Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow История arrow Деятельность графа А.А. Аракчеева в сфере общего и профессионального образования

Система общего и профессионального образования в военных поселениях

Организация военных поселений, начавшаяся еще в 1810 году по проекту императора Александра I, являлась одной из основных составляющих его преобразований. Характерно, что из-за господствующих негативных оценок военных поселений имеется крайне мало исследований, изучающих непосредственно систему образования в поселениях, которая, с одной стороны, заключала в себя опыт и результаты реформирования профессионального образования, а с другой - являлась самобытной по своему содержанию. Как правило, в исследованиях рассматривалась именно военная составляющая обучения поселян. Однако во всех военных округах были учреждены эскадронные и ротные школы, куда ходили наравне дети крестьян и офицеров. Следовательно, в военных поселениях вводилось всеобщее бесплатное начальное образование.

Первые работы по изучению школьной системы в военных округах были опубликованы советским исследователем Н. А. Константиновым. Исследователь в своей статье сравнивал все прусское с фашистским, а графа А. А. Аракчеева с Гитлером, который «идеал учителя сближал с идеалом офицера». Н. А. Константинов превзошел мемуаристов по оценкам деятельности графа А. А. Аракчеева в организации военных поселений. Исследователь определил цель обучения кантонистов как «бессловесной серой скотинки». Однако сами факты, которые приводит, исследователь, говорят о противоположном. Ссылаясь на архив, Н. А. Константинов определяет количество школьных кантонистов от 10 до 18 лет как 30 002 человека. То есть более 30 тысяч детей получали бесплатное начальное образование.

Что касается содержания образования кантонистов, то стоит обратиться к первым законодательным актам 1817 года, на основе которых строилось обучение, воспитание и быт кантонистов. Граф А. А. Аракчеев принял участие в разработке отдельного «Проекта положения о военных кантонистах».Кантонистами назывались сыновья военных поселян и коренных жителей, которые подразделялись на три возрастные категории или, по-другому, «возраста»: малый, средний, большой. Кантонисты большого возраста делились, соответственно, на еще две категории: способных к строевой службе и негодных к ней по состоянию здоровья. Те, кто был непригоден для службы, обучались различным ремеслам в своих полках и у мастеров в Москве. Ссылаясь на архивы, Т. Н. Кандаурова сообщала, что по завершении своего обучения, те ученики «должны были передавать свои знания и навыки в кантонистских школах». Прежде всего данные три категории определялись возрастом. Так, дети до 7-ми лет считались кантонистами малого возраста, от 7 до 12 лет дети относились к среднему возрасту, и от 12 до 18 лет считались уже большим возрастом. С семилетнего возраста кантонисты посещали школы, которые находились в каждой поселенных роте или эскадроне и располагались у штаба. Образования определялось, для кантонистов включало следующие предметы: закон Божий, русский язык, арифметика, первоначальные понятия геометрии, рисование и пение. Военные и строевые упражнения полагались только для кантонистов старшего возраста, годных к таким занятиям. Особое внимание уделялось воспитательной составляющей в образовании. Одним из самых главных средств воспитания считался «добрый пример». Детей в военных поселениях обучали также дисциплине, которая «есть душа всякой службы».

Стоит отметить, что граф А. А. Аракчеев следил, чтобы кантонисты большого возраста не находились постоянно в казарменном положении, как об этом писал В. К. Ячменихин. В одном из писем к С. И. Маевскому граф писал следующее «Вы, отобрав от родителей детей кантонистов, большаго возраста, собрали оных в учебный баталион, что совершенно противно коренным правилам военнаго поселения, ибо главное правило онаго - соединять семейства, а не отделять их от родителей». Из этого следует, что если были такие случаи, то они являлись серьезным нарушением правил, разработанных начальником военных поселений графом А. А. Аракчеевым.

Выпускник Новгородского графа Аракчеева кадетского корпуса П. П. Карцов писал, что «кантонисткие школы военных поселений приносили несомненную пользу народному образованию и вообще военному ведомству в особенности». Польза прежде всего заключалась в распространении образования среди коренных жителей, чьи дети также записывались в школы, была даже возможности проходить обучение детям женского пола. Данные положения, составленные графом А. А. Аракчеевым, было одобрены императором Александром I.

