"История украинской литературы" Д. Чижевского

1956 в Нью-Йорке вышла обещанная автором еще в 1942 г. ". История украинской литературы" Д. Чижевского. Издана она Украинской Свободной Академией наук в США и Научным Обществом имени Т. Шевченко в Америке за материальной помощью Восточно-Европейского фонда. Через год - 1957 гг. - Колумбийский университет опубликовал на английском языке основательную монографию Ю. Луцкого "Литературная политика в советской Украине в 1917-1934 годах". На эти издания передовая статья "Советского литературоведения» (1957, № 5) под названием "Наш флаг - коммунистическая идейность" откликнулась примитивной бранью ("пресловутая" История. .. "," Писанина "," клевета "," ложь "и т.д.) , но в первом номере этого же журнала за 1957 А. Белецкий обратился к содержательной характеристики их. ругательным выражений, правда, хватало и здесь ("ложь", "фиговый листок" и т.д.). Исследователь, в частности, пренебрежительно отозвался о публикации всех зарубежных («антисоветских») авторов, "где дается под маской объективности искаженное, тенденциозно враждебно освещения украинского литературного процесса", а по Д. Чижевского, то "напомнил", что он - "дипломированный за рубежом" ученый "(кавычки А. Белецкого. - М.Н.) и его "История ..." - такая же диверсия, как воздушные шары, с разведывательной целью запускаются с Запада на советскую территорию, или "ложь" радиостанции "Голос Америки".

По мнению А. Белецкого, Д. Чижевский дал читателям "обескровленные историю нашей литературы", потому что, по примеру "немецких буржуазных литературоведов", анализирует литературное творчество только с точки зрения художественной формы и "подходит" всем тем, что "не имеет отношения к политике и к классовой борьбе "(10). На самом деле в работе Д. Чижевского ничто не "смакуется"; в ней весь корпус украинской литературы ("от начала до суток реализма") рассмотрено с позиций ее эстетической ценности и стилевой динамики. В научном понимании, как показали предшественники Д. Чижевского Зеров и М. Гнатишак, это один из очень продуктивных подходов к анализу творчества, если воспринимать ее не как интерпретацию общественных идей, а как самодостаточную, имманентной деятельность человеческого духа, как эстетическое осмысление мира . Проблема "идейного содержания художественного произведения" при этом тоже не исключено. Конечной целью литературоведа, подчеркивает Д. Чижевский, является синтетическое осмысления литературного процесса; оно включает формотворческий и содержательный анализ, а раскрытие идейного содержания каждого произведения является его "выше интерпретацией". Чтобы доказать эту мысль, Д. Чижевский воспользовался опытом всех литературоведческих школ в украинской науке о слове и предложил такой курс "Истории ...", который должен был одновременно и научное, и учебно-популярное значение. По мнению Д. Чижевского, литературные истории М. Грушевского или М. Возняка, соединив в себе несколько методов исследований ("филологический", "духовно-исторический", "социально-политический" и др.), Все же остаются "слишком специальными" , а жизнь требует историко-литературных изложений не только для специалистов. Практические потребности настоящего, по мнению ученого, можно удовлетворить, ограничившись освещением двух проблем литературного процесса: периодизации его и динамики художественных форм.

Восходящий принцип периодизации Д. Чижевский принимал, по сути, тот же, что и М. Гнатишак и Зеров, когда предлагал рассматривать украинский литературный процесс с определяющими художественными течениями. В М. Гнатишака это были староукраинский, византийский и поздневизантийский стиле, касались древнейшего периода украинской литературы, а в Н. Зерова - классицизм, сентиментализм, романтизм, реализм, неоромантизм, которые развивались в эпоху новой и новейшей литературы. Д. Чижевский осмыслил также "срединный" период в украинской литературе, но названия стилей, которые развивались на протяжении этого и других периодов, предложил свои другие. За его "схеме развития", украинская литература в начале XX в. вкладывается в девять стилевых периодов:

1. Время монументального стиля - XI вв.

2. Эпоха орнаментального стиля - XII-XIII вв.

3. переходов сутки - XIV-XV вв.

4. Ренессанс и реформация - конец XVI в.

5. Барокко - XVII-XVIII вв.

6. Классицизм - конец XVHI - 40-е годы XIX в.

