Связь литературоведения с другими гуманитарными науками

Будучи наукой самостоятельной, литературоведение, однако, не теряет связей с теми гуманитарными науками, из которых он вышел и потребность в отношениях с которыми постоянно чувствует. На примере с определением самодостаточности украинской литературы нетрудно убедиться в связях литературоведения с исторической наукой, подобным же образом отвоевывала право самой Украины на ее собственную историю. Но на эту проблему следует смотреть шире и глубже. Литературные идеи, как известно, "вяжутся" с историческими процессами, или опережая их, или идя с ними в ногу. В античную эпоху, например, этапы общественного развития своеобразно отразились на становлении и функционировании тогдашних художественных стилей (дорийском, ионийском, коринфском), а романтические веяния в европейском искусстве в конце XVIII в. почти непосредственно вязались с проявлениями "бури и натиска" в общественной истории, среди которых такие известные события, как Колиивщина в Украине, крестьянский бунт во главе с Пугачевым в России, Великая французская революция, промышленный переворот в Англии и др. Конечно, связь между этими явлениями условный и специфический, но очевидность его несомненна, как бесспорными следует считать связи любых земных напряжений и оттепелей с соответствующими процессами в жизни космоса.

Литературоведение, в отличие от художественного мышления, вяжется с общественной историей менее активно и всегда с некоторым опозданием. Причиной этого является производная зависимость литературоведения от художественного творчества и исторических сдвигов, которую (зависимость) способна время нарушить лишь та отрасль литературоведения, которая называется критикой. Критика действительно может иногда опережать новые идеи в творчестве и обществе, но для этого нужна появление в литературе неординарного таланта критика. Думается, что имена Аристотеля, Лессинга, Гегеля, Франко или Бахтина в этом случае является убедительным аргументом.

Не менее тесными и органическими следует считать связи литературоведения с философией. Она была фактически праматерью науки о литературе, и когда в античные времена рождался самый известный в Европе литературоведческий произведение Аристотеля "Поэтика", то его длительное время вполне справедливо считали не иначе как ребенком философии. В последующие эпохи, когда литературоведение все отчетливее формировалось как самостоятельная наука, его связи с философией никак рвались, а еще больше углублялись. Философская проблема бытия земного и сути жизни как таковой одинаково интересует и "чистых" философов, и литературоведов, которые пытаются заглянуть в эту проблему сквозь факты жизни, а через образную интерпретацию его. Точнее даже будет сказать, что литературоведы ищут зерна истины в созданном художниками художественном мире, который является не воспроизведением реальности, а нафантазированного другой реальностью. От первой она отличается художественной основой, высокой степенью концентрированности мысли и чувства, нехарактерной для реальной жизни обобщенностью.

Яркие примеры связей философии и литературоведения дает мировая эпоха Ренессанса и последующие за ней эпохи барокко и романтизма. Философы в эти времена значительно продвинулись в своем движении к выяснению основного вопроса философии о первичности идеи или бытия, а литературоведы стали активнее исследовать его на уровне души человеческой и гуманизма в целом, без чего немыслим сам предмет их внимания - художественная литература. Иногда философ и литературовед в эти эпохи выступали в одном лице. Кто решится, например, разъединить Гегеля-философа и Гегеля-литературоведа в его знаменитой "эстетике"? Так же в новые времена Д. Чижевский совмещал в себе исследователя и собственно философии и литературы.

Конечно, эстетика - тоже наука, и отдельная наука. Но без литературоведения (шире говоря - без искусствоведения) она немыслима. Итак, литературоведение связано также и с эстетикой, которая, будучи самостоятельной наукой, все же считается частью философии. Провести между ними окончательные границы - занятие не только неблагодарное, но и методологически неверно. В гуманитарном цикле все науки взаимосвязаны, поскольку имеют общий корень - душу человека и мир, в котором он живет.

Спорным представляется связь литературоведения с экономикой. О таких связи к середине XIX в. никто из исследователей художественного творчества, кажется, серьезно не говорил. Первопроходцем здесь стал марксизм, своим грубым материализмом звульгаризував и представления о художественном творчестве, и методологию исследования ее.

По теории Маркса - Энгельса - Ленина - Сталина искусство относится к "надстройки" ("базисом" является экономика) и суть его сводится к отображению того, что происходит в "базисе". Ленин даже говорил, что искусство - это леса, которое сразу же разбирается на дрова, как только будет построен коммунизм. Причем вершинным достижением искусства считались такие произведения, в которых наиболее правдиво, то есть реалистично, отображаются все нюансы "базиса". Ярким примером для Маркса здесь было творчество Бальзака, с которой он узнал якобы больше о буржуазные экономические отношения, чем из всех известных ему экономических трудов. Подхватив это публицистическое (а не научное) суждения, все марксисты заложили в фундамент марксистского искусствоведения отражательный принцип: якобы действительно иного задания в искусстве нет, как только художественно копировать экономические, общественные, социальные и другие отношения между людьми. А наука об искусстве (в том числе литературоведение) должна исследовать, по мнению марксистов, глубину, точность, правдивость, реалистичность этого копирования. К высшим смыслам бытия, отдельный мира, творимого художником, марксистам не было никакого дела, это они считали выдумкой, и если на их пути нечто подобное и случалось, то они его просто отбрасывали, отрицали и путем репрессий уничтожали. Поэтому за пределы духовности попадала фактически вся действительно художественная культура человечества. Потому что в ней, мол, недостаточно правдиво и не с классовых позиций отображается экономическую жизнь общества.

Научное литературоведение не игнорирует тех экономических мотивов, отражаются в литературных произведениях. Поэтому связи между литературоведением и экономикой якобы вполне очевидны. Но для литературоведа экономический мотив в произведении является не иллюстрацией, не отражение "реальных" экономических отношений в обществе, а лишь одной из составных частей художественного мира творится писателем во имя поиска мировой гармонии, проникновение в тайну человеческой души и жизни в целом. Пусть это суждение воспринимается и как очень общее, но в нем все же больше истинности, чем в утверждении, что художественная литература иллюстрирует экономический базис.

Литературоведение находится в неразрывной связи с фольклористикой и языкознанием (лингвистикой). Первые элементы литературоведения наблюдаются еще в фольклоре: в легендах и преданиях об особенностях слова и песни, в сказках о колдунах, которые обладают особым (целебным, например) словом, в думах о кобзарей и поэтов, которые назывались в народе Перебендя и могли с помощью слова вызвать тоску или радость, слезы или улыбку. Все это - первоначальные формы литературоведения, и исследователь литературы в своих рассуждениях всегда их держит в памяти и опирается на них.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >