Трансформация категорического императива И. Канта в трудах других мыслителей

Особенности этико-прикладной трансформации категорического императива И. Канта

Современный американский философ и логик Р.Б. Маркус в статье "Моральные дилеммы и непротиворечивость" вывела свой вариант категорического императива, сочетающий понятия возможности и долженствования; безусловно, полагала, что всем следует действовать согласно этому императиву, но при этом столь же уверенно указывала, что ничто не гарантирует нам устранение моральных дилемм. Для того, чтобы максима могла стать универсальным законом, нужно, чтобы моральные правила, имеющиеся у морального субъекта, не противоречили друг другу, а также были непротиворечивыми и средства для реализации этих правил, и условия для применения этих средств. Нормативный принцип Р.Б. Маркус выглядит следующим образом: "каждый должен действовать таким образом, чтобы, если он должен сделать x и должен сделать y, он мог сделать x и y" Marcus R. Moral dilemmas and consistency // The Journal Of Philosophy. Vol. 77. № 3. (Mar., 1980). P. 121-136. P. 135. . Главное нарушение этого правила - то, что люди дают как другим, так и самим себе противоречивые обещания. Следовательно, главная ответственность - не брать на себя обязательства, которые невозможно выполнить. Но даже при точных расчётах нет оснований полагать, что в нашем мире мы сможем предусмотреть все возможные моральные конфликты и успеть предотвратить их. Таким образом, Р.Б. Маркус признавала необходимость морального постулата разума, необходимость его претворения в жизнь, а также и вероятность наличия факторов актуальной действительности, которые могут этому претворению помешать.

Трансформация категорического императива в русской философии

И в традиции русской философской мысли были (возможно, незапланированные) попытки трансформации категорического императива И. Канта, и, в том числе, по тем же параметрам: решения проблемы проявления (как у Дж. Ролза), преодоления антропоцентризма (как у Г. Йонаса), придания коллективности (как у Ю. Хабермаса). Одним из ярких примеров является философия В.С. Соловьёва. В.С. Соловьёв в "Оправдании добра" указывал на прямо обозначенную И. Кантом необязательность наличных проявлений морального закона, и на то, даже подробно разбираемый вышеуказанной Р. Маркус принцип "должен значит можешь" знаменует лишь условие возможности, но не действительность морального действия.К. Гусев в статье "Идеи социального либерализма и политического идеализма в философии Вл. Соловьёва" отмечал, что с И. Кантом В.С. Соловьёва роднит представление о человеке как цели, а с Г. В.Ф. Гегелем - критика формализма кантовского категорического императива. В.С. Соловьёв писал: "Нравственность действительно самозаконна - в этом Кант не ошибся, и этот великий успех сознания, связанный с его именем, не пропадёт для человечества. Но нравственность самозаконна именно потому, что её сущность не есть отвлечённая формула, висящая в воздухе, а имеет в себе все условия своей действительности" Соловьёв В.С. Оправдание добра.М. Академический проект. 2010.С. 257. . То, что у людей есть совершенная моральная норма, вовсе не означает, что, во-первых, они её осознают, во-вторых, они её исполняют. Например, у католической церкви есть Евангелие, то есть совершенная моральная норма, однако, её действия во времена инквизиции противоречили Евангелию, более того, считалось, что грешников таким образом спасают (очищающий огонь инквизиции), иными словами, моральный закон преступали, полагая, что поступают правильно, следовательно, норма была лишь в теории, а на практике и в сознании её не было. Ещё один приводимый В.С. Соловьёвым пример - практика рабовладения. Рабовладельцы, будучи христианами, также позволяли себе не по-христиански обходиться со своими рабами. Ситуация изменилась не потому, что появилось новое теоретическое положение, а потому, что на основе (или во имя) уже существовавшей совершенной нормы было совершено действие: в Америке - гражданская война 1861-1865 гг., в России - крестьянская реформа 1861 г. Только благодаря действию был претворён в жизнь постулат о том, что все люди от природы обладают одинаковыми правами, и что общество должно быть справедливым. Это реализованная нравственность. У В.С. Соловьёва нет разделения на коллективную и индивидуальную нравственность и прочие возможные виды. Нравственность одна, и она либо осуществлена, либо нет. Проще осуществить нравственность в обществе, так как, на что указывает К. Гусев, концепт свободы превращается в право обладать свободой только в обществе, поскольку в совместной жизни люди волей или неволей ограничивают свободу друг друга. В принципе, о том же писал и Дж. Ролз, утверждая, что справедливость нужна только при наличии конкурирующих интересов.В.С. Соловьёв, как и Ю. Хабермас, отмечал связь морального суждения с чувством, вызываемым присутствием другого; человек испытывает стыд, когда осознают перспективу осуждения со стороны. Таким образом, моральный субъект В.С. Соловьёва самозаконен, но не автономен, хотя бы потому, что в повседневной жизни взаимодействует с другими. Кроме того, В.С. Соловьёв отказался от разделения действий на действия "из чувства долга" и действия "сообразно долгу", так как не видел ничего безнравственного в соединении теоретического начала в виде уважения к закону и эмпирического начала в виде склонности к сочувствию. На это указывал и Ф.Г. Брэдли в четвёртом эссе "Долг ради долга" своих "Этических исследований", утверждая, что моральный субъект всегда обязательно включает в себя эмпирическую самость (наряду с теоретической), поскольку он реальный субъект, а не трансцендентальный, рассмотрение которого, по мнению Ф.Г. Брэдли лишает моральную философию всякого практического значения. В "Формальном принципе нравственности (Канта) - изложение и оценка с критическими замечаниями об эмпирической этике" В.С. Соловьёв предлагал исправленную вторую формулу категорического императива, которая, по его мнению, должна звучать следующим образом: "нравственная воля, как такая, должна иметь своим подлинным предметом все существа не как средства только, но и как цели" Соловьёв В.С. Формальный принцип нравственности (Канта) - изложение и оценка с критическими замечаниями об эмпирической этике // Соловьёв В.С. Оправдание добра.М. Академический проект. 2010.С. 622-657.С. 656. или, что то же самое, "действуй таким образом, чтобы все существа составляли цель, а не средство только твоей деятельности" Соловьёв В.С. Формальный принцип нравственности (Канта) - изложение и оценка с критическими замечаниями об эмпирической этике.С. 656. .