7. Романтика - конец 20-х - начало 60-х годов XIX в.

8. Реализм - от 60-х годов XIX в.

9. Символизм - начало XX в.

По поводу стилей, которые возникали в более поздние времена, Д. Чижевский сделал такое замечание: "Уже непосредственно перед революцией зародились новые направления, например, футуризм. По революции, рядом господствующих течений революционной литературы, возникает яркая течение неоклассицизма. Как обычно бывает, исчерпывающая характеристика недавних течений имеет присущие трудности "(29).

Чем обеспечена научность предложенной Д. Чижевский периодизации? Прежде всего тем, что она согласована (в основном) с "картой" общеевропейского эстетического развитию в X-XIX вв. Ориентируясь на него, автор учел также специфику развития человеческой психологии, от которой во многом зависит характер стилевой организации художественного мышления. Главное в той специфике - чередование гармоничных и дисгармоничных факторов, человеческие порывы или к четкой ясности (законченности) в осмыслении мира, или к ее противоположности - капризной размытости (бесконечности). Словом, предложенная периодизация поставлена в зависимость от обусловленной природой пульсирующей картины жизни: потому-то указанные ученым периоды фактически представляют собой разновидности только двух типов художественного мышления, которые в разные эпохи чередовались между собой, но названы были с акцентами на нюансах. Характеризуются они или "любовью к простоте", или "уклоном к усложненности" (28). В общих чертах встречаемся, по сути, с тем, что называется "объективными" и "субъективными" типами мышления. Имели на них влияния идеологические факторы жизни? Конечно, имели, и Д. Чижевский учитывает них, когда говорит о "переходные" периоды в периодизации, о различиях между "дворцовых" ("барской") и "народной" литературой и т. Но роль идеологии в развитии художественного мышления человека вообще незначительна; она (идеология) способна лишь затормозить или ускорить указанный (в стилевом смысле) художественный развитие, но никак не остановить его, вполне переориентировать. "Переориентировать" можно только конъюнктурщиков, как это было, например, в эпоху соцреализма.

Говоря об этапах исследования определенных национальных черт ("характеристика национального типа"), Д. Чижевский отметил: "Первый из них (этапов: - М.Н.) - это исследование народного творчества, второй - характеристика наиболее" блестящих ", ярких, выразительных исторических эпох, данный народ пережил, третий - характеристика наиболее значительных, "больших", выдающихся представителей данного народа "40. Этот свой философский подход к характеристике национального типа Д. Чижевский с ус? Пихом применил и к изучению литературного процесса. НЕ прокладывал он бы "первого пути", то есть - исследования фольклора, а характеристика "блестящих" эпох и великих творцов литературы стала собственно главной доминантой историко-литературного и теоретического метода Д. Чижевского. По фольклору (которому, в частности, М. Грушевский в своей "Истории ..." придал особого значения в характеристике "дописьменный" периода в украинском литпроцессе, М. Гнатишак рассматривал его как староукраинский литературный стиль, а С. Ефремов отвел ему место в том периоде, когда он уже был записан, то есть - на рубеже XVIII-XIX вв.), то в Д. Чижевского с самого начала его исследовательской работы сложился взгляд, по которому нетрудно почувствовать определенное недоверие к этому виду творчества: мол, несет он на себе наслоения прошлых эпох и поэтому "чистоту эксперимента" (в данном случае - характеристику литературного процесса по стилям) обеспечить не сможет. Отсюда, кстати, и отдельные "пассажи" ученого в сторону романтиков, которые, хотя и преподнесли литературу на необычную высоту (например, творчество Т. Шевченко), фольклорной творчества оказывали непомерное большое значение. Проблема эта, следовательно, очень дискуссионная, а в отношении других двух "путей", которыми шел Д. Чижевский в ментальности украинской литературы, то дискуссия, мягко говоря, просто неуместна.

