Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Политология arrow Политическое время как предмет общественных дискуссий в современной Российской Федерации

ХРОНОПОЛИТИКА КАК ПРЕДМЕТ ОБЩЕСТВЕННЫХ ДИСКУССИЙ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

Предметом научного изучения дискурс стал относительно недавно, приобретя большую популярность, как в научной, так и публицистической риторике, что вероятно можно связать со сложностью и неоднозначностью понятия. По одной из версий, первый раз этот термин был использован американским лингвистом Э.Харрисом в 1952 г. в названии статьи «Дискурс-анализ». Несмотря на разнообразные лингвистические употребления термина, в целом является возможным проследить попытки уточнения в ключе традиционного понимания. Противопоставление понятие «дискурса» понятию «речи» связано с именем Ф. де Соссюра, развивавшим идею о существовании третьего члена на шкале отношения язык-речь. С одной стороны, дискурс понимается как речь внутри коммуникативной ситуации и именно поэтому мыслится как категория с ярко окрашенным социальным подтекстом по сравнению с речью индивида.

Вторая волна употребления термина приходится на середину 70-ых годов и связана с французской школой структуралистов, в частности, М. Фуко. В контексте использования феномена просматривается связать дискурса со стилистическими особенностями. В этом случае необходимо обязательно принимать во внимание, какой именно используется стиль или кто является автором текста, поскольку представителей этой школы интересуют конкретные разновидности дискурса, формирующиеся из большого спектра параметров: исключительно языковыми отличительными чертами, стилистической спецификой, а также спецификой тематики, систем убеждений, способов рассуждения и т.д. Дискурс в этом значении - это в первую очередь конкретный стиль, а также идеологический контекст. Третья генетическая форма употребления термина связана с именем немецкого социолога и философа Ю.Хабермаса. Согласно Хабермасу, дискурс представляется идеальным видом коммуникации, и своей целью он имеет критическое обсуждение и обоснование взглядов и действий участников коммуникации.

Особого внимания заслуживает рассмотрение политического дискурса. Политику вполне заслуженно можно назвать специфической сферой жизни человека, а политическую коммуникацию можно рассматривать как борьбу за власть. Концепты «власть» и «политик» относит к базовым концептам политического дискурса и М.В. Гаврилова. Общественное предназначение политического дискурса, по мнению В.З.Демьянкова, состоит в том, чтобы «внушить адресатам - гражданам сообщества - необходимость «политически правильных» действий и оценок. Иначе говоря, цель политического дискурса не описать, а убедить, пробудив в адресате намерения, дать почву для убеждения и побудить к действию». Некоторые исследователи придерживаются мнения, что убеждение является основной характеристикой политического дискурса.

Вопросы структуры дискурса являются ключевыми не только в лингвистике, но и в философии. Существует два уровня структуры - глобальный (макроуровень) и локальный (микроуровень). Очевидно, что макроструктура подразумевает большую дискретность, то есть разделение на более крупные части, нежели на локальном уровне. Естественно внутри этих дискретных частей наблюдается временное, тематическое и событийное единство. Свое понимание термина «макроструктура» предложил голландский лингвист Т. Ван Дейк. Согласно его позиции «макроструктура - это обобщенное описание основного содержания дискурса, которое адресат строит в процессе понимания. Сама макроструктура строится таким образом, чтобы представлять собой полноценный текст». Соответственно, как противопоставление макроуровню локальный уровень предполагает разделение дискурса на минимальные части.

В 1980-е годы формируется теория риторической структуры, в которой был предложен единый подход к макро- и микроструктуре дискурса. Основная гипотеза заключается в том, что любая единица дискурса связана с другими единицами с помощью некоторых осмысленных связей. То есть согласно этой теории, ни одна единица не существует сама по себе, а добавляется говорящим к какому-то общему замыслу. Этот «общий замысел» называют риторическими отношениями. Дискурс имеет строгую иерархию и на каждом уровне используются одинаковые риторические отношения.

Остановимся на особенностях официального политического дискурса в России. Новейшую политическую историю России в макроисторическом смысле принято разделять на две эпохи - «эпоху Ельцина» и «эпоху Путина». Как известно, создание нового официального политического дискурса, которое берет свое начало с президентской предвыборной компании 2000 года, ориентировано на изменение общественного сознания. Последующие события и коренные изменения в экономической и политической сферах жизни общества позволяют говорить об адекватности и закономерности подобного разделения. Конечно, при более подробном рассмотрении можно обнаружить большое количество изменений в политическом дискурсе, ведь за неполные 16 лет он неоднократно трансформировался вместе с остальными общественными сферами. В этой трансформации можно выделить два процесса. Первый напрямую связан с объективным изменением окружающей реальности, сменой субъектов дискурса, постоянным поиском новых актуализированных тем. Второй связан со способом трансляции, развитием средств коммуникации и обновлением средств обращения к аудитории.

По словам Е.О.Негрова, отличительной особенностью российского политического дискурса является его «повышенная идеологичность и концептуальность, которые выражаются, к примеру, в обилии оценочных суждений даже в информационных статьях».

В политическом пространстве существуют две основные формы политического воздействия на общественное сознание - манипулирование и убеждение. По своей сути эти формы являются прямыми противоположностями, поскольку убеждение предполагает наличие у адресата критического мышления, манипулирование в свою очередь предполагает скрытое воздействие. В условиях «вторичности» информации на российском медиарынке, любой информационный повод преподносится уже в интерпретированном виде. Поскольку основной целью политического дискурса является навязывание широкой аудитории детерминированных действий или субъективной оценки, то их достижение проще всего осуществить через манипулирование. Отчасти это обуславливается еще и тем, что адресатом официального политического дискурса является широкая аудитория. Ни для кого не секрет, что воздействовать на массовое сознание гораздо легче чем на индивидуальное. Поскольку официальный политический дискурс находится в публичной сфере, то еще одной его отличительной чертой можно назвать репрезентативность и визуальность. Необходимость в демонстрации собственного содержания делает политический дискурс эффективным инструментом символической политики, поскольку любые их проявления несут в себе определенный смысл.

Как и все общественные институты СМИ подверглись серьезной трансформации в ходе социально экономических реформ на заре новейшей истории. Если в начале 1990-х годов российская пресса демонстрировала широкий спектр политических мнений и позиций, то сейчас можно констатировать сокращение количества субъектов дискурса. Естественно, подобный вектор развития ситуации сказывается на стилистических особенностях и характеризуется гораздо большей консервативностью, нежели тексты «эпохи Ельцина».

Подводя итог вышесказанному, можно констатировать, что исследованием феномена дискурса занимаются во множестве научных областей, в том числе в политической. Официальный политический дискурс, будучи неотъемлемой частью общественного дискурса в России, имеет ряд отличительных особенностей. В частности, на сегодняшний день можно констатировать сокращение субъектов дискурса, а также переход к более консервативной оценкам и характеристикам. При этом постоянно изменяется и дополняется форма коммуникации и обращения к аудитории. Тема особенностей российского политического дискурса сама по себе находится в поле комплексного изучения и лингвистами, и политологами, поэтому перечисленные особенности являются, в некоторой степени, базовыми по данной проблеме.

Хронополитика представляет собой достаточно новое направление в политической науке, которое изучает политическое время. Историческое время по отношению к хронополитике всегда остаётся внешним, так как хронополитическое время - это политические действия в настоящем, которое едино для всех политических систем современности. По мнению И.А.Чихарева, хронополитика является областью, изучающей временное измерение политической реальности. Она может объединять исследования, которые с темпоральной точки зрения анализируют политические институты и процессы. Современные хронополитические исследования затрагивают проблемы, имеющие особое значение в теории мировой политики. Главные вопросы, например, о значении государства в современном мире или роли политической структуры мира, следует обсуждать в контексте хронополитического изучения исторических форм современной политической организации. В хронополитическом аспекте, по мнению автора, необходимо рассматривать глобализацию и перспективы мирового политического развития. Также в тесной связи с хронополитикой необходимо развивать и глобальное политическое прогнозирование.

Время является фундаментальной категорией, которое отображает трансформацию мира, существование не только человека, но и событий. В специальной теории относительности А. Эйнштейна (иногда называемой также как частная теория относительности) время рассматривается как преобразование пространственных и временных координат событий при переходе от одной инерциальной системы отсчёта к другой. Не будем рассматривать здесь принцип относительности и другие принципы инвариантности, так как это не входит в заявленную тему, а уделим внимание временным принципам, которые определили различия в современной практике миростроительства.

Политическое время многомерно и развивается различными темпами. Здесь настоящее зависит от прошлого, а также может определять будущее. Содержание и рамки политического времени определяются характером, последовательностью и протяжённостью взаимодействия субъектов и объектов политики, которые определяют социальный прогресс. По мнению американского политолога Ч.Майера, «политика связана со временем в двух аспектах: первый сопряжен с общими установками о политических устремлениях, т.е. о том, как политическое сообщество воспроизводит себя во времени, второй подразумевает контроль времени, т.е. распределение этого крайне ценного политического ресурса». Политическое время, не просто придает алгоритмам политического действия форму, не просто становится важнейшим ресурсом властвования, но делает возможным и осмысленным само существование политических акторов. Дефицит политического времени часто грозит политике катастрофой.

С точки зрения позитивизма через призму политического времени могут быть рассмотрены многие разделы политологии. Найти предмет политического исследование, которое не требует данной интерпретации, практически невозможно. Зачастую в обыденном и даже теоретическом сознании люди ограничиваются поверхностным взглядом на многие политические явления, в результате которых происходят существенные просчеты в формировании повестки дня и восприятия проводимой политики на всех уровнях. Чтобы избежать подобных неприятностей, помимо всего прочего необходимо «связать» время и политику в общественном сознании. Но для этого необходим постоянный учет фактора времени, а также минимально отчетливое представление о феномене политического времени. Феномен времени в своей сложности и многосторонности раскрывается с вершины эволюции: «То, что делает человека «современным» - это способность видеть не только в пространстве, не только во времени, но и в длительности или, что то же самое, в биологическом пространстве-времени и, более того, способность все рассматривать только в этом аспекте, - все, начиная с самого себя».

Время - постоянная переменная и крайне важный фактор политики, без понимания которого невозможно осмысление причинно-следственных связей, однако его изучение чрезвычайно затруднено в силу многомерности феномена политической темпоральности и проблематичности перехода из одного ее диапазона в другой. Тем не менее, в последние годы активно разрабатывается целый ряд исследовательских инструментов, в большей или меньшей степени пригодных для изучения эффектов соединения темпоральных явлений различного масштаба и сложности. Таким образом, «политическое время» - это не то же самое, что время астрономическое или земное. Политическое время определяется длительностью существования политических институтов, организаций, отдельных лиц, находящихся у власти и других политических субъектов, а также продолжительностью отношений между ними. Оно имеет различные уровни внутри себя, которые связаны с микро- или макропроцессами политики.

Немецкий философ К.Ясперс первым предложил относить понятие «политическое время» к одной из двух категорий - осевому или линейному. По мнению исследователя, осевое время содержит в себе «духовную основу человечества», определившее прогресс всех цивилизаций. Именно в эпоху осевого времени индивид смог осознать «бытие в целом, самого себя и свои границы. Перед ним открылся ужас мира и собственная беспомощность. Стоя над пропастью, он ставит радикальные вопросы, требует освобождения и спасения. Осознавая свои границы, он ставит перед собой высшие цели, познает абсолютность в глубинах самосознания и ясности трансцендентного мира».

