Теоретические аспекты изучения художественного произведения

Художественное произведение: свойства и функции

Художественное произведение является произведением искусства в узком смысле слова, выступая в качестве одной из форм общественного сознания. Как и все искусство в целом, художественное произведение представлено выражением некоторого эмоционально-мыслительного содержания, определенного идейно-эмоционального комплекса в образной, эстетически значимой форме. Используя терминологию М.М. Бахтина, отмечу, что художественное произведение представляет собой сказанное писателем, автором «слово о мире», акт реакции художественно одаренной личности на окружающую действительность [5, с. 180] .

В соответствии с теорией отражения, мышление человека является отражением реальности, объективного мира, что, несомненно, относится и к художественному мышлению. Литературное произведение, как и искусство в целом, выступает в качестве частного случая субъективного отражения объективной реальности. Но отражение, особенно на высшей стадии его развития (человеческое мышление), не следует определять в качестве отражения механического, зеркального, в виде копирования реальности «один к одному». Трудный, непрямой характер отражения в наибольшей, возможно, мере оказывает влияние на мышлении художественном, в котором важным является субъективный момент, уникальная личность автора, его оригинальный взгляд на мир и способ мышления о нем. Художественное произведение является отражением активным, личностным; таким, при котором осуществляется не только воспроизведение жизненной реальности, но и ее творческое преображение. Помимо этого, автор никогда не воспроизводит реальность только с целью воспроизведения: само стремление к творческому воспроизведению действительности формируется из личностной, пристрастной, небезразличной позиции автора на мир [14, с. 83].

Необходимо подчеркнуть, что художественное произведение выступает в качестве нерасторжимого единства объективного и субъективного, воспроизведения реальной действительности и авторской позиции. Указанные составляющие искусства отмечал еще Н.Г. Чернышевский. В своей работе «Эстетические отношения искусства к действительности» автор подчеркивал определяющее значение искусства, состоящее в воспроизведении всего, что является интересным для человека в жизни. Зачастую, особенно в произведениях поэзии, выступает на первый план объяснение жизни, приговор о явлениях ее. Следует отметить, что Н.Г. Чернышевский, акцентируя внимание на тезисе о примате жизни над искусством, ошибочно определял основной и обязательной только первую задачу - «воспроизведение действительности», а две остальных определял как второстепенные и факультативные. Правильнее, несомненно, рассуждать не об иерархии указанных задач, а о нерасторжимой связи объективного и субъективного в контексте произведения: следует отметить, что подлинный художник просто не может изображать реальность, никак ее не осмысливая и не оценивая. Но необходимо отметить, что само существование субъективного момента в произведении четко осознавалось Н.Г. Чернышевским, что являлось шагом вперед в сравнении, к примеру, с эстетикой Гегеля, который довольно склонно подходил к художественному произведению чисто объективистски, исключая активность творца [1, с. 29].

Понять единство объективного изображения и субъективного выражения в художественном произведении следует и в методическом плане, с целью выполнения практических задач аналитической работы с художественным произведением. Как правило, в нашем изучении литературы большее внимание акцентируется на объективной стороне, обедняя представление о художественном произведении. Помимо этого, здесь происходит своеобразная подмена предмета исследования: вместо изучения художественного произведения с характерными для него эстетическими закономерностями, изучается реальность, которая отражается в произведении, что также является интересным и важным, однако не связано с изучением литературы как вида искусства. Методологическая установка, направленная на изучение, как правило, объективной стороны художественного произведения, снижает роль искусства как самостоятельного вида духовной деятельности людей, приводя к представлениям об иллюстративном характере литературы. В такой ситуации произведение искусства в значительной мере лишается собственного живого эмоционального содержания, страсти, связанных с субъективностью автора [1, с. 33].

