьян Бердихин отправились в Украину, чтобы сообщить казаков о том, что уже проводится мобилизация войск для войны против Польши и для дальнейших действий нужно, чтобы вернулось посольство из Львова. В то же время во Львове московские послы, покидая зал переговоров, демонстративно на повышенных тонах обнаружили свое возмущение (им не дали аудиенции у короля, как они просили), и заявили, что царь в дальнейшем не будет терпеть неуважения и не пришлет больше послов. Так были разорваны дипломатические отношения Московии и Польши.

1 (11) октября 1653 состоялось новое заседание Земского собора, который решил начать войну против Польши (По- новский "вечный" мир провозглашался недействительным) и принять Б. Хмельницкого с Запорожским войском "под государеву высокую руку" (здесь одной из причин провозглашалось недопущения перехода гетмана "в подданство Турецкому султану или крымскому хану»). На следующий день было сформировано посольство к казакам во главе с боярином Василием Бутурлиным, которого сопровождали Иван Олферьев и Ларион Лопухин, кроме того, с ними должно было прибыть многие чиновники и духовных лиц. Посольство отправилось в большой спешке, не дожидаясь инструкцию, яису им было передано уже в пути. Однако делегация должна была задержаться в приграничном Путивле до конца 1653 Лишь в конце декабря 1653 московское посольство приблизилось к Переяслава, где их приветствовал полковник Павел Тетеря. Город Переяслав было выбрано вопреки желанию Москвы, которая хотела, чтобы переход под протекцию царя проходил в Киеве. Это делало акт менее торжественным, чем больше подходило для заключения соглашения о военном союзе, чем для "объединения Руси".

8 (18) января 1654 было созвано два совета: утром - старшин, которая была закрытой, а в два часа - общая военный совет. Обе совета одобрили запланирован акт. На второй совете присутствовали около 300 человек. Гетман произнес речь о бедственном положении Украины после шести лет войны и подчеркнул необходимость перейти под защиту сильного государства, чтобы получить от нее военную помощь. Как альтернативы назывались турецкий султан, крымский хан и московский царь. Собственно последнего - "царя восточного, православного" - хотел видеть своим начальником народ. После этого Иван Выговский зачитал царскую грамоту всем присутствующим.

Далее дошло до недоразумение в Успенском соборе, когда московское духовенство потребовало от Б. Хмельницкого и старшины присягу. Гетман подчеркивал, что нужно, чтобы послами была принесена присяга от имени царя (о невыдаче старшины и гетмана польскому королю, о сохранении казацких прав, вольностей и поместий), на что В. Бутурлин категорически запротестовал - в Московии царь не присягает подданным, только наоборот . Такая позиция настораживало, особенно, если учесть, что сам В. Бутурлин отмечал (для правовой аргументации перехода казачества из-под власти Польши под опеку Москвы), что польский король, а не соблюдая присяги по обеспечению прав православных подданных, сделал их свободными от подчинения себе . Казалось, что в новой ситуации разорвать в будущем союз с Москвой будет уже невозможно с правовой точки зрения. Напряжение возросло настолько, что гетман вышел из собора на совещание, полковники пытались уговорить послов, но те оставались непреклонны. Чтобы не сорвать самого акта, гетман со старшиной таки приняли присягу.

12 (22) января 1654 генеральный писарь Иван Выговский в обществе судьи и двух полковников появился в московских послов с требованием, чтобы они письменно подтвердили сохранение при казаках древних вольностей и поместий. Иначе не соглашались отпускать послов для принятия присяжных от остального населения по городам. Но В. Бутурлин отказался подписывать соответствующие документы и заявил, что казаки могут выслать сами послов к царю, чтобы те "били челом" в деле своих вольностей.

Далее посольство осуществило путешествие по полкам с целью приведения к присяге остального населения. Всего присягнуло более 127 тыс. Человек, из которых более половины были казаками. Избегало присяги духовенство, мотивируя это отсутствием разрешения от патриарха, а также часть полков. Некоторое время медлила и Запорожская Сечь. На сопротивление московиты встречали и в городах - даже в самом Переяславе, а также в Чернобыле и Киеве. По свидетельствам очевидцев, в Киеве люди шли под принуждением и прибегали к различным уловкам - например, во время принесения присяги назывались не своей именем. Вероятно, киевлян повлияла отрицательная позиция киевского митрополита и местного духовенства.

Сами по себе декларативные решения Переяславской рады не имели никаких правовых последствий. Не было тогда подписано и никакого соглашения, поэтому гетман должен был отправить в Москву посольство в этом деле (сам, вопреки желанию царя, ехать не хотел, мотивируя это опасностью войны). Казацкое видение союза с Мос- ной было оформлено на нескольких офицерских советах. 17 (27) февраля из Чигирина в Москву отправилось казацкое посольство во главе с генеральным судьей С. Богдановичем-Зарудным и переяславским полковником П. Тетерей, которые везли проект договора, разработанный Б. Хмельницким и его окружением. Переговоры с московской стороной начались на следующий день после приезда - 23 (13) марта, и продолжались почти две недели. Первоначальный вариант, который состоял из 23 статей, было уменьшено до 11 (часть статей была отвергнута, часть - объединенная), которые утвердила московская сторона, да и то с псвпимы поправками. Кроме того, царь издал ряд "жалованные грамоты" - для Б. Хмельницкого, Войска Запорожского и шляхты.

"Мартовские статьи» (в широком смысле - переработаны "Статьи Богдана Хмельницкого" вместе с "Жалованная грамота") сохраняли за казацкой государством произведенные во время войны форму правления, устройство, административно-территориальное деление, судопроизводство и тому подобное. По духовенством, казаками, шляхтой и мещанами хранились их давние права. Однако в Киеве должен находиться московский воевода с несколькотысячным подразделением. Казацкая армия ограничивалась реестром в 60 тыс. И для казаков и старшины устанавливались размеры платы. По внешнеполитическим вопросам, то Московия обязывалась начать против Речи Посполитой войну и предоставить казакам помощь против татар. Казаки признавали протекцию царя и были вынуждены платить налоги в московскую казну (причем гетман предлагал, чтобы Москве передавали уже готовую собранную сумму, но утвержден было, что налоги собирали царские представители). Казацкая Украина потеряла право на отношения с Речью Посполитой и Османской Империей. Что касается остальных стран, то необходимо было сообщать Москву о ходе отношений с третьими странами.

Новые отношения между казачеством и Москвой очерчивались образным, но туманпим выражению "принятие под высокую царскую руку". Примерно это соответствовало термина "протекция", но каждая сторона по-своему представляла суть сделки: гетман - как преобразования казацкой Украины в вассальное государство с широкими полномочиями, па вроде вассалов турецкого султана, Москва же всегда понимала протекцию как инкорпорацию. Такие противоречия и неоднозначности в восприятии украинско московского соглашения наблюдались не только у современников, но и у исследователей, изучающих ее. Соглашение 1654 трактуют и как неполную инкорпорации, и как унию двух государств, и как военно-политический союз, а также как конфедерацию (последний срок вряд ли уместен, учитывая выразительную неравноправие отношений двух субъектов).

Вскоре после подписания мартовских статей - в апреле 1654 - Москва взялась выполнять обязательства по оказанию военной помощи казакам против Польши. Главный удар был направлен на Смоленск, а южный театр военных действий московская сторона воспринимала как второстепенный. На помощь царской армии Б. Хмельницкий отправил 18 тыс. Казаков па главе с наказным гетманом Иваном Золотаренко. Летом И. Золотаренко получил потужпу крепость Гомель. Далее были заняты южные и западные белорусские уезды Великого княжества Литовского. Там казаки перезимовали. На белорусских землях наблюдалось покозачення местного населения. Наказной гетман всячески доказывал царю, что целесообразнее сосредоточить свои действия на юге Беларуси, и не спешил идти ему на помощь под Смоленск. Казачество имело собственные планы на белорусские (прежде всего, южные) земли. По мнению казацкого правительства, население этих территорий как такое, которое подлежало киевскому митрополиту, не мешало бы подчинить себе и в политическом плане.

Однако в июне 1655 И. Золотаренко таки был вынужден, по желанию царя, отправиться в направлении Вильно, которое совместными украинский-московскими усилиями было добыто в июле того же года. Тем временем между Московией и Украиной назревал спор за белорусские земли. В сентябре 1655 у царя появился новый титул - "великий князь Литовский и Белой Руси", недвусмысленно указывало па царские претензии в отношении белорусских земель. Избегая конфронтации с московским правительством и используя для этого успокаивающее угодливу риторику, И. Золотаренко, однако, продолжал следить украинские интересы в Беларуси.

После гибели в октябре 1655 Ивана Золотаренко, белорусским полковником был назначен бывший казацкого посла-резидента в Крыму Ивана Нечая, брата знаменитого брац- Лавская полковника и участника первого молдавского похода Даниила Нечая (+1651). Его деятельность вызвала раздражение Москвы, в частности из-за того, что И. Нечай по подвластных ему белорусских территорий использовал термин "господство", что па русский перевели как "государ- ствование" и, конечно же, вызвало возмущение царя-"государя". В апреле 1656 в Чигирине начались переговоры с московским послом А. Лопухиным, который протестовал против присоединения Могилева в Войска Запорожского и требовал наказания для И. Нечая за ущерб, которые тот якобы наносил местному населению. Б. Хмельницкий согласился создать смешанную комиссию для расследования проблемы, но отказался вывести казацкие войска из Южной Беларуси. Расследование показало полную беспочвенность обвинений против И. Нечая. Были опровергнуты и упреки московитов о том, что И. Нечай якобы исповедует католицизм. Зато всплыли жалобы на царских людей, которые оказывали грабежи, изнасилования и пытки местных жителей. Формированию антимосковских и проукраинских настроений в Южной Беларуси способствовало также своеобразное "охоты за людьми", к которому прибегали московиты - пленных белорусов фактически превращали в рабов - их вместе с семьями передавали российским помещикам.

Таким образом, основные боевые действия сосредоточились на белорусском фронте, тогда как на украинских землях происходили в основном оборонительные бои. Поэтому именно Украина оказалась в угрожающем положении и нуждалась в военной помощи. Дело впрочем, что в июне 1654. поляки достигли удачного решения основной проблемы своей внешней политики - было заключено "вечный мир" с Крымом. Кроме того, в июле 1654 умер Ис- лам-Гирей III и его преемник хан Мсхмед-Гирей IV, несмотря на личную склонность к философии, оказался довольно воинственным и продолжил поддерживать Польшу против Московии и казаков. Новый хан выдвинул Б. Хмельницкому категорическое требование разорвать союз с Москвой. Гетман на такое предложение не согласился, и ханский посланник Тохтамыш-ага отбыл в Крым с чем. Вместе с представителем гетмана в Крыму М. Бо- гаченком был надислапий в Украину следующий татарский посланник с ханским письмом, в котором требовалось снова отречься от Москвы и вернуться под власть Польши. В случае отказа хан грозил войной, в которой планировал заручиться помощью Молдавии, Валахии и Трансильвании.

Осенью в Украину отправились с двух сторон польский и татарский армии, которые, несмотря на героическое сопротивление укрепленных городов, вдребезги истребили и обезлюднилы Подолья. Наконец, когда в январе 1655 г.. На помощь казакам пришла армия московского воеводы Василия Шереметьево и 19-21 января произошла тяжелая Охматовской (Дрижипильська) битва, наступление коронной армии был остановлен (холод и украинского-московские войска истребили польскую пехоту). Зато татары, разочаровались бесперспективной осадой лагеря казаков и московитов, покинули поляков и взялись грабить украинские земли.

После этих событий активизировались украинские-шведские отношения. Еще в июне 1654 В. Хмельницкий согласился на переговоры со шведами против поляков (гетман тогда поддерживал связи со Стокгольмом через игумена Даниила Грека * 41). Швеция, возглавляемая воинственным Карлом X Густавом, в то время вынашивала планы войны против Польши и Московии. После долгих колебаний, против кого начать войну первой, решено было атаковать Польшу (как слабую страну), чтобы загородить сильной Московии путь к Балтии, особенно доступ к стратегически важной крепости Динебурга * 42.

* 41: {Даниил Грек (Даниил Афинянин, Даниил с Елеонской горы, Даниэль Оливсберг, Даниэль Калаугер) - дипломат на службе Б. Хмельницкого и Выговского, а также Швеции.}

* 42: {Динебург (Динабург, Даугавпилис, Двинск) - древнее город, основанный Ливонским орденом, а с середины XVI в. - Подчинено Речи Посполитой. Сейчас находится на юго-востоке Латвии.}

Во время Дрижипильськои битвы Б. Хмельницкий взял в плен шведских капитана и поруччика, воевавших на стороне поляков в составе прусских пехотинцев. Пленных гетман отпустил под присягой, что они доставят шведскому королю гетманского письма и переведут устное поручение. Карл X Густав, который уже некоторое время готовился к возможной войне с Польшей и, получив весть от Б. Хмельницкого, отправил к нему в ответ посольство Вильгельма Карлуса с письмом и немалыми подарками. Гетман, тепло приняв посла, подал ему сведения о положении поля ков. Далее, через упомянутого игумена Даниила, Карл X Густав заверил Б. Хмельницкого в том, что Швеция не будет заключать союза с Польшей, а наоборот, начнет войну. Это обещание было выполнено 19 июля 1655, и действия шведов в начале были достаточно успешными - познанский воевода капитулировал перед наступлением, польская армия начала казаться, король Ян Казимир отступил в Силезию, а литовские "правители" Радзивиллы признали шведский протекторат.

Пользуясь шведского наступления на Польшу, с Севера и с Востока отправилось украинское-московское войско, которое объединилось в июле под Белой Церковью. На этот раз оно пошло на Львов не через Волынь, а через Подолье. Казаки и московские рейтары разбили поляков под Бучачем, но Каменца получить не удалось. Взятый в конце сентября в осаду Львов состоялся выкупом. Зато за Львовом - под Городком - состоялась основная битва, в которой польское войско па главе с коронным гетманом С. Потоцким было разбито. Казачество в то время руководствовалось принципом: "Пока казацкая сабля зашла, до также казацкая власть должна быть". Однако гетман не был уверен в том, что Галичипа перейдет под его, а не царская власть, и это было одной из причин, что 10 ноября была прекращена осада Львова. Между тем казацко-московское войско полковника Даниила Выговского и стольника Петра Потьом- кино приняло в октябре 1655 Люблин, который сдался без боя, оплатил откуп и присягнул на верность царю.