В попытке раскрыть феномен осевого времени Ясперс выделяет четыре периода человеческой истории: 1) прометеевскую эпоху - возникновение речи, появление орудий труда, использование огня; 2) эпоху великих культур древности - письменность, магическая религия, государственность; 3) осевую эпоху - формирование человека в его духовной открытости миру; 4) эпоху науки и техники - мир как единая сфера общения. При этом Ясперс указывает на «два дыхания» мировой истории. Первое дыхание - это прометеевская эпоха, великие культуры древности и осевое время. Второе дыхание начинается с эпохи науки и техники (второй прометеевской эпохи) и, возможно, приведет «к новому, еще далекому и невидимому второму осевому времени, к подлинному становлению человека».

Время - это субъективное мировосприятие, зависящее от каждого человека. Существуют такие виды времени, как линейное и осевое. «Осевое время» - начало изменений в сознании человека, когда взгляды каждого, как на окружающий мир, так и на себя самого, коренным образом поменялись. Именно в период «осевого времени», по мнению К.Ясперса, появился человек современного типа, этическая личность. Существуют такие виды времени, как линейное и осевое.

Понятие «линейного времени» берет начало в иудео-христианской мифологии, где господствует догма, что все люди равны перед Богом. Исходя из этого, время - это путь, который должен пройти каждый, путь от самого сотворения, человеческого грехопадения и божественного спасения, дальнейшего счастья на небесах. Это означает, что время по своей сути однонаправлено, оно не подлежит возобновлению. «Линейное время - это повседневность, прямая которой направлена в будущее. Такое время служит показателем общественных изменений в настоящем».

Итак, политическое время подразделяется на линейное и осевое. Линейное время похоже на часы без стрелок. Это процесс, который равномерно ведет к бесконечности. Следующая цифра заменяет предыдущую и стирает ее без следа. Линейное время - время повседневности, которое отображает все социальные изменения.

Осевое время содержит в себе черты повторения. Оно живет в настоящем, но сохраняет память и опыт прошлого и имеет связь с будущим. Осевое время обращено и к тому, что уже было, и к тому, что еще будет. Оно указывает направление вперед, к которому движется общество, и назад. Поэтому появляется возможность взглянуть на прошлое по-новому. Также осевое время помогает разобраться как в себе, так и в окружающем мире, понять лучше то, что происходит сейчас.

Начальным отсчетом восприятия политического времени являются так называемые «точки бифуркации». Это, как правило, знаковые события, которые повлекли за собой качественное и количественное изменения политической системы и выступают как начальные точки восприятия современности. Двумя основными точками бифуркации в современной российской истории являются 1917 г. (Февральская и Октябрьская революции) и 1991 г. (распад СССР).

Точка бифуркации выступает одновременно и в качестве точки максимальной чувствительности системы к внешним, так и внутренним воздействиям. На примере выбранных точек это особенно четко видно. При всех проблемах и сложностях России в оба эти периода на нее оказывалось колоссальное давление извне. В первом случае это, естественно, обусловливалось участием Российской Империи в Первой мировой войне. Во втором случае внешними факторами изменения системы являлись Холодная война, продолжавшаяся все послевоенное время, а также большое политическое и экономическое давление из-за военного конфликта в Афганистане 1979 г.

Вблизи бифуркационной точки неравновесная система оказывается особо чувствительной и к незначительным флуктуациям («нарушениям» или «возмущениям») того или иного процесса. В случае неравновесных процессов имеет место феномен так называемого «усиления флуктуации». В непосредственной близости от точек бифуркации в соответствующей системе наблюдается значительное число флуктуации, и система стоит перед выбором возможных путей развития, тогда «небольшая флуктуация может послужить началом эволюции в совершенно новом направлении, которое резко изменит все поведение макроскопической системы». В истории России только в ХХ веке благодаря даже небольшой флуктуации дважды: в 1917 и 1991 гг. привела к резкому и болезненному изменению всей «макроскопической» политической системы и даже смены формы правления. Именно в этих бифуркационных точках истории России было зафиксировано наибольшее число флуктуаций как вариантов ответа на вопрос «Как жить дальше?». Обострившаяся партийная борьба в обеих эпохах, образование сильного консервативного движения против создания новых систем и сохранения старой структуры (Белых как противовес Красным, выступавшем за сохранения Монархии в первом случае и Коммунистов как противовес Либералам и Демократам во втором, выступавшим за воссоздание СССР и доминирование коммунистической идеологии). Таким образом, малое возмущение в системе, находящейся вблизи бифуркационной точки, может привести к возникновению нового организационного порядка системы - подобный феномен фиксируется в синергетике посредством понятия «порядка через флуктуацию». Данный феномен послужил к образованию Советского Союза, а позже привел к обратному переходу от социалистической системы к капиталистической, которая продолжает свое развитие по сегодняшний день.