Действительно, по началу не везде сразу учреждались школы и имелись помещения для обучения. Историк В. К. Ячменихин на основе статических данных делал вывод, что не все кантонисты получали надлежащее образования. Несмотря на нехватку кадров и трудности введения военных поселений, все равно открывались школы. Сам же В. К. Ячменихин отмечал в своей статье, что строились новые школы: так, в 1822 по 1824 года в округах кавалерии было построено еще 65 школ.

Известно, что граф А. А. Аракчеев, под руководством которого находились все военно-сиротские отделения, ввел новое разделение кантонистов по возрастным категориям. Младший возраст заканчивался в 9 лет, средний возраст включал в себя теперь детей от 10 до 15 лет, а старший возраст - от 15 до 18 лет. Запрещение графом поступать в военно- сиротские отделения детям родового и военного дворянства, которые стали направляться в кадетские корпуса и дворянский полк, было обусловлено целью улучшить общее состояние военно-сиротских отделений, переполненных детьми. Одним из итогов таких мер стало уменьшение количества больных детей.

Граф А. А. Аракчеев никогда не забывал и про наставничество, будучи главным начальником военных поселений. Большинство писем к С. И. Маевскому носили неформальный характер, где граф давал советы по решению проблем, хвалил или указывал на допущенные офицером ошибки. Например, граф в одном письме делал замечание С. И Маевскому, возвращая ему рапорт и список: «я разсмотрением вашим по сему списку недоволен; видно вы очень легко оный разсматривали, а где касается до людей, то оные делать нужно гораздо обстоятельнее рассуждать». Заканчивая письмо, граф говорил о принципах работы и напоминал, что офицер работает прежде всего с живыми людьми. Работа с людьми «гораздо труднее учебнаго шага и всего фронта». Помимо личных писем, граф А. А. Аракчеев составлял правила и приказы, напоминающие больше наставления и руководства к своей службе. Офицер, помимо наличия прочных знаний по обучению, должен был «наблюдать за нравственным и учебным образованием военных кантонистов и детей женскаго пола». В данном документе граф стремился дать идеалы и ориентиры, которым должен был следовать офицер, и очерчивал круг его обязанностей. По представления графа, офицер должен был быть кротким, терпеливым, справедливым и человеколюбивым; прежде всего «быть деятельным» во всем и внимательно следить за упражнениями нижних чинов. Похожие правила и обязанности были расписаны графом и для нижних чинов. Из этого следует, что граф уделял особое внимание взаимодействию старших и нижних чинов. Причем теперь офицеры и солдаты становились ориентиром и помощниками для рядовых поселян и коренных жителей. Тем самым была произведена попытка организовать взаимодействие людей военных и гражданских, соединить их в совместной деятельности и службе.

Что касается применения метода взаимного обучения Э. Белла и Д. Ланкастера в военных поселениях, о котором пишут большинство историков, ссылаясь на специально созданное Н. И. Гречем «Руководство к учреждению школ для кантонистов среднего возраста по методе взаимного обучения и к управлению оными», вопрос о реальном использовании данной методики остается открытым. Граф Ф. П. Толстой пригласил графа в почетные члены общества учреждения училищ по методу взаимного обучения, подчеркивая, что желал бы видеть в лице графа покровителя. Вскоре графу были присланы книги по данному методу. В разделе каталога графской библиотеки, посвященном нравственности и воспитанию, имелось три книги: «Взаимное обучение Истории, введенное в употребление и распространенное Г. Доктором А. Беллем, И. Ланкастером и другими в Англинских и Французских училищах», «Руководству ко взаимному обучению, изданное Николаем Гречем», «Таблица для взаимного обучению: одна для училищ военнаго поселения». Ни в каких личных письмах граф не упоминал ни о данных книгах, в каких правилах и уставах графа также не говорилось о назначении и сути данного метода.

Исходя из этого, можно сделать вывод, что метод взаимного обучения в военных поселениях носил формальный характер. Привлекательность метода была прежде всего связана со схожестью правил, достаточно распространенных в учебных заведениях и усвоенных графом еще в статусе кадета. Правила эти заключались в шефстве старших над младшими и ответственности последних. Из-за недостатка учителей необходимы были способные в науках помощники для подтягивания других. Однако на практике данный метод применялся достаточно формально, а позже и вовсе будет не востребован.

После восстания Семеновского полка в 1820 году император Александр I отстранил от дел Н. И. Греча. Была составлена секретная записка, где генерал-адъютант И. В. Васильчаков отвечал на вопросы, касающиеся событий восстания. На вопрос про Н. И. Греча генерал отвечал: «но удаление г. Греча нахожу нужным и представлю к приезду Государя новое образование сим школам».После ухода Н. И. Греча был обновлен состав находящейся под председательством графа Е. К. Сиверса комиссии «для составления учебных пособий». Исследователь В. К. Ячменихин отмечал, что этой новой комиссией были проделаны значительные работы по созданию новых учебных книг, переводов иностранных книг и уставов, где отрабатывались новые подходы к обучению. Сама история создания Военно-учительского института, целью которого являлась подготовка учителей для школ военных поселений, свидетельствовала о постоянной работе по распространению и развитию образования в военных округах. На одном из первых заседаний комиссии было принято решение о том, что «для воспитания и учения солдатских детей не довольно составить одни учебники, но еще и необходимо приготовить способных учителей». По сути военно-учительский институт, учрежденный в Санкт-Петербурге, был площадкой, на которой данной комиссией внедрялись и отрабатывались новые положения по обучению солдатских детей.

Стоит отметить, что сама идея создания такого учебного заведения принадлежала комиссии и графу Е. К. Сиверсу. Граф А. А. Аракчеев, являясь куратором комиссии, доводил все идеи, инициативы до конца, составлял положения и штаты учебного заведения и вносил свои и императора Александра I предложения. В августе 1821 года граф Е. К. Сиверсом предложил начальнику военных поселений перенести военно-учительский институт в округ поселения гренадерского полка графа А. А. Аракчеева. Польза такого перемещения графом Е. К. Сиверсом была объяснена в следующем: «Кантонисты, при образовании их в учителя, имели бы непрерывно перед глазами образцовые школы, точно такие, каковые впоследствии устраивать надлежит. При сем они заблаговременно знакомились бы со своими будущими обязанностями». Граф А. А. Аракчеев полностью поддержал идею председателя комиссии, и 29 сентября 1821 года последовал высочайший указ, а вслед за ним штаты и положениеинститута, согласно которому строился дальнейший образовательный процесс и принципы работы

В разработанном положении графа Е. К. Сиверса и П. А. Клейнмихеля целью военно-учительского института обозначалось образование для школ поселенных войск «добронравных, сведующих и опытных учителей». Начальный состав определялся из 2-х обер-офицеров, 1-го фельдфебеля, 1-го каптенармуса, 70-ти кантонистов, 6-ти учителей, и 1-го унтер-офицера и 10- ти рядовых из инвалидов поселенных войск для прислуги. Причем 10 проявивших себя по знаниям и поведению лучшими кантонистов (из 70-ти), исправляли должности унтер-офицеров. Сам институт делился на два отделения. Нижнее отделение, в свою очередь, разделялось на два клана и состояло из 40 кантонистов от 14-ти до 16-ти лет, а высшее отделение имело один клан, заключающий в себе 20 кантонистов от 16-ти до 18-ти лет.

Что касается образовательной программы института, то стоит отметить, что предметы учения в нижнем отделении института были те же самые, что и назначались для школ кантонистов поселенных войск большого возраста, а именно: изучались закон Божий, чистописание, правила грамматики, арифметика, начала геометрии, упражнение глазомера, черчение и рисование, церковное пение по нотам и военная экзерциция. В верхнем отделении программа, включавшая в себе те же предметы, что и в нижнем, была также расширена более глубоким изучением арифметики и геометрии, появлением стереометрии и фехтования. За формирование образовательной программы отвечала комиссия, которая давала учителя по каждому предмету «особые руководства» и обеспечивала учебными пособиями. В институте, как и во всех заведениях, находящихся под руководством графа, была учреждена библиотека, где кантонисты самостоятельно должны были приобретать и углублять знания, например, по отечественной и всеобщей истории, артиллерии и фортификации, пользуясь библиотекой.