Отступая из-под Львова, казаки отправились в ноябре 1655 битву с татарами под Озерной (недалеко от Тернополя). Неизвестно, каким был ход боя и кто имел лучшие шансы, однако дошло до переговоров, по результатам которых было заключено перемирие. Вероятно, стороны договорились о военном союзе с акцептом па обязанность казаков помогать татарам и полякам. Договор был вынужденным (к тому же, в татарский плен попал сын В. Бутурлина) и Б. Хмельницкий не собирался его выполнять и помогать полякам воевать против Швеции. Отступление из-под Львова и союз с ханом вызвали царской гнев казаков и В. Бутурлина, которого царь даже хотел казнить. В. Бутурлин обвинял в примирении с ханом Б. Хмельницкого, а сам оправдывался, что не участвовал в заключении договора (в конце испуганный Бутурлин совершил самоубийство). Отношения гетмана с Московией несколько ухудшились.

Б. Хмельницкий в этой трудной ситуации дальше осуществляет свою гибкую и противоречивую дипломатию - пишет письмо турецкому султану о вечной дружбе с ханом и дает гарантии по содержанию от казацких походов на турецкие земли и параллельно пытается поддерживать хорошие отношения со шведами. На помощь казаков рассчитывали одновременно поляки (в соответствии с Озернянской сделки) и шведы, подстрекаемые перебежчиком И. Радзиевским, который надеялся получить для себя политические дивиденды. Однако шведы предлагали не слишком выгодные условия - за казаками оставались только "традиционные" воеводства - Киевское, Брацлавское и Черниговское. В начале 1656 дошло до спора Карла X Густава Б. Хмельницким на почве шведских претензий на западноукраинские земли, противоречило предыдущим договоренностям с гетманом. После дерзких угроз КарлХ Густав решил изменить тон в отношениях с казаками на более мягкий, однако Б. Хмельницкий перестал доверять ему.

Учитывая неоднозначность поведения шведов, Б. Хмельницкий пытался заручиться поддержкой еще одного союзника - Ссмигороддя. В конце 1655 - начале 1656 при гетмане довольно долго находился Стефан Лутц (Люц), посол от Юрия II Ракоци. Этот дипломат присягнул от имени своего правителя, тот не будет помогать врагам казаков и заключать с ними договоров. Б. Хмельницкий отправил в феврале 1656 С. Луца к Ракоци без сопровождения казацкого посла, поскольку ждал на улучшение отношений со Швецией. В общем развитие более тесных отношений с Ссмигороддям происходил трудно.

Между тем Швеция в начале 1656 начала терять военные позиции в Польшу вернулся Ян Казимир, и к тому же умер Япуш Радзивилл - главный литовский союзник шведов. Польша, оправившись после волны поражений, развернула активную дипломатию на два фронта - ища сближения и с казаками, и с Россией, но параллельно настраивая их друг против друга. Поляки приняли ряд мер по дискредитации Б. Хмельницкого, которому пришлось оправдываться перед Москвой и убеждать в незыблемости украинско московского союза. Польша напрасно ждала от казаков выполнения Озернянской соглашения. В конце концов, гетман сам подал такую надежду - на волне возмущения поведением шведов он пообещал предоставить полякам помощь для обороны Львова, но, когда гнев прошел, то дальше медлил с отправкой помощи. Однако хотя бы декларативно отношения между поляками и казаками в этот момент выдавались видпосно приветливыми. Помимо того, Б. Хмельницкий ждал па заключения с Польшей полноценного договора. В критических условиях Польша была готова многим поступиться - даже католический примас в феврале 1656 убеждал Яна Ка зимира предоставить Б. Хмельницкому место в Сепат и титул запорожского воеводы. Момент для понимания казачества с Польшей казался довольно благоприятным, одпак на пути стоял взаимный недостаток доверия и супсрочливи конечные цели обеих сторон.

Помимо того, это было время, когда Б. Хмельницкий затягивал переговоры со всеми соседними государствами, учитывая неопределенность ситуации на международной арене. В конце 1655 и в начале 1656 отношения с союзниками остыли, а с врагами потеплели и разница между врагами и союзниками казаков значительной степени стиралась. В частности, такое положение вещей означал, что соседние страны считали казачество решающим фактором в решении своих внешнеполитических планов.

Однако уже с апреля 1656 Б. Хмельницкий решает опереться на союз со Швецией и Трансильвании против Польши, не рассчитывая при этом серьезно на поддержку Московии и татар. В этой ситуации поляки пытаются рассорить хана с гетманом и одновременно примириться с Московией. На этот раз дела Польши с Крыму не давались легко, поскольку на на- чала хан твердо держался Озернянской мирного соглашения. Зато в апреле в Москву прибыл польский посол и договорился о переговорах между Польшей и Москвой, которые планировалось провести в Вильно. Этому пониманию всячески способствовал австрийский император Фердинанд III. Летом Б. Хмельницкий заявил царю, что он не против переговоров, но подчеркивал, что Москве не стоит особо доверять полякам. Гетман, конечно, был недоволен польско-московским сближением, однако не делал из этого трагедии, надеясь, что на переговорах будет представлена и казацкая сторона.