В истории литературоведения указанная методологическая направленность в полной мере воплотилась в теории и практике культурно-исторической школы, в частности в европейском литературоведении. Ее представители занимались поиском в произведениях литературы примет и черт отраженной реальности, отмечали в литературных произведениях культурно-исторические памятники, однако художественные особенности, сложность шедевров литературы не интересовали исследователей. Ряд представителей отечественной культурно-исторической школы отмечали опасность подобного подхода к литературе. Например, В. Сиповский считал, что нельзя литературу определять лишь как отражение реальности [9, с. 50].

Понятно, что разговор о литературе может переходить в разговор о жизни, в чем не наблюдается ничего неестественного либо принципиально несостоятельного, так как между литературой и жизнью не существует стены. Но в подобной ситуации важной является методологическая установка, которая не позволяет забывать об эстетических особенностях литературы, сводя литературу и ее роль к иллюстративному значению.

Если по содержанию художественное произведение представлено единством отраженной жизни и позиции автора применительно к ней, следовательно, является выражением некоторого «слова о мире», то форма произведения обладает образным, эстетическим характером. В отличие от иных видов общественного сознания, литература, как правило, отражает жизнь в форме образов, используя определенные, единичные предметы, явления, события, несущие в своей конкретной единичности обобщение. В отличие от понятия образ имеет большую «наглядность», для него характерна конкретно-чувственная и эмоциональная убедительность. Образность является основой художественности и в смысле принадлежности к сфере искусства, и в смысле высокого мастерства: благодаря собственной образной природе художественные произведения имеют эстетическое достоинство, эстетическую ценность.

Таким образом, рассмотрим рабочее определение художественного произведения, согласно которому оно представлено определенным эмоционально-мыслительным содержанием, «словом о мире», выраженным в эстетической, образной форме; художественное произведение имеет цельность, завершенность и самостоятельность.

Созданное творцом художественное произведение воспринимается читателями, начиная жить своей самостоятельной жизнью, осуществляя конкретные функции. Определим наиболее важные из них.

Служа, как определяет Н.Г. Чернышевский, в качестве «учебника жизни», объясняя жизнь, художественное произведение осуществляет познавательную либо гносеологическую функцию. Возникает вопрос: для чего указанная функция необходима литературе, если есть наука, прямой задачей которой является познание окружающей действительности? Однако суть в том, что искусство познает жизнь в особом ракурсе, который лишь ему одному доступен, следовательно, незаменим никаким иным познанием. Если наука расчленяет мир, абстрагирует в нем определенные его стороны и изучает каждая свой предмет, то литература познает мир в его целостности, нерасчлененности, синкретичности. По этим причинам объект познания в литературе может частично совпадать с объектом определенных наук, в частности «человековедческих» (история, философия, психология), однако никогда с ним не сливается. Специфическим для литературы выступает рассмотрение всех сторон жизни человека в нерасчлененном единстве, «сопряжение» разнообразных явлений жизнедеятельности в единую целостную картину мира. Литература открывает жизнь в ее естественном течении, интересуясь той конкретной повседневностью существования, где смешивается большое и малое, закономерное и случайное. Наука не ставит себе цель осмыслить указанную бытийность жизни во всем ее разнообразии, она должна отделяться от случайных «мелочей», чтобы наблюдать общее. Однако в контексте синкретичности, целостности, конкретности жизни тоже необходимо осмысление, и указанная задача возлагается на литературу [1, с. 88].

Специфический ракурс познания реальности определяет и своеобразный способ познания: литература познают жизнь, не рассуждая о ней, а воспроизводя ее - по-другому трудно осмыслить реальность в ее синкретичности и конкретности.

Отмечу, что обыденное сознание представляет жизнь в ее нерасчлененности, индивидуальности, естественной пестроте. Таким образом, обыденному сознанию нужно именно такое истолкование жизни, предлагаемое литературой. Еще Н.Г. Чернышевский указывал на то, что содержание искусства представлено всем тем, чем в реальной жизни интересуется человек.

Второй важнейшей функцией художественного произведения выступает оценочная либо аксиологическая, состоящая в том, что, по мнению Н.Г. Чернышевского, произведения искусства способны обладать значением приговора явлениям жизни [5, с. 35]. Демонстрируя определенные явления жизни, творец их оценивает. Все произведение проникнуто заинтересованно-пристрастным чувством автора, в произведении формируется целая система художественных оценок. Однако дело не только в прямом «приговоре» определенным явлениям, которые отражаются в художественном произведении, а в том, что любое произведение стремится утвердить в сознании воспринимающего определенную систему ценностей. В подобном смысле оценочную функцию имеют и такие произведения, где не отмечается «приговор» определенным явлениям. Таковыми, к примеру, являются многие лирические произведения.

На основании познавательной и оценочной функций произведение может осуществлять воспитательную функцию. Воспитывающая роль литературных произведений была осознана еще в античный период. Необходимо не только не суживать указанное значение, не понимать его упрощенно, в качестве выполнения определенной дидактической задачи. Зачастую в воспитательной функции внимание акцентируется на том, что оно учит подражанию положительным героям либо побуждает человека к определенным действиям. Следует отметить, что воспитывающая роль литературы не сводится к этому. Указанную функцию литература выполняет тем, что формируют личность человека, оказывая влияние на его систему ценностей. Общение с произведением искусства в подобном контексте очень схоже с общением с умным человеком: вроде бы ничему конкретному он не научил, никаких советов либо жизненных правил не преподал, а человек чувствует себя добрее, умнее.

Особую роль в системе функций произведения играет функция эстетическая, состоящая в том, что произведение мощно эмоционально влияет на читателя, доставляя ему интеллектуальное, чувственное наслаждение. Особое значение указанной функции обусловлено тем, что без нее невозможно выполнение всех остальных функций (познавательная, оценочная, воспитательная). Отмечу, если произведение не понравилось, то весь труд пропал даром. Если еще возможно равнодушно воспринять научную истину, то содержание художественного произведения нужно пережить, чтобы понять, что возможно посредством эстетического воздействия на читателя [12, с. 125].

Безусловная методическая ошибка, особенно опасная в школьном преподавании, состоит в распространенном мнении, а порой и в подсознательной уверенности в том, что эстетическая функция литературных произведений является не настолько важной, как все остальные. Таким образом, эстетическая функция произведения определяется едва ли не как важнейшая, если можно говорить о сравнительной роли всех задач литературы, которые реально существуют в нерасторжимом единстве. По этим причинам целесообразно перед разбором произведения «по образам» дать учащемуся почувствовать красоту изучаемого произведения, испытать от него удовольствие. Помощь в таком случае состоит в эстетическом восприятии.

Методический смысл заключается в том, что нужно не закапчивать изучение произведения эстетическим аспектом, как это наблюдается чаще всего, а начинать с него. Существует реальная опасность, что без этого и художественная истина произведения, и его нравственные уроки, и система ценностей воспринимаются только формально.

Необходимо отметить еще одну функцию художественного произведения, состоящую в самовыражении. Эта функция, как правило, не относится к наиболее важным, так как существует лишь для самого автора. Однако это не так, и функция самовыражения намного шире, роль же ее - намного существеннее для культуры, чем кажется на первый взгляд. Дело в том, что в произведении может выражаться не только личность творца, но и личность читателя. Воспринимая особенно понравившееся произведение, человек отождествляет себя с автором, говоря уже «от своего лица». Явление, при котором человек выражает собственное психологическое состояние либо жизненную позицию любимыми строчками, наглядным образом демонстрирует сказанное. Каждый из личного опыта знает ощущение, по которому писатель конкретными словами либо произведением выразил сокровенные мысли и чувства, которые человек не умел выразить самостоятельно. Самовыражение с помощью художественного произведения является уделом миллионов читателей [13, с. 63].

Однако роль функции самовыражения оказывается еще более важной, если вспомнить, что в некоторых произведениях воплощается не только внутренний мир индивидуальности, но и душа народа, психология общностей.

Функция самовыражения относится к важнейшим функциям художественного произведения. Без нее сложно понять реальную жизнь произведения в умах и душах читателей, оценить важную роль литературы в системе культуры.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   Скачать   След >