Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Философия arrow Вклад Альтюссера в эпистемологию общественных наук

Метаполитика: Истина и Событие

Одной из главных претензий Бадью к современной политической теории и философии является ее зацикленность на оппозиции: «тоталитраизм-демократия», из которой следует мышление о политике в терминах «связи» и «представительства». В качестве альтернативы французский философ излагает собственный подход, который заключается в событийном анализе политического.

В качестве исходных суждений о метаполитике можно выделить следующие: «Политика раскрывается через события» и «Политика - это субъективная мощная деятельность по производству Истины». Таким образом, если мы хотим понять метод и способ политической рефлексии Бадью, мы должны сначала раскрыть содержание категорий Истины и События, совпадение которых, по справедливому замечанию Хэвлетта, является одним из самых спорных моментов в его теории, что, впрочем, не ставит в тупик Жижека, разводящего первое и второе как означающее и означаемое или как эмпирический факт с теоретической номинацией. Однако Сморгунов Л.В., ссылаясь на программную работу «Бытие и Событие», подчеркивает, что для самого Бадью факт не тождественен Событию, поскольку является лишь его имитацией.

В работе «Можно ли помыслить политику?» французский философ пишет, во-первых, что Событие есть концептуальное сжатие связи, во-вторых, что Истина политики располагается в точке этого "имеется" События и, в-третьих, что Событие не принадлежит порядку реальности. Далее читаем: «Событийное "имеется", взятое наобум, как раз служит местом, куда вписывается сущность политики». Следовательно, всякое Событие может быть представлено в качестве лаконичной и именованной структуры реальных отношений, которая возникает из хаоса и несвязанного множества. Событию предшествует ситуация, и именно на этом уровне появляется политический субъект, способный произвести упорядочивание имеющихся элементов и отношений и совершить преобразование (или, выражаясь языком Бадью, «вмешательство») путем утверждения Истины, подрывающей сложившийся порядок; в этой связи вспоминается лакановское: «Истина - это то, что делает брешь в знаниях». Вмешательство субъекта заключается в: 1) «наделении связностью события, которое оно интерпретирует», 2) распространении События как суждения, в котором излагается рефлексия субъекта; 3) в организации верности Событию . Другое имя политического субъекта у А. Бадью - «активист процедуры», что, по словам автора, представляет собой идентичность без концепта.

По Бадью субъектом политики является инстанция, прежде всего, активно мыслящая; учреждать Событие - значит интерпретировать и производить действенное коллективное означающее - новую Единицу из рассеянных и несвязных частей: «Событие не дано нам изначально, а является продуктом интерпретации. Изначальным является режим Единицы».

Политика определяется французским философом как то, что «придает вмешательству связность События и распространяет это Событие за пределы предполитической ситуации», либо как преобразование (развертывание) сингулярности События в последовательность, либо как игра с положительной суммой, которая начинается с «вмешательства на пари». Таким образом, Бадью фактически отождествляет политику с творчеством, а Событие с творческим актом: «Событие это, скорее, неприемлемая пустотная точка, где ничего не представляется, но откуда посредством абсурда проистекает то, что в серии связных вмешательств осуществляется Бесконечное …Событие, политизированное посредством вмешательства, которое всегда является броском игральных костей, полагает Абсурд, неприемлемое, в сокрытости его процедуры. И тем самым Бесконечное политической задачи делается возможным».

Мысль, образующая политику по Бадью, является не только образующей связь, но она также всегда идет как бы на шаг вперед: она радикальна, идеалистична (полагать то, что не положено) и трансгрессивна: «Политика - это рискованная, активистская и всегда отчасти неразделимая верность событийной сингулярности, управляемая предписанием, которое опирается лишь само на себя». Принимая во внимание все вышесказанное, можно согласиться с оценкой Хэвлетта, который писал, что с точки зрения политики эмансипации и освобождения, генеральная идея События вдохновляет, поскольку она предполагает, что перемены возможны и что случаются они самым непредсказуемым образом.

Для философской мысли А. Бадью политика является родовой истинностной процедурой. Его концепция истины решительно далека как от позитивизма, так и от идеализма: само по себе знание или идея истинами еще не являются. Истина декларируется субъектом, а знание определяется верностью, которая следует за ее установлением, а также фиксирует ее. «Истина не существует в мире, чтобы быть выявленной в процессе обучения или другим способом, но она создается отдельными индивидами либо группами, независимо от философии или другого вида интеллектуальной деятельности». Таким образом, в концепции истины Бадью можно выделить три составляющих:1) Событие, 2) субъект События, 3) верность Событию со стороны субъекта.

Бадью не принимает представление о «множестве истин», но она проявляется в каждом отдельном кейсе. Следовательно, истина зависит от исторической ситуации, последовательности, рядов и субъектов отдельных политик. Истина случайна.

Материя политического События-Истины всегда коллективна (субъективна) и, как отмечает Фэлпс, определяется двумя факторами: ситуацией и местом. Ситуация же, в рамках подхода Бадью, может быть представлена как множество, поскольку онтология Бадью частично основана на теории множеств, разработанной Георгом Кантором, который пересматривает отношения между конечным и бесконечным, между частями и целым. Жижек связывает такой подход с амбициозным стремлением Бадью актуализировать точную и строгую структуру подробного анализа Бытия: «В основании лежит представление чистого множества, еще не структурированного символического многообразия опыта, того, что является данным… Бадью называет всякое последовательное множество «ситуацией»; ситуация структурирована и именно ее структура позволяет нам считать ситуацию за Единицу», ее структура уже должна быть метаструктурой, которая определяет ее как единицу, то есть означаемая структура ситуации должна быть удвоена в символической сети означающих».

Концепция События-Истины Бадью вызывают неоднозначную оценку исследователей творчества французского философа. Так, например, Бадью не объясняет генезис события и то, каким образом оно порождается из состояния status quo (или Пустоты); его теория не допускает, что субъекты могут действовать в соответствии с верностью status quo, Пустоте, процессу, ряду стремлений, а не только Событию; и кроме того не убедительной является позиция, согласно которой, теорией множеств можно объяснить современный мир и его трансформации - пишет Хэвлетт. А Жижек, говоря о «неразрешимости» События указывает, во-первых, на его случайность: «[Событие] не обладает никакой онтологической гарантией: оно не может быть сведено к (предшествующей) Ситуации (или выведено из нее, порождено ею): оно возникает «из ничего» (Ничего, которое было онтологической истиной этой предшествующей ситуации». А во-вторых, на его самореферентность, то есть произвольный характер и субъективизм, который предполагает, что опознание События возможно лишь с ангажированной позиции субъекта.

Как мы уже писали выше, для Бадью такими субъектами являются, прежде всего, активисты и организации, поскольку они могут обеспечить «материальность рефлективного суждения». В этой связи мы подробнее остановимся на аспекте организации в контексте метаполитических работ и политической биографии Алена Бадью.

 
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Предметы
Агропромышленность
Банковское дело
БЖД
Бухучет и аудит
География
Документоведение
Естествознание
Журналистика
Инвестирование
Информатика
История
Культурология
Литература
Логика
Логистика
Маркетинг
Математика, химия, физика
Медицина
Менеджмент
Недвижимость
Педагогика
Политология
Политэкономия
Право
Психология
Региональная экономика
Религиоведение
Риторика
Социология
Статистика
Страховое дело
Техника
Товароведение
Туризм
Философия
Финансы
Экология
Экономика
Этика и эстетика
Прочее