Приближение соглашения Московии с Польшей дало царское правительство возможность решить в мае 1656 войну против Швеции, теперь становилась главной угрозой для Москвы в Восточной Европе. Это заставило Карла Густава активизировать украинское направление внешней политики и попытаться разорвать украин- ско-московский союз. Параллельно Б. Хмельницкий начинает переговоры с литовским князем Богуслав Радзивилл, который еще оставался союзником шведов, и продолжает отношения с Юрием Ракоци, которому адресовалась "Заявление Войска Запорожского" с гарантиями ненападения на Семиградья и обещанием не поддерживать ничем врагов этого княжества.

В конце лета начались польско-московские переговоры в Вильно. Как уже упоминалось, гетман надеялся на участие в них казацких представителей и отправил в Литву посольство во главе с сотником Романом (Германом) Гапоненко. Ему были даны инструкции добиваться уважения прав православной религии и обещания от поляков не выступать против казаков. Но московские дипломаты не допустили казацких послов на переговоры. Этому может быть несколько причин - во-первых, неприязнь к попыткам гетмана проводить собственную внешнеполитическую линию, а во-вторых, превосходство, учитывая невысокий статус казацкого посольства, которое возглавлял только сотник (впоследствии от московитов были нарекания, что на переговоры гетман направил простых казаков). Игнорирование Украинский вызвало большое возмущение гетмана, а нехватка достоверной информации о ходе переговоров усилил у казаков страх относительно измены царем интересов Украины и передачи казаков под власть Польши. Этим воспользовались поляки, усиливали похожи слухи среди казачества, а Москва не спешила с объяснениями (их гетман получил только в декабре 1656 от АвраамаЛо- пухина). В таком положении Б. Хмельницкий еще больше активизирует отношения с другими странами - именно в то время с просьбой о помощи обратился к казакам Юрий Ракоци.

Опасения Б. Хмельницкого были небезосновательны. Отсутствие казацких послов на венских переговорах сказалась - за Виленским перемирием (24 октября 1656), казацкую территорию было "обкорнали" только в Киевское воеводство. Этим Москва нарушила Переяславские договоренности 1654, к тому же Украина оказывалась под определенным двойным протекторатом. В общем это было невыгодно и Москве, ведь это была и "ее" территория. Однако такие уступки полякам имели компенсироваться избранием московского царя на польский трон после смерти ЯнаКазимира (правда, этот пункт не очень устраивал австрийского императора, который был посредником в переговорах). Кроме того, по условиям перемирия, Московия и Польша должны были выступить против Швеции и Бранденбургии.

Разочарованный политикой Москвы, Б. Хмельницкий все большее внимание уделяет отношениям с Семиградья. Еще в августе были отправлены в Юрия Ракоци казацких послов - генерального есаула Ивана Ковалевского и писаря Ивана Грушу.

Они должны были призвать семигородского князя разорвать отношения с Польшей. Почти одновременно с прибытием послов от гетмана к Ракоци прибыли послы от шведского короля, которые привезли также предложение начать войну против Речи Посполитой. Так, наконец, вырисовывался антипольский союз. 7 (17) сентября 1656 Юрий II Ракоци подписал союзный договор с Войском Запорожским. Следовательно, для того чтобы вступила в силу двустороннее соглашение, в Чигирин был отправлен с подарками семигородский посол Ласлав (Владислав) Уйла- ки. Зато украинская сторона тянула с утверждением договора, поскольку ни казацкие, ни семигородского послы не имели при себе аутентичных "кондиций", которые присягнул и подписал Юрий II Ракоци. Казаки, которые подверглись горького опыта с московитами, заявили: "Князь не может требовать от нас больше, чем сам сделал. Мы не хотим ярмо на шею". Вплоть наконец после долгих совещаний и переговоров сошлись на том, что казаки выдадут такой же диплом, который выдал Юрий Ракоци. Семигородского послы были заинтересованы в том, чтобы взаимное соглашение было заключено, поскольку они имели информацию, что за несколько дней перед тем приезжал татарский посол Хельмер-бег с требованием предоставить татарам несколько тысяч казаков для похода на Семиградья (а соглашаясь на союз с Ракоци, гетман фактически разрывал отношения с Крымом). Так, в такой ситуации послы не могли допустить ухудшения отношений с Украиной. Поэтому 18 октября 1656 Б. Хмельницкий со старшиной присягу на Библии и кресте, что выдадут аналогичный диплом семигородцям.