Научный анализ литературных явлений каждого периода предстает в "Истории ..." Д. Чижевского достаточно убедительным и всесторонним. Объединяет он в себе не только "ритмику" или "стилистику" произведений, на чем с ехидством акцентировал в упоминавшейся публикации А. Белецкий. Эстетика художественного произведения, в представлении Д. Чижевского, это и жизненные мотивы, и психологическая обеспеченность изображенных ситуаций и характеров, и композиционные и стилистические особенности разных жанров, и, во многих случаях, функционирования произведения в читательской среде. Словом, ученый рассматривает весь комплекс проблем, создают обобщающее "художественное лицо» каждого художественного явления в том числе и литературных эпох целом, выявляя в них (что очень важно) не только "положительные", но и, так сказать, ущербные моменты. Д. Чижевский впервые в украинской историко-литературной науке ввел понятие "неполноты" отечественного литературного процесса, на разных его этапах обусловлена и чисто художественными и психологическими, и социальными (идеологическими) причинами. В эпоху княжескую (сутки монументального и орнаментального стилей), например, полноте (развитости) литературы никак не способствовала письменное церковнославянский ("чужая") язык; кроме того, в этот период украинской литературе не хватало "сферы субъективных, в частности эротических переживаний" (204), а во времена Ренессанса и Реформации она не смогла на произведения такого масштаба, как произведения тогдашних западноевропейских авторов. Некоторое исключение составляют лишь единичные явления (произведения И. Вышенского, народные думы), тогда как, скажем, в эпоху барокко можно говорить не об исключениях, а о закономерном подъема литературы, в то время многими своими чертами была близка к европейскому литературы и становилась в ряд действительно развитых и полных. Но очевидное полнота ее стала проявляться в период романтизма, хотя и здесь, по мнению автора, можно говорить об определенной узость диапазона отдельных авторов, а отчасти и "неорганичность" ("подражание чужому развития", (458). Да и в эпоху реализма неполнота украинской литературы еще давала о себе знать, скажем, в сфере тематики, неразвитости отдельных жанров и др., хотя эти недостатки ученый только называет в своей работе, не давая им хотя бы самой общей характеристики. Его "История ...", завершается временем романтизма .

Об эпохе реализма Д. Чижевский создал очень короткий раздел, но викинчиты и опубликовать его встиг40. Это была, по сути, черновик возможной широкой труда, с которой, однако, можно составить более или менее полное представление хотя бы об отношении ученого к самому феномену реализма. В украинской литературе, по мнению Д. Чижевского, он развивался без достаточного осознания того, что же представляет собой этот тип художественного мышления. В основном он связывался с употреблением ли употреблением в литературе народного языка. Акцент на том, что собственно реализм требует именно народного языка, привело скорее к литературным потерь, чем достижений. "Основа этого извращения была в том, что реализм сознательно ограничил литературную тематику на ту сферу, в которой украинский язык тогда употреблялась: то есть, на изображение села и крестьянского населения, отчасти также на рисунки мелкого города и некоторых кругов интеллигенции, еще пользовались украинским языком в повседневной жизни. Это соответствовало действительности, так казалось консеквентно реалистичным "(машинопись раздела, с. 5). Конец такому представлению (а через него "прошли" Марко Вовчок, Нечуй-Левицкий, Панас Мирный, И. Франко и др.) Связывается с творчеством Леси Украинский, которая "заканчивает историю украинского реализма в чрезвычайно ценной форме, фактически выводит литературу за рамки реализма, а украинскую литературу делает - впервые - литературой мировой "(Там же. - С. 34). Творчество Леси Украинский (особенно - последнего периода) Д. Чижевский причисляет уже к символизму, элементы которого, по его мнению, развились и в младших ее авторов - А. Олесь, В. Винниченко, авторы "Молодой музы" и др. Но искусственное удержание реализма в украинской литературе продолжалось и в последующие десятилетия (особенно после революции 1917 p.), Что объяснялось скорее внелитературными, чем собственно литературным причинам.

Такие рассуждения Д. Чижевского вообще могут быть приемлемыми и сегодня, но, конечно, с определенными уточненным ли возражениями. Например, о роли Леси Украинский в выходе украинской литературы на мировые просторы. Понимая, о чем здесь речь (мотивы, сюжеты, форма художественного мышления и др.), Все же нельзя отрицать, что мирового уровня Украинская литература достигла еще в творчестве Т. Шевченко. О ней, кстати, в "Истории ..." Д. Чижевского говорится как о творчестве романтическую и со всеми ее мировыми достижениями. Но акцент, что вершина здесь принадлежит именно Т. Шевченко, у Д. Чижевского отсутствует.