В предисловии к собственной работе «Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой» И.Пригожин и И.Стенгерс так описывают эту процедуру: «можно сказать, что вся система содержит подсистемы, которые непрестанно флуктуируют. Иногда отдельная флуктуация или комбинация флуктуаций может стать настолько сильной, что существовавшая прежде организация не выдерживает и разрушается. В этот переломный момент принципиально невозможно предсказать, в каком направлении будет происходить дальнейшее развитие: станет ли состояние системы хаотическим или оно перейдет на новый, более дифференцированный и более высокий уровень упорядоченности». Примечательно, что ни современники Октябрьской Революции, ни современники распада СССР не смогли предугадать последствия этих катастроф, что, как мы знаем, привело к тяжелейшим временам в истории России - Гражданской войны в начале века и к тяжелому экономическому и социальному состоянию в последнем десятилетии ХХ века.

Отвечая на вопрос, как происходит выбор системой того или иного пути развития из всех возможных, синергетика утверждает, что основным принципом в этом процессе является принцип случайности.

Действительно, все последствия переломных моментов истории России ХХ века во многом стали возможны благодаря целому ряду случайных событий, ситуаций и иногда даже совпадений, которые в конечном итоге и становятся решающими и приводят к этому самому изменению системы.

В рамках синергетического видения реальности хаос часто выступает как фактор самоорганизации. При нарушении равновесия может происходить автономная самоорганизация, т.е. достижение более упорядоченного состояния - перехода к «порядку» из «хаоса». По формулировке Г. Хакена «во многих случаях самоорганизация возникает из хаотических состояний, т.е. именно из хаотических состояний возникают высокоупорядоченные пространственно-временные структуры». Таким образом, по оценке Е.Н.Князевой и С.П.Курдюмова, «хаос на микроуровне - это не фактор разрушения, а сила, выводящая на тенденцию самоструктурирования нелинейной среды». Хаос после Революции 1917 г, разрушавший все, что было создано до него, сумел постепенно стать той силой, которая смогла создать новое самодостаточное Советское государство. Однако оснований утверждать, что ситуация способна повторится, пока нет.

Еще одной чертой, которой характеризуются сложные нелинейные системы, ялвяется амбивалентная природа хаоса. Порядок (как его противоположность) возникает из хаоса и именно он (хаос) способствует развитию каждой сложной системы. Государства, являясь сложными системами, имеют тенденцию к спонтанному распаду в моменты обострения, поскольку становятся чувствительными к любым незначительным флуктуациям. Таким образом, «точка бифуркации» есть именно тот момент, при котором любая система в состоянии коренным образом измениться в одну из сторон, в результате чего в прошлое уже нельзя вернуться.

 
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Предметы
Агропромышленность
Банковское дело
БЖД
Бухучет и аудит
География
Документоведение
Естествознание
Журналистика
Инвестирование
Информатика
История
Культурология
Литература
Логика
Логистика
Маркетинг
Математика, химия, физика
Медицина
Менеджмент
Недвижимость
Педагогика
Политология
Политэкономия
Право
Психология
Региональная экономика
Религиоведение
Риторика
Социология
Статистика
Страховое дело
Техника
Товароведение
Туризм
Философия
Финансы
Экология
Экономика
Этика и эстетика
Прочее