Между тем в сентябре активизировались и украинские-шведские отношения. К казакам было отправлено полноценное посольство Я. Тернешельда и Готгард Веллинг. Они имели поощрить казаков создать свободное государство, но под шведским протекторатом. Послы должны были убедить казаков помогать войском Швеции и не поддерживать дружеских отношений с ее врагами. Также этим дипломатам было поручено разведать, что думает Б. Хмельницкий о польских и московские дела и максимально настроить гетмана против московитов. По замыслу шведов, территория Войска Запорожского имела ограничиваться традиционно тремя казачьими воеводствами - Киевским, Черниговским и Брацлавский. При этом послам поручали всячески избегать вопроса очистки даже этих воеводств от коронной шляхты (чтобы не раздражать сверх поляков). В обмен за приверженность Швеции казаки обязывались предоставить 30 тыс. Войска, и это войско не должно было получать платные, а содержать себя из войны. Зато татарам шведы были готовы заплатить 100 тыс. Райхсталлерив, и то казацким средства - "под королевский вексель". Фактически, шведы мало что предлагали, кроме абстрактной привязанности. Пребывание шведского посла, вероятно, закончилось для него трагически - по сообщениям семигородского дипломата Франца Шебеш, после тоста за здоровье гетмана Г. Веллинг разжевал и съел хрустальный кубок, после чего впоследствии умер (инцидент был связан с отказом пить водку во время тоста).

Новые планы шведской стороны по казачества показали, что они не сделали надлежащих выводов из дипломатических неудач предыдущего года. На этот раз шведы планировали отдать Москве Черниговское воеводство. Казацкое государство, в случае, если гетман захочет иметь титул великого князя, ограничить до территории Киевского и части Брацлавского воеводств (на левом берегу Южного Буга). Разрабатывались также варианты наследственности или выборности гетмана. Если бы гетман стал ленником шведского короля, то он должен был бы платить ЗО тыс. Злотых и отдавать половину всех доходов в Швеции в случае коронации шведского короля или женитьба его детей. Кроме того, шведский король, который был лютеранином, планировал выдавать разрешение на поставленные киевского митрополита. Также привилегии, которые бы выдавал гетман князь, имели вступать в силу только после утверждения королем. Ничего привлекательного в таких перспективах не было и, вероятно, гетмана не сообщили о таких планах шведов.

Следовательно, 26 ноября (6 декабря) 1656 произошло событие, подавала надежды на изменение расклада сил в Восточной Европе - в семигородского городе Радноти * 43 был заключен шведско-се мигородський договор. Фактически, это был своеобразный ответ на Виленское перемирие, заключенное месяцем ранее. В соответствии с соглашением, создавалась антипольская коалиция. В начале января 1657 в ИИИамос-УЙВАРИ состоялся съезд шведских, семи городских и украинских послов (Самойло Богданович-Зарудный и Иван Ковалевский), которые договорились о разделе Польши. Решено было, что Юрий II Ракоци должен стать польским королем и под его власть должны были перейти Малопольское, часть Мазовии, Волынь, Подляшье и Берестейщина. Карл X Густав должен был получить Королевскую Пруссию, Куявию, Северную Мазовию, Венское и Троцькс воеводства, Жмудь, Ливонию (Инфлянты) и Курляндию. По Украипою закреплялась территория от Плети на Западе и от Новгорода-Северского на Севере. Также получали свои части Богуслав Радзивилл - Новогрудском воеводство с прилегающими территориями и Фридрих Вильгельм - Великопольши. В такие договоренности была заложена ряд противоречий - уРадноти Ракоци выступал против больших территориальных уступок казакам, что, впрочем, понятно, потому что он должен был получить польскую корону, от которой как раз и хотели добиться независимости казаки. Кроме того, Б. Радзивилл планировал создать собственное наследственное княжество и рассчитывал, что к нему будут присоединены Подляшье и Берестейщина (при этом представитель князя отзывался к Кейданського договора 1655). И когда швед- ско-семигородского-украинское войско получило в мае 1657 Брест, Радзивилл выступил против этого с протестом.

* 43: {Радноти - венгерское название (семигородского княжество было преимущественно венгерским по своему этническому составу) современного румынского города Иер пут в уезде Муреш (Центральная Румыния).}

Присоединяясь к аптипольськои коалиции, гетман избегал объяснений по отправке казацкого корпуса к Юрию II Ракоци (своими действиями казаки как подданные царя нарушали Венский мир, и это не могло понравиться царю). Насторожила новая коалиция и Австрию - императорский посол архиепископ Петр Парчевич (хорват по происхождению, который утверждал, что знает "казацкую" язык) прилагал немало усилий, чтобы помирить Б. Хмельницкого с Польшей, обещал, что все казацкие права будут сохранены и даже расширены, а если бы Речь Посполитая не соблюдала соглашения, то Австрия всеми силами поможет казакам выступить против Польши. Гетман пообещал, что если бы пришлось мириться с Польшей, то посредником он обязательно примет Австрию, но прежде всего заботиться об интересах своего государства.

Польша, в свою очередь, решила продолжать привычную политику в отношении Украины - всячески настраивать казаков против Москвы и наоборот. В конце концов, Б. Хмельницкий благодарил им тем самым и очорнював поляков в глазах московитов. Несмотря на это, Польша продолжает отправлять посольства к Б. Хмельницкого (например, Станислава Казимира Беневского в апреле и июне 1657) с весьма выгодными предложениями - поляки уже почти соглашались признать Украину отдельным княжеством. Гетман при этом вел себя двояко - поддерживал отношения, но на сближение не шел.

Это и не удивительно, поскольку в начале 1657 против поляков начались боевые действия казачьих и семигородского войск, в феврале объединились под Перемышлем и пошли широким фронтом территории Южной Польши. Украинские отряды в объединенном войске возглавляли Антон Жданович, а затем Иван Богун. Довольно быстро (преодолевая боем за 2 месяца 400 км пути) - в марте 1657 казаки и семигородци вошли в Краков. Затем это войско двинулось на объединение со шведами.

В то же время, в коалиции было много противоречий для того, чтобы она действовала эффективно - стороны были разочарованы друг другом. Так, шведы были удивлены недисциплинированностью казаков и семигородцив, остальные - малочисленность шведов. Между самими казаками и семигородцямы немалые трения, иногда перерастали в кровавые конфликты, а Ракоци с пренебрежением относился к Ждановича. Несколько лучше были отношения казаков и шведов. Когда шведский король, узнав о наступлении Дании на свои владения, начал, вопреки предварительным договоренностям, тайно выводить свои войска из-под Бреста и при этом вербовал в свое войско много казаков (более желающих шведского общества, чем к семигородского), то это вызвало возмущение Юрия II Ракоци. Карл X Густав объяснил, что казаки не связаны с Ракоци одной присягой. Когда А. Жданович сообщил Б. Хмельницкого о несправедливости со стороны численности нишого семигородского войска, гетман заявил, что если так будет продолжаться дальше, то он направит к ним еще 50 тыс. Казацкого войска и семигородци будут уничтожены. При таких отношений между союзниками следует надеяться успеха коалиции.

Антипольские договоренности Б. Хмельницкого со шведами и семигородцямы фактически рассорили его с татарами, которые угрожали в такой ситуации уничтожить Украину. О мобилизации татарских войск предупреждал казаков молдавский господарь. Гетман пытался повлиять на Крым через Турцию, куда отправил весной 1657 своего посла Лаврентия Капусту, однако его миссия не увенчалась успехом. Султан, подстрекаемый австрийцами и поляками, был враждебно настроен по отношению казаков. Оборона Украины от татар было поручено Юрию Хмельницкому, который к тому времени уже был провозглашен преемником больного гетмана. Летом татары начали поход на Украину. В таком затруднительном положении гетман снова попытался в июле 1657 прибегнуть военную помощь царю, но отношения с Москвой были уже испорчены и В. Хмельницкий в отчаянии обращается за Станислава Беневского в Польшу (июнь - июль 1657).

В то же время в июне 1657 в Чигирин прибыл новый шведский посол Густав Лилиенкрон, который имел исправить ошибки предыдущих дипломатов. Однако Швеция уже все меньше интересовала Б. Хмельницкого учитывая ее неудачные военные действия и дерзкие предложения. Г. Лилиенкрон был прохладно принят гетманом, который несколько дней его вообще игнорировал, а в конце услышал упрек - если посол прибыл с поручением вроде того, что был Г. Веллинг, то не о чем говорить. Хотя Г. Лилиекрона убеждал, что прибыл для укрепления дружбы, основной целью его миссии было отдалить гетмана от Москвы. Надежды эти базировались, в частности, уверениям Даниила Грека в том, что украинский-московский союз будет расторгнут. Превышение этим посредником своих полномочий возмутило гетмана, а Выговский заявил, что в связи с угрозой с юга согласие с царем казакам крайне необходима.

Вообще июня 1657 был "горячим" месяцем для казацкой внешней политики - мощные соседи направляли посольства в Чигирин, каждое из которых пыталось достичь своих, зачастую противоположных другим, целей; шляхта Турово-Пинского уезда обратилась с просьбой присоединить эти земли к казацкого государства; с юга угрожала татарское нашествие и тому подобное. Кроме посольств С. Беневского от поляков, Г. Лилиенкрон и Ю. Немирича от шведов, в начале июня к гетману прибыл посол от царя - окольничий Федор Бутурлин. Он имел выяснить внешнеполитическую ориентацию Б. Хмельницкого, которая все больше настораживала и раздражала Москву. Гетман медлил с аудиенцией, ссылаясь на болезнь, и сначала Ф. Бутурлина принял Выговский, только потом - сам Б. Хмельницкий. Посол выдвинул казацком правительства ряд обвинений, прежде всего по союза с Трансильвании, которая противоречила Венском перемирию, и по претензии казачества на белорусские земли. Кроме того, поднимались вопросы присутствия воевод в крупных городах Украины, проблема сбора налогов, которые должны идти царю и тому подобное. Переговоры сопровождались рядом недоразумений и проходили в напряженной атмосфере, часто на повышенных тонах со стороны гетмана. Всего на тот момент отношения с Москвой максимально остыли, и единственным, что сдерживало Б. Хмельницкого от полного разрыва этих отношений, была татарская угроза. Она также заставила гетмана приказать Антону Ждановичи отступать в Украину.

Завершающая фаза войны украинского-семигородьких войск против коронной армии казалась как поспешным отступлением с оборонительными боями - достаточно быстро Юрий II Ракоци принял решение о необходимости заключения мира с поляками, и только старался сделать это на более выгодных условиях. В сообщников были возможности отступить на казацкую территорию и восстановить силы, но семигородский князь не проявил достаточной решительности (его войско было деморализовано, ширилось дезертирство) и после битвы под Черным Островом на Подолье начал переговоры о капитуляции. В такой ситуации А. Жданович решил покинуть семигородцив и отступить за Южный Буг, чтобы не стать жертвой сепаратных переговоров князя с поляками. Такой шаг был следствием готовности Ракоци к капитуляции, а не ее причиной. Семигородци 12 (22) июля 1657 заключили унизительный договор с поляками, который предусматривал извинения Ракоци перед польским королем и турецким султаном, разрыва отношений с врагами Польши, уплачивания большой контрибуции и потерю артиллерии.

Поражение семигородского-Украинской коалиции, а также бунт в казацком войске очень огорчили Б. Хмельницкого, который даже приказал казнить Антона Ждановича (чего, однако, не произошло). Все это нанесло вред здоровью гетмана - его, скорее, поразил инсульт, и после нескольких дней, 27 июля (6 августа) 1657 гетман умер. Уход выдающегося политика, собственным авторитетом длительное время сдерживал внутренние противоречия и внешнее давление соседей, состоялся явно не ко времени, что повлияло на дальнейшую судьбу Украины.

Рекомендуемая литература

Апанович О. Русско-украинский договор 1654 г.. Мифы и реальность. - М., 1994.

Байдаус Э. Штрихи к политическому портрету Богдана Хмельницкого в контексте молдавско-украинских отношений (1648- 1653 гг.) // Украина в Цептрально-Восточной Европе. Студии а истории XI-XVIII вв. - К., 2000.

Брехуненко В. Московская экспансия и Переяславская рада 1654 гг. - К., в 2005.

Брехуненко В. Истоки крымской политики Богдана Хмельницкого // Украинский исторический журнал. - 1995. - № 4.

Воробей В. Украинская внешняя политика накануне и во время войны с Русским государством (1657-1659 гг.) // Истину устанавливает суд истории: Сборник в честь Федора Павловича Шевченко. - Т. 2. - Научные исследования.

Воробей В. Иван Нечай и украинский-российские соревнования за Беларусь (1655-1659) // Украинский исторический журнал. - 1998. - № 1; № 2.

Воробей В. От союза к инкорпорации: украинские-российские отношения второй половины ХУП - первой четверти XVIII в. - М., 1995.

Воробей В. Украинская внешняя политика после Переяслава: стратегические и тактические отступления второй половины 1655 // Украинский исторический журнал. - 2000. - № 1-2.

Воробей В. Российско-украинские дипломатические отношения 1648-1657 гг. // Киевская старина. - 1995. - № 6.

Гурбик, Российско-украинские военно-политические отношения в период Раднотськои системы (1656-1657 гг.) // Истину устанавливает суд истории: Сборник в честь Федора Павловича Шевченко. - Т. 2. - Научные исследования.

Переяславская рада 1654 г .: Историография и исследования: 36. ст. - М., 2 003.

Прицак О. Еще раз о союзе Богдана Хмельницкого с Турцией // Украинская археографический ежегодник. - 1993. - Вып. 2.

Степанков В. Украинская революция 1648-1676 гг. В контексте европейского революционного движения XVI-XVIII вв.

Попытка сравнительного анализа // Украинский исторический журнал. - В 1997.

Федорук Я. Международная дипломатия и политика Украины. 1654-1657. - Л., 1996. - Ч. 1.

Флоря Б. Богдан Хмельницкий и турецкий "протекция" // Киевская Старина. - 2001. - № 3.

Шевченко Ф. Дипломатическая служба на Украине во время Освободительной 1648-1654 гг. // Исторические источники и их использования. - К .: Наукова думка, 1964. - Вин. 1.

 
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Предметы
Агропромышленность
Банковское дело
БЖД
Бухучет и аудит
География
Документоведение
Естествознание
Журналистика
Инвестирование
Информатика
История
Культурология
Литература
Логика
Логистика
Маркетинг
Математика, химия, физика
Медицина
Менеджмент
Недвижимость
Педагогика
Политология
Политэкономия
Право
Психология
Региональная экономика
Религиоведение
Риторика
Социология
Статистика
Страховое дело
Техника
Товароведение
Туризм
Философия
Финансы
Экология
Экономика
Этика и эстетика
Прочее