На первый взгляд, справедливо замечание исследователя Н. А. Константинова по поводу отсутствия предметов, связанных с педагогикой. Только стоит обратить внимание, что, во-первых, специальных книг по педагогике не было. И комиссия сама разрабатывала и создавала учебные пособия, многие из которых были связаны прежде всего с воспитанием. Так, член комиссии по учебным пособиям, капитан Н. И. Глинка составил труд «О долге воина»; делались переводы иностранных книг, связанных с обучением: «Руководства к упражнению детей в непосредственном размышлении, следуя естественному порядку и постепенности», «Материал для упражнения детей в непосредственных размышлениях»и т. д. Воспитанник военно-учительского института Ф. А. Пенкин подчеркивал в своих воспоминаниях, что «имея в виду педагогическое направление института, а равно и то, что воспитанники были уже близки к возмужалости, граф Сиверс принял за основные начала - кротось и убеждение, поставив непременным правилом». Из этого следует, что педагогическая сторона института заключалась в первую очередь в вопросах воспитания, а не в знакомстве с различными педагогическими теориями и отработке их на практике. Поэтому учителям института вменялось, помимо обучения основной предметной программе, осуществление физического и нравственного воспитания. Военно-учительский институт, тесно связанный с работой комиссии по учебным пособиям, по сути, являлся ее практический площадкой, где применялись и совершенствовались подходы к обучению кантонистов. Для того времени институт по своему содержанию и идейности был единственный в своем роде. Ф. А. Пенкин отмечал, что «институт в смысле заведения учебно-рабочего характера, был поставлен графом Аракчеевым на такую степень, что впоследствии служил образцом для всех военно- сиротских отделений».

По результатам экзамена, на котором присутствовал начальник над военными поселениями, члены комиссии по учебным пособиям, «смотря по успеху каждаго ученика», делалось перемещение из нижнего отделения в высшее. После окончания курса в старшем отделении для выпускников была предусмотрена двухгодичная стажировка и практика в институте, после чего следовало определение лучших выпускников в учителя и помощники в школы для старшего возраста, а остальные определялись в школы для среднего возраста. Историк Т. Н. Кандаурова сообщала в своей статье, что учебная программа института обеспечивала подготовку и выпуск учителей по самым различным предметам: арифметике, геометрии, русскую словесности, черчению, военно-уголовному делу и т. д.

Из всего следует, что граф А. А. Аракчеев, поддерживая инициативы и начинания своих подчиненных, реализовывал все предложения на практике. Организация и мониторинг военно-учительского института, забота об его полном обеспечении и распределении кадров проходила под руководством графа А. А. Аракчеева. Свои взгляды на учреждение военно-учительского института изложил и сам император Александр I. Сохранилась короткая записка, карандашом в которой монарх обращался к графу: «прикажи печатать сего положению до личнаго нашего свиданию, ибо нужно будет самую малую поправку зделать». Таким образом, военно-учительский институт, несмотря на все свои недостатки, являлся единственным в своем роде учебным заведением для того времени, где шла целенаправленная научная и педагогическая работа с будущими учителями, направлявшихся в народные школы военных поселений.

Одним из важнейших направлений образовательной деятельности графа А. А. Аракчеева являлось учреждение библиотек в полках. Имея значительный опыт в организации библиотек в различных военных ведомствах и военно-учебных заведениях, граф занялся в 1817 устройством учреждений, собирающих и хранящих книги для общественного пользования в поселенных полках 1-й гренадерской дивизии Отдельного Корпуса военных поселений. Первым делом граф разработал правила и положения, утвержденные императором Александром I, которые заключали в себе как принципы работы и функционирования библиотеки, так и содержание состава библиотеки и обращение с книгами. Свою основную идею о развитии самообразования среди военных посредством книг, граф выразил в первых строках «Положения полковой библиотеки в поселениях 1-й гренадерской дивизии»: «Чтение полезных книг в свободное от службы время есть без сомнения одно из благороднейших и приятнейших упражнений каждого офицера. Оно заменяет общество, образует ум и сердце и способствует офицеру приуготовлять себя наилучшим образом на пользу службы Монарху и Отечеству». Этот основной принцип был заложен во всей образовательной деятельности графа А. А. Аракчеева.

Все проходящие службу в полку офицеры считались действительными членами библиотек, кроме них участниками «сего полезного заведения» могли быть также полковые священники, лекари и другие лица, что говорило о распространение библиотек не только среди военных. По приказу командира полка один из ротных командиров учебного батальона назначался библиотекарем. В помощь ему определялись 4 кантониста, один из них управлял всеми письменными делами библиотеки. Графом А. А. Аракчеевым также были разработаны правила пользования книгами. Так, читателям разрешалось держать у себя книгу сроком не более месяца, всего можно было взять три книга. За утрату же книги полковой командир, по докладу библиотекаря, должен был «иметь у себя на особом замечании» провинившегося офицера и подвергнуть штрафу путем вычета из жалования. Стоит отметить, что книгохранилища пользовались огромной популярностью среди офицеров, которых привлекало изобилие различных книг и периодических изданий. В библиотеку Гренадерского графа А. А. Аракчеева (Ростовского) полка от книгопродавца И. И. Глазуновапо подписке поступали следующие издания: «Вестник Европы», «Соревнователь просвещения», «Отечественные записки», «Санкт-Петербургские ведомости», «Русский инвалид». Издания «Сын Отечества» и «Северная пчела» библиотека получала от управляющего делами Комитета министров, действительного статского советника Ф. Ф. Гежелинского. Сам граф А. А. Аракчеев за свой счет присылал для чтения «Исторический и политический журнал», «Благонамеренный» и «Московский телеграф». В военных поселениях был организован выпуск периодического «Семидневного листка», также становящийся собственностью полковых библиотек. Исследователь Ф. А. Панченкописал в своих воспоминаниях о содержании журнала, в перечень материалов которого входили не только сочинения учеников института, но статьи офицеров поселенных войск. Таким образом, по итогам изучения сложившейся системы образования военных поселений и вклада графа А. А. Аракчеева в ее развитие и распространение можно сделать ряд выводов. Во-первых, в военных округах развивалось и распространялось всеобщее бесплатное начальное образование, школы военных поселений носили общеобразовательный характер. Помимо обучению кантонистов предметам, особенное внимание уделялось воспитательной составляющей в образовательном процессе. Причем именно на воспитательных приемах и должна была строиться образовательная программа кантонистов и само взаимодействие детей и учителей, которые являлись для детей примером. Граф уделял большое внимание нравственному развитию офицеров и нижних чинов, распространению среди них наставнических отношений. Во-вторых, применение метода взаимного обучения носило достаточно формальный характер, а основные разработки по методу обучения и его улучшению создавались в комиссии по учебным пособиям, куратором которой являлся граф А. А. Аракчеев. Одним из итогов деятельности комиссии было создание военно-учительского института, единственного в своем роде заведения, готовившего из кантонистов учителей для школ военных поселений. В-третьих, граф занимался распространением самообразования посредством учреждения в полках библиотек. Рассматривая все данные меры в комплексе, можно изучить сами взгляды императора Александра I, постоянно контролировавшего образовательный процесс в военных поселениях и вносившего в него свои изменения. Без проводимых ранее реформ в профессиональном образовании, без поднятия образовательного уровня среди военных и развития графом А. А. Аракчеевым отечественной науки невозможны была организация сложившейся образовательной системы в военных поселениях.

 
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Предметы
Агропромышленность
Банковское дело
БЖД
Бухучет и аудит
География
Документоведение
Естествознание
Журналистика
Инвестирование
Информатика
История
Культурология
Литература
Логика
Логистика
Маркетинг
Математика, химия, физика
Медицина
Менеджмент
Недвижимость
Педагогика
Политология
Политэкономия
Право
Психология
Региональная экономика
Религиоведение
Риторика
Социология
Статистика
Страховое дело
Техника
Товароведение
Туризм
Философия
Финансы
Экология
Экономика
Этика и эстетика
Прочее