Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow История arrow История Древнего Востока

ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ УЧЕНИЯ ДРЕВНЕГО КИТАЯ

Процесс формирования китайской народности, ее культуры и религии сопровождался в VI-V вв. до н. е. острой полемикой вокруг вопроса об оптимальных путях развития общества и государства. В этой полемике были заинтересованы верхом, которые надеялись на идеологическое оправдание своих методов руководства обществом, способных, по их мнению, осчастливить народ. Дошло до того, что отдельные владельцы приглашали в столицу философов за высокое вознаграждение, только те устали философствовали. Почему же пофилософствовать на таких условиях? Философы буквально заполонили страну, путешествовали от царства к царству, предлагая всем желающим выслушать их этические, экономические, политические идеи. Сложилось немало философских направлений - наступила эпоха Ста философских школ. В отличие от европейских философов, стремившихся найти идеальную политическую систему, а уже потом подогнать к ней соответствующую мораль, китайские мудрецы главную внимание уделяли разработке моральных принципов, отодвигая на задний план политические формы. В ходе полемики выкристаллизовались четыре главные общественно-политические учения, которые существенно повлияли на ментальность народа, направление исторического развитию общества и государства.

Конфуцианские идеи по перестройке общества

Авторитетной общественно-политической доктриной стало конфуцианство, без которого невозможно себе представить традиционное китайское общество. Создателем его был мечтатель и моралист Кун-цзы («учитель Кун») или, как это имя читается в латинизированной форме, Конфуций.

Конфуций родился 551 г. до н. Э. е. в царстве Лу в семье обедневших аристократов. Он рано стал сиротой, поэтому детство его было безоблачным. Девятнадцатилетним юношей Конфуций женился, однако семейная жизнь его не сложилась. Природа обделила его внешностью и чертами характера, необходимыми для обеспечения служебной карьеры. В. Малявин по этому поводу отмечает: "Отец" китайских церемоний »вовсе не отличался дипломатическим тактом. Он совершенно не умел угождать, лицемерить, интриговать, выжидать подходящего момента, одним словом - делать все то, что необходимо для успешного продвижения к вершинам власти ... Его прямодушие, безупречная честность, смелые суждения вместе с его, мягко говоря, странной внешностью могли беспокоить кого-либо из тех, кто захотел бы ему покровительствовать ". К военной карьере в Конфуция также не было наклона. Поэтому будущем "Учитель десяти тысяч поколений" пришлось пробовать свои силы на непрестижной в тогдашнем Китае преподавательской ниве (для этого Конфуций имел соответствующие данные: хорошо играл и пел, овладел другие "шесть искусств"). Именно на образовательном поле Конфуций и слыл, подняв авторитет народного учителя в Китае на головокружительную высоту. Он открыл первую в Китае (возможно, и в мире) новаторскую частную школу, в которой дети не только учили, но и воспитывали. Конфуций считал, что "в обучении не должно быть разницы между людьми" (Луньюй, XV, 38), и принимал в свою школу всех желающих, несмотря на их социальный статус, за почти символическую плату. Благодаря новаторской педагогической деятельности Учителя образование и культура в Китае перестали быть монополией знати.

Конечно, Конфуций мечтал и о высокой административную должность, возможной бы реализацию его реформаторских замыслов. Он стал путешествовать по стране, пытаясь убедить высоких чиновников в необходимости гуманно управлять народом. Обладатели его с почестями встречали, однако долго в себя не задерживали, так что, по образному выражению современника, у него "не было даже времени, чтобы согреть циновку, на которой он сидел". Разочаровавшись в политической миссионерстве, Конфуций вернулся в родное царство Лу, где и умер в 73-летнем возрасте, оставив потомкам богатое историко-философское наследие и когорту преданных ему учеников (последние произвели по нему, как по родному отцу, трехлетний траур).

Общественно-политические взгляды Конфуция полно отражены в афористическом трактате Луньюй ("Беседы и суждения"), имеющий форму ученических записей и диалогов (всего конфуцианский канон насчитывает 13 книг, которые составляют 40 томов). В традиционном (средневековом) Китае эту национальную Библию знал наизусть каждый грамотный китаец. Луньюй сыграл колоссальную роль в формировании китайского менталитета; он до сих пор служит в значительной степени указателем в сфере этико-нравственной жизни нации, хотя еще в 20-х годах XX в. правительство изъяло его из списка обязательной литературы для школьников.

Исследователи по-разному оценивают философское наследие Конфуция. Одни считают "Учителя десяти тысяч поколений" революционным мыслителем, другие - закоренелым ретроградом. Но факт остается фактом: Конфуций в течение двух тысячелетий был властителем дум почти трети человечества (китайцев, корейцев, вьетнамцев, японцев), а то, что он - один из величайших мыслителей планеты, никто не отрицает.

Какое общество Конфуций считал идеальным и как он собирался его строить?

Конфуций исходил из того, что идеальное общество должно состоять из идеальных граждан, поэтому он отстаивал необходимость совершенствования самого человека. Людей он не идеализировал, разделяя их на три группы: "благородных" (цзюнь цзы), "обычных" (чжун жень) и "ничтожеств" (сяо жэнь). В основу этой классификации Конфуций положил НЕ социальное происхождение, а сугубо морально-этический критерий. Он, таким образом, не приписывал "благородство" социальной элите, а "ничтожество" - низам общества. (Первыми признаками "благородства" философ считал справедливость, скромность, вежливость, уважительное отношение к родителям и старшим по возрасту, доброту, искренность, взвешенность в поступках, преданность своему делу и другие нравственные принципы. Основную разницу между "благородным" и "ничтожеством" Конфуций видел в том, что первый живет для других, а второй - в свое удовольствие. "Благородный" руководствуется принципом "не делай другим того, чего не хочешь для себя "(Луньюй, XV, 23). Призвание" благородного "- оберегать нормы морали в обществе, а" ничтожества "- создавать материальные блага, кормить и одевать себя и др." ничтожество "Конфуций презирал до такой степени, что приравнивал их к женщинам, уверяя, что "все равно трудно иметь дело с женщинами и" ничтожествами »: если с ними сблизишься - перестают слушаться, если держишься от них на расстоянии - ненавидят" (Луньюй, XVII, 25).

По мнению Конфуция, "благородными" люди не рождаются, а воспитываются, поэтому "облагородить" (перевоспитать) можно даже испорченных типов, не говоря уже о "обычных" граждан!] Конечно, общество не может состоять из самых "благородных", ведь кому надо и в земле копаться, однако каждый должен бороться со своими пороками, чтобы не стать "ничтожеством". Пороками же людей природа не обделила - все стремятся богатства, знатности, яростно завидуют тем, кому больше повезло в жизни.

Как можно "облагородить" людей? Для этого, считал Учитель, следует добиться, чтобы каждый гражданин неуклонно выполнял "ритуал и церемониал" (ли), то есть придерживался древних народных традиций, устоявшихся норм обычного права. Только когда общепризнанные нормы поведения станут образом жизни каждого, удастся превратить толпу в народ, предотвратить превращение князей мира сего в тиранов, чиновников - на беспринципных прихлебателей, подчиненных - на мятежников и хамов, обеспечить теплые отношения между родителями и детьми, старшими и младшими. Без такой уздечки, как "ритуал и церемониал", говорил Конфуций, "почтительность становится лишним бременем, осторожность - трусостью, смелость - смутой, откровенность - грубостью" (Луньюй, VIII, 2).

По мнению Л. С. Переломова, Конфуций пытался благодаря "ритуала и церемониала" органично соединить общество с государством, ведь если все будут руководствоваться одинаковыми морально-этическими нормами, то, во-первых, подчиненных и чиновников объединять общие ценности, а во вторых, в случае нарушения верхами древних традиций низы будут основание исправить действия государственных органов. "Абсолютизируя роль обрядов и ритуалов, - развивают эту мысль другие историки, - конфуцианские мыслители видели в них основной регулятор отношений между людьми в обществе, с одной стороны, и рычаг, с помощью которого Идеальный обладатель способен навести порядок в Поднебесной, - с другой" .

Философ добивался "исправление имен", надеясь таким образом вернуть людям утраченную совесть. Вещи следует называть своими именами, иначе отцеубийство восприниматься как обычное убийство, люди не отличать правду от лжи, будут способны на любой аморальный поступок.

Конфуций не верил в исправительную силу законов, то есть в карательную функцию государства. Любой закон, по его мнению, при желании можно обойти, к тому же судебные расправы запугают народ, тогда он начнет приспосабливаться, потеряет остатки порядочности, а с таким народом идеального общества не построишь. Другое дело - укрепление народных традиций в форме "ритуала и церемониала", то есть привитие народа своеобразной культуры.

Учитель десяти тысяч поколений "любил и знал древности, преклонялся перед мудростью народных традиций." Конфуция можно по праву называть трубадуром давности, - отмечает Л. С. Переломов, - ведь он был первым в истории китайской философии и политической мысли, кто фактически не только создал культ древности, но и будто сориентировал свою модель государства в прошлое ". Стал крылатым выражение Конфуция," новое - это хорошо забытое старое ".!

Конфуций возлагал на традиции древности большие надежды, считал даже малейшие нарушения "ритуала и церемониала" недопустимыми: "Нельзя смотреть на то, что противоречит Правилам, нельзя слушать то, что противоречит Правилам, нельзя говорить то, что противоречит Правилам" (Луньюй , XII, 1). Современники заметили, что Учитель никогда не отвечал поклоном на подарки, не предусмотренные церемониалом. Более того, когда-то во время межгосударственных переговоров музыки и танцовщики, выступление которых был предусмотрен протоколом, в чем-то нарушили ритуал, Конфуций потребовал для них наказания - и слугам Мельпомены при нем отсекли руки и ноги.

Из народных традиций Конфуций канонизировал первую уважительное отношение к родителям и старшим по возрасту, так как считал, что "среди тех, кто уважает родителей и уважает старших братьев, редко случаются способны выступить против начальства, а среди тех, кто не выступает против начальства, никогда не бывает способных поднять мятеж ". "Родители скрывают ошибки сыновей, а сыновья покрывают ошибки родителей, это и есть прямотой", - подчеркивал Учитель (Луньюй, XIII, 18), для которого крепкая семья служила залогом сильного государства.

Следует отметить, что Конфуций не отстаивал всепрощения, не проповедовал стержневую в христианстве идею непротивления злу. Когда ученик спросил его, стоит ли платить добром за зло, Учитель решительно ответил: "А чем в таком случае платить за добро? Платите добром за добро, а за зло благодарит по справедливости»).

Конфуций отстаивал равновеликие возможности в обществе, в том числе имущественное равенство, которая, по его мнению, является единственным гарантом от бедности (Луньюй, XVI, 1). Вместе с тем он считал, что равенство социальная невозможна и вредна, ведь если бы исчезла разница между верхами и низами, народ превратился бы в неуправляемую массу. По учению Конфуция, обладатель должен быть обладателем, чиновник - чиновником, отец - отцом, сын - сыном / (Луньюй, XII, 11). Именно за это взгляд Конфуция обвиняют в намерении сохранить сословные барьеры, другими словами - в ретроградстве. Но этот упрек в адрес Конфуция безосновательный: философ не собирался превращать элитный слой общества на касту, ведь он открывал доступ к чиновничьему аппарату для всех "благородных", а стать "благородным", согласно его концепции, мог каждый.

Способна человек самостоятельно избавиться от своих пороков, без чего идеальное общество - лишь розовая мечта? Нет, не в состоянии, считал Конфуций, ведь, в Его воображении, народ - это стадо, которое можно повести нужным путем, но которому не втлумачиш, зачем это понадобилось (Луньюй, VIII, 9). Люди без государства не станут лучше. Только государство способно заставить своих граждан выполнять "ритуал и церемониал", прислушиваться к советам древних "мудрецов", постоянно самосовершенствоваться. Однако добьется она этого не силовыми методами, не путем разработки единого для всех законодательства, только уничтожит нужную дистанцию между верхами и низами, а исключительно своим авторитетом, силой собственного примера. "Если верхом любят Правила, то в народе не найдется ни одного, кто бы осмелился проявлять неуважение; если верхи любят справедливость, то в народе не найдется ни одного, кто бы обнаружил неповиновение; если верхи любят честность, то в народе не найдется ни одного, кто бы решился быть неискренним "(Луньюй, XIII, 4). "Если ты займешься политикой, - убеждал Конфуций чиновников, - зачем убивать? Стремись добра, и народ будет хороший. Способности" благородного "- ветер, способности" ничтожества "- трава. Когда над травой ветер, она гнется" (Луньюй, XII, 19). В государстве, мол, все держится на авторитете правительства. Государство, утверждал Учитель, может просуществовать в условиях недостатка продуктов питания и оружия, однако "когда народ потеряет доверие к правительству - государство не выстоит".

В понимании Конфуция, государство должно быть единственной большой семьей, отношения между царем и народом в ней - такими, которые традиционно сложились между главой семьи и младшими родственниками, другими словами, царь должен быть отцом народа, а последнему принадлежит покорно выполнять все его установки] "Когда народ живет в достатке, как может не хватать обладателю? - риторически спрашивал философ.- Если же людям не хватает, то как может хватать обладателю?" (Луньюй, XII, 9). Однако взаимоуважение между монархом и низами возможна, по мнению Конфуция, лишь в том случае, если монарх будет образованным, гуманным лицом, одним словом - "благородным". Невежды и тирана следует лишать власти. Монарху должны помогать идеальные чиновники-профессионалы, не заражены бациллой беспринципности и карьеризма. Чиновники должны служить народу, а не друг другу. "Не вводите его (монарха) в заблуждение! Отрицайте ему!" - Призвал Конфуций чиновничью братию (Луньюй, XIV, 23).

Конфуций впервые в Китае провозгласил власть монарха священной. Он уверял, что монарх - это посланник Неба, которое наделяет монарха властью и через него воплощает в жизнь принципы высшей справедливости. Небо может разгневаться на него, если он превратится в тирана, и продемонстрирует свой гнев солнечным затмением, засухой, наводнением, землетрясением или нашествием саранчи. Поэтому философ не собирался навязывать обществу тоталитаризм. Провозгласив Небо верховной руководящей силой, он этим, наоборот, вберигав общество от тирании монарха, давал тем самым возможность царским советникам и министрам контролировать его деятельность, решать с помощью астрологических толкований, выполняет монарх "волю Неба" и заповеди древних мудрецов, и при необходимости устранять его от власти. Именно благодаря этой особенности конфуцианской доктрины в Китае время от времени происходили под лозунгом возвращения к старым порядкам народные восстания против отдельных династий.

Таким образом, конфуцианство пошло "в атаку на сердца" - провозгласило превосходство культурно-этических норм и древних традиций над законодательством. Это, в принципе, устраивало государство, которому импонировало облачаться в тогу охранника нравственности и социальной справедливости.

Конфуций боялся общественных преобразований, разгула народной стихии, он стремился стабильности и спокойствия в государстве и, кстати, оставил потомкам такой совет, как вести себя в грустную сутки: "В стране, где царит надлежащий порядок, будь смел в поступках и разговорах. В стране , где нет порядка, будь смел в поступках, однако осторожен в разговорах "(Луньюй, XIV, 3).

Конфуций настоятельно рекомендовал верхам сначала накормить народ, а потом от него чего-то требовать, сначала просветить его, и только после наказывать за правонарушения: "Не научить, и все же наказать - это аморально, преступно" (Луньюй, XV). Вместе с тем он не собирался полностью освободить народ от обязанностей перед государством, а только ратовал за умеренный эксплуатация низов, считал мудрым и справедливым того владельца, который "заставляет народ работать только в назначенное время" (Луньюй И, 5).

Заслуживает внимания отношение Учителя к религии. Конфуций рекомендовал "уважать чертей и духов, но держаться от них подальше" (Луньюй, XXIII, 6:22), поэтому, вроде других китайских интеллектуалов, не усмотрел в набожности народа панацею от падения нравственности, считал чрезмерную религиозность признаком бескультурья и невежества.

Насколько реалистичной была конфуцианская модель общества? О какой реальность такого государства может идти речь, если она могла существовать только в условиях идеального руководства (мудрый и справедливый царь, гуманные, а не коррумпированные, преданные своему делу чиновники)? Между исторический опыт показывает, что слишком часто политическую кухню обслуживают не лучше кулинары. Историк В. О. Ключевский даже констатировал (несколько преувеличивая), что "государству служат худшие люди, а лучшие - только худшими своими качествами". Поэтому критики в адрес конфуцианской модели общества хватало уже в древние времена.

 
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Предметы
Агропромышленность
Банковское дело
БЖД
Бухучет и аудит
География
Документоведение
Естествознание
Журналистика
Инвестирование
Информатика
История
Культурология
Литература
Логика
Логистика
Маркетинг
Математика, химия, физика
Медицина
Менеджмент
Недвижимость
Педагогика
Политология
Политэкономия
Право
Психология
Региональная экономика
Религиоведение
Риторика
Социология
Статистика
Страховое дело
Техника
Товароведение
Туризм
Философия
Финансы
Экология
Экономика
Этика и эстетика
Прочее