Для советского литературоведения утверждение о романтичности творчества Шевченко было неприемлемым. Господствующей в нем была мысль, что дань романтизму Т. Шевченко отдал лишь в ранний период своего творчества. Д. Чижевский, следовательно, значительно расширял представление о романтизме, когда рассматривал в его пределах всего Т. Шевченко. Но в этом его заслуга не была полной. Он лишь развил взгляд, которого придерживались еще в 20-х годах П. Филиппович и все неоклассики, а позже - большинство так называемых "буржуазных" шевченковедов. Между тем некоторые другие "дискуссионные" мысли в "Истории ..." Д. Чижевского принадлежат именно ему. Одна из них - о слабости украинской классицистической литературы. Для полноты в осмыслении этого вопроса надо было бы сказать обязательно об условности и даже "неорганичность" самого понятия "классицизм в украинской литературе". Хотя стилевые признаки его и наблюдаются в отдельных произведениях, но Украина не имела своего собственного государственного абсолютизма, который для классицизма был необходимым условием в большинстве европейских литератур, и поэтому и на полноту классицистической творчества не могла претендовать. С автором "Истории ..." можно дискутировать о «границах» романтизма, точнее - о нефиксированные Д. Чижевским предромантических веяния в украинской литературе (в творчестве Г. Сковороды или "классициста" И. Котляревского, в "Истории Русов" или в отдельных исторических думах). Но еще настоятельнее зовет к дискуссии мнение Д. Чижевского о "величайшей (якобы - М.Н.) историческую ограниченность поэзии Шевченко", о его, якобы, уклоны в сторону "романтики ужаса". "Путь его героев - путь к гибели", - пишет Д. Чижевский и удается в перечень, начиная со сцены самоубийства Катерины в одноименной поэме и заканчивая эпизодами пыток в "Гайдамаках" и "дитозгубства" в "Титаривна" (414). Уязвимость этой мысли ученого заключается в том, что в ней "романтический прием" (максимализм, гиперболу, крайнюю действие и т.д.) витрактувано как ... реальную ситуацию, в результате чего "добывается" фактически несуществующая "историческая ограниченность".

Очень существенной чертой "Истории ..." Д. Чижевского является, в частности, широкий в ней литературный контекст. Это, по сути, единственное до сих пор исследования, в котором украинский литературный процесс прослежен в взаимосвязях не только со славянскими, но и некоторыми другими литературами мира. Конечно конспективность этих связей (обусловлена "для учебников" краткостью труда) была, конечно, неизбежной, но они здесь обнаружены и на уровне генетики и взаимовлияния, а самое главное - на уровне контактов и типологических восхождений. Некоторые из них, правда, потребует творческого прочтения, поскольку и в этом случае автор остался верен своей "дискуссионности". Можно говорить, в частности, о чрезмерной христианизацию литпроцесса, которой, кажется, слишком увлекся автор; как по мне, автор также "берет" в варяжских воздействиях (он видит их даже в заклинаниях, сохранившихся в договорах времен князя Олега) немного произвольно он отказывает в самостоятельности таким, скажем, образным выражениям, как "язык до Киева доведет" или "не плюй в колодец"; это, мол, переводы с греческого или латинского традиций и тому подобное.

Есть в "Истории ..." Д. Чижевского и еще ряд полемических моментов (например, утверждение о псевдонародность "Наталка Полтавка"), но конструктивный смысл его определяют, конечно, не они, этот труд не поддается к дискуссии в основном, в том, что ею на новом этапе развито важную традицию подлинно научного осмысления истории украинской литературы.

С появлением труда Д. Чижевского начался вполне очевиден ренессанс украинского литературоведения, главная черта которого - в приближении к мировой искусствоведческой системы. Развитие того ренессанса в последующие три десятилетия будет связана преимущественно с исследовательской работой ученых Украинской изгнания (диаспоры), и здесь особого упоминания заслуживает издана в Мюнхене 1959 антология «расстрелянного возрождения», которую упорядочил Ю. Лавриненко (Дивнич), поместив в ней также основательные критические исследования о репрессированных в 20-30-х годах украинских писателей. Примечательно, что попали в эту антологию и фигуры тех авторов, которые не репрессированными, но настоящая художественное творчество которых тоже закончилась в 20-30-х годах (П. Тычина, М. Рыльский,

М. Бажан и др.). Таланты их, следовательно, автор тоже причислил в число расстрелянных.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >