Императивно-ценностные основы принятия решений по управлению хозяйственными процессами

В классической экономической теории либерализма, основанной на философии эгоизма и индивидуализма (А. Смит, Д. Рикардо), основой и источником благосостояния общества считалось накопления национального капитала, а показателем его уровня был рост количества благ на душу населения. Причиной роста национального богатства классики единодушно считали систему "естественной свободы", которая вытекала из концепции своекорисного интереса. Реализуя свой интерес, индивид направляется "невидимой рукой" к цели, которая совсем не входила в его намерения - достижение общественного блага 57. Из этого логически делался нормативный вывод о том, что свободе экономической деятельности не следует делать искусственные нравственные преграды, регламентировать ее, поскольку "природные силы" рыночного механизмы способны гармонизировать конфликты ценностей и норм.

С обоснованной таким образом теории равновесия рынка, саморегулирующейся, делался еще один принципиальный вывод-требование о невмешательстве в рыночные механизмы со стороны государства, которому отводится только роль "ночного сторожа" - защиты общества от насилия и осуществления строгого и беспристрастного правосудия. Однако сама практика экономической деятельности в странах Западной Европы в XIX - XX вв. показала практическую несостоятельность классической теории либерализма вследствие очевидной несостоятельности рынка к саморегуляции в ситуациях несовершенной конкуренции, информационной асимметрии, негативных ексерналиях хищнической деятельности ТНК. Все больше становится очевидным, что государство обязано следить за правами всех участников рынка - производителей и потребителей и предотвращать возможные убытки.

Во второй половине XIX в. государство перестает рассматриваться как инструмент, обеспечивающий формальное равенство перед законом и институт реализации естественного права - системы обязательных правовых норм. И в экономической теории, и в практике экономической деятельности приобретает своего развития концепция социально ответственного государства. Утверждается, что управление экономическими процессами должно происходить через посредство государственной политики, направленной на построение социального рыночного хозяйства, в котором материальные блага распределялись бы в соответствии с принципом социальной справедливости ради достижения каждым гражданином достойного уровня жизни.

Взгляд на государство как институт, который обеспечивает реализацию справедливости в общественных отношениях, в первую очередь присущ представителям немецкой исторической школы (Г. Шмоллер, Л. Брентано), которая критиковала экономический либерализм. Идеологами политики социального рыночного хозяйства считаются немецкие ордолибералы Ф. Мюллер-Армак, Ф. Бем, В.Ойкен и кейнсианцы с Д.Кейнс во главе. Практическим воплощением социального рыночного хозяйства появились современные экономики Швейцарии, Германии, Австрии, Бельгии, Голландии, Скандинавии, в которых рынок встроенный в социальную и политическую структуру. Социальный порядок свободного общества строится на принципе субсидиарности (дополнительности), согласно которому оправдываются определенные меры государства в области налоговой, антимонопольной, ценовой и социальной политики. Государство уравновешивает определенные тенденции свободного капитализма, яки могут приводить к монополиям и социального неравенства. Задачей социального государства является не только гарантия действенности права и закона, но и обеспечение социальной опасности. При этом только рыночных и политических механизмов для достижения идеала социального государства будет недостаточно, поэтому большое внимание уделяется моральной регуляции в аспекте личной и коллективной ответственности 58.

Во второй половине XX в. в теоретических дискуссиях появляется новое объяснение механизмов управления экономическими процессами, которые должны основываться на других императивно-ценностных основах чем те, которые были провозглашены классической и неклассической экономической теории, поскольку они не учитывали отличие индивидуальной и коллективной действия.

Итак, попыткой совместить индивидуальный интерес и коллективное целеполагание появились теории общественного выбора, которые были призваны дать ответ на вопрос: каким образом коллективные действия и социальные организации (правительства, социальные институты, предприятия и фирмы) осуществляют согласование индивидуальных интересов участников. Американский экономист и лауреат Нобелевской премии Дж.Бьюкенен в исследовании договорных основ теории принятия экономических и политических решений попытался преодолеть дилеммы коллективного действия. Экономистом предлагается двощаблева концепция общественного выбора, состоящий из предварительного конституционного и индивидуального постконституцийного уровней.

На первом уровне коллективно разрабатываются правила и процедуры принятия политических решений, на втором уровне уже осуществляется непосредственно экономическая деятельность индивидуальных и коллективных субъектов на основе принятых правил. Итак, путем внедрения специальных конституций, содержали бы в себе кодексы норм и четкую систему санкций, задаются внешние рамки для любой политико-экономической деятельности. Тем самым должен установиться справедливый, соответственно моральный, социальный порядок, который обеспечивал бы индивидуальные права граждан 59.

Однако концепция Дж. Бьюкенена критиковалась за то, что не может быть единодушного согласования конституций среди политиков, а реформирование законов подвергаются проблему принудительного изменения к худшему экономического положения членов общества, которые не согласны с таким законам.

Попытка вывести данную проблематику за рамки политической и экономической деятельности, привлечь к решению этой проблематики всех граждан общества осуществляет в конце XX в. этическая теория, а именно этика дискурса (Апель, Ю. Хабермас, П. Ульрих). Эта теория закладывает фундамент для определения общественных преференций-ценностей и правил деятельности, которое осуществляется путем коллективного выбора - через практику добровольного волеизъявления участников общественных и предпринимательских дискурсов, процедурно оформленных для реализации конкретных возможностей улучшения жизни.

Согласование коллективного порядка преимуществ для экономических субъектов происходит в процессе публичного диалога, а ценности, нормы и правила, которые выносятся на обсуждение такого форума считаются обоснованными и одобренными только тогда, когда соответствуют интересам всех заинтересованных лиц. Тем самым субъектом выбора становятся не только политики и предприниматели, но и "все заинтересованные лица" - "стейк-холдеры".

К стейкхолдеров относятся акционеры, менеджеры, контрагенты, даже будущие, еще нерожденные поколения. Таким образом, появляется и потребность в обосновании прозрачных правил, которые позволяли бы соотносить свои интересы с интересами других людей и с интересами будущих поколений по отношению к широкому кругу благ.

Однако реализация коллективного выбора в процессе публичного обсуждения в реальной экономической практике подвергается ряд практических проблем. Во-первых, в чистом виде коллективный выбор, предусматривающий прямое участие граждан, физически возможен лишь в небольших группах. Во-вторых, опыт локальных предпринимательских и политических дискурсов свидетельствует проблему "паралича демократии" - неспособность прийти к согласованию за неполноты или невозможность коммуникации.

Большой масштаб предприятия или сообщества неизбежно сталкивается с проблемой "фрирайдерства" - нежеланием принимать участие в обсуждении за отсутствия реального принуждения к такому действию. Несостоятельность коммуникации может быть спровоцированной отсутствием субъектов предполагаемой ожоги из-за того, что они еще не родились, или субъектами диалога не смогут выступать несовершеннолетние или психически больные лица, или из-за принципиальной невозможности общения ("дилемма заключенных»).

Представители дискурсивной этики считают, что эта проблема может быть преодолена, если проводить "замещающие дискурсы" или "фиктивные диалоги". В таких мыслительных экспериментах реально принимающие участие граждане должны ориентироваться на регулятивную идею длительной коммуникации и осуществлять процедуру универсализации правил и норм, подлежащих обоснованию. Но, несмотря на такое уточнение, "псевдодиалог" оставляют за собой опасность манипулирования собственным ценностно-нормативным убеждениями со стороны тех лиц, которые осуществляет.

И в-третьих, осуществлена процедура выбора и обоснования этических целей и моральных норм еще не является гарантом того, что эти нормы будут реализованы. Предусматриваются, что субъекты, которые вступают в коммуникацию, четко осознают собственные интересы, а вместе с тем осознают ту грань, до которой они могут уступать ними, поскольку в западном обществе есть базовые представления о общественное и индивидуальное благо, есть и развитая способность к компромиссов.

Однако в постсоветском пространстве, в частности в Украине, сложилась такая ситуация, что существует неартикулированность фундаментальных интересов, неопределенность базовых ценностей как во внешней, так и во внутренней экономической политике. Не способствует социальному согласованию и несовершенное законодательство и отсутствие традиций правового урегулирования конфликтов. "Идеальная коммуникативная сообщество" в условиях неполной, а зачастую и искаженной информации в странах "наздогиннои модернизации" рискует остаться лишь "идеальной". Только после решения проблем ценностного выбора и культивирования определенных социальных качеств, можно создать почву для нравственной сферы разъяснения легитимных правил поведения, утверждают взаимные обязанности и