Изменение второй формулы, на мой взгляд, куда весомее и значительнее. Если в "Основах метафизики нравственности" вторая формула постулирована как "поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своём лице, и в лице всякого другого также как к цели и никогда не относился бы к нему только как к средству" Кант И. Основы метафизики нравственности.С. 90. , то В.С. Соловьёв сделал то, что Г. Йонас ставил в качестве задачи современной этике, а именно: снял антропоцентричность. Целью должны быть не только люди, но и животные. Отсюда - выход на экологическую этику. В "Оправдании добра" представлен и собственный принцип нравственности В.С. Соловьёва, а именно: "Принцип человеческого достоинства, или безусловное значение каждого лица, в силу чего общество определяется как внутреннее, свободное согласие всех, - вот единственная нравственная норма" Соловьёв В.С. Оправдание добра.С. 381-382. . Как и Дж. Ролз, и Ю. Хабермас, В.С. Соловьёв считал, что нельзя жертвовать благом даже одного человека ради большинства (хотя у В.С. Соловьёва, в отличие от того же Дж. Ролза, это, конечно, не означалось как критика утилитаризма). Нравственная норма есть только одна, остальное - её проявления: в религии, в политике и так далее. Сама по себе она ни от чего не зависит, только в конкретных сферах, в которые она помещается, приобретает дополнительные характеристики, которые не добавляют ничего к её содержанию, но лишь иллюстрируют её или помогают её исполнить. И хотя моральное действование для В.С. Соловьёва, несомненно, значимо, норма морали сама по себе, также же, как и категорический императив И. Канта, в нём не нуждается в том плане, что "принцип, утверждающий в безусловном виде то, что должно быть, есть нечто по существу своему неприкосновенное; его можно не принимать и не исполнять, но это вредит не ему, а только непринимающему и неисполняющему" Соловьёв В.С. Оправдание добра.С. 383. . В проявлении нравственной нормы нуждается не нравственная норма, а нравственность людей. Таким образом, можно сказать, что В.С. Соловьёв, безусловно уважая И. Канта, и принимая множество положений его философии, выработал собственный нравственный закон, основанный на уважении человека как личности; он также, как и И. Кант, не единожды указывал, что нельзя относиться к людям исключительно как к средствам, более того, нельзя так относится ко всем живым существам, - в этом заключается его прямое переформулирование категорического императива; и, как и многие мыслители, занимающиеся И. Кантом и не желающие отбрасывать его этику, аргументировал необходимость воплощения теоретического в эмпирическом (или хотя бы его части).

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   Скачать   След >