Экономическая этика как нормативная теория хозяйства

Нормативные требования экономики и морали в современных процессах рационализации хозяйственной жизни

Несмотря на то что классическая политическая экономия провозглашала "неэтичный", "ценностно-нейтральный" характер экономического знания, ее исторические трансформации доказывают, что она никогда не теряла своей нравственно-философской основы, независимо от того, признавали это сами экономисты. Хотя оформления поисков экономической теории имеет математическую строгость, экономическая наука остается нормативно нагруженной установками и суждениями о "лучшей состояние мира", "правильные" цели, мотивы, интересы, способы действия, человеческую природу и прочее. Главной задачей экономических наук является исследование условий, которые способствовали бы росту эффективности удовлетворения потребностей человека путем производства, накопления, распределения, хранения и использования различных благ.

Для получения положительного знания о хозяйстве в классической экономической теории было сконструировано абстрактную модель человека - Homo economicus, что только единственный устойчивый мотив максимизации собственного интереса, которой позволял бы математически рассчитывать экономические явления. Проблема "преодоления" многообразие мотивов относительно экономического воздействия решалась путем отбора основного мотива по критерию калькуляции, устойчивости и повторювальности.

Поскольку этические ориентиры, нравственные мотивы, намерения, свойства характера не подлежат измерения, они выходят за пределы рассмотрения и расчета. Далее конструируются определенные иерархии предпочтений, где "экономическое" становится выше "неэкономично", "рациональное" - за "иррациональное". Тем самым происходит самоотделения экономической рациональности от других видов рациональности, этической частности. Следствием этого выступает нормативное преувеличения логики рынка, сведение ее в определенный абсолютный принцип координации общества, что означает полную элиминацию нравственной составляющей из жизни человека. Согласно такой логике не рынок адаптируется к социальным отношениям, а наоборот все межчеловеческие отношения детерминируются только требованиями рынка.

В противовес "экономической логике" в современных этико-экономических исследованиях утверждается принципиально другая нормативная позиция, согласно которой рациональность экономической деятельности рассматривается как последовательная и согласованное действие, которое является вариативной, а принадлежность к "экономическому" не может измеряться только степенью рациональности. Человеческое поведение выходит за пределы поздравительной целесообразности, она связана с ориентацией на этические ценности и моральные нормы. Понятие рациональности выводится за пределы максимизации полезности, и соответственно расширяются границы исследования экономической деятельности.

Так, вариативность социального действия утверждалась еще в начале XX в. М. Вебером, который различал традиционную, аффективную, ценностно-рациональную и целерациональное деятельность. Исследуя историю развития экономики, немецкий философ и экономист отмечал, что хозяйство в традиционном обществе определяется "материальной" рациональностью, или "ценностной рациональностью". Ценностно-рациональное действие основано на убеждениях о долге, достоинстве, на религиозных предписаниях, то есть имеет в своей основе веру в безусловную ценность определенного поведения как таковой, независимо от того, к чему она приведет.

Это означает, что по отношению к хозяйству применяют этические, политические, утилитарные, гедонистические, сословные, эгалитарные или другие критерии, а вместе с ними ценностно-рационально, или содержательно целерационально измеряют результаты хозяйствования. В последующих процессах рационализации хозяйства происходит изменение критериев, которыми руководствуется экономика, а главными условиями развития капитализма становятся рационализация производства, учета, права и самого способа мышления. В модерном обществе становится имеющейся тенденция господства "формальной рациональности" - "целерациональности", что выражение в исчислении и расчетах, независимо от содержания цели или материи свободы 48.

В анализе нормативных требований современной экономики П.Козловськи так же различает "материальную" и "формальную" рациональности, но не в качестве способа экономического поведения, а в качестве способа координации рационально действующих индивидов. "Формальная рациональность" определяет цели индивидов и координирует процесс достижения ими своих целей с помощью формальных правил. При этом, координация и регуляция хозяйственного поведения оказывается преимущественно в ее добровольном ограничении (самоограничении). Тем самым доказывается, что экономическое поведение регулируется не только экономическими нормами максимизации прибыли, но и моральными нормами, которые способны ограничивать произвол.

Если экономическая координация происходит через систему ценообразования во внешнем мире индивида, то этическая координация - "формальная этика координации" происходит во внутреннем мире человека, принимающего решения путем обобщения норм. Но при этом важную роль играет желание и стремление индивида осуществить экономический и нравственный выбор. Вопрос "Что я хочу и к чему я должен стремиться?" всегда предшествует вопросом "Как это сделать наилучшим образом и наиболее целесообразно?" и "Какое правило может быть всеобщим законом экономического поведения?».

Поэтому, еще до совершения экономического воздействия, необходимо иметь представление о ценностных качества, ценностные предпочтения и общественное значение тех или иных благ. В этом смысле "материальная этика благ" призвана формировать преимущества и развивать восприятие ценностных качеств благ еще до совершения экономического воздействия, обеспечивая умственную "предварительную координацию" действия индивида 49. Тем самым этическая рефлексия по формально определенных правил и ценностных предпочтений создает мотивы для принятия индивидуального или коллективного решения по ответственного ведения хозяйства.

Таким образом, вопрос рациональности позволяет "навести мосты" между этикой и экономической наукой, приобретая конкретизации в проблематике разумного ведения хозяйства, которое охватывало бы этическое измерение (ценностная рациональность) и экономический (цилерациональнисть). При этом одной из них не предоставляется определяющей нормативной преимущества, утверждается их диалектическая связь.

Без целерационального экономического воздействия не было больших достижений научного прогресса. Менеджер, которому не хватает стратегических навыков, будет достаточно беспомощным в хозяйственном процессе, как и абстрактный моралист-философ, пытающийся повлиять на действительность. Но и достаточно опасны абсолютизация целерациональности, автономизация экономической системы с одновременным пренебрежением нравственными требованиями, способны порождать социальные кризисные явления. Поэтому в решении проблем современного хозяйства необходимо учета его этической составляющей, соответственно осмысления таких проблем возможно только в процессе плодотворного сотрудничества нормативной экономической теории и нормативной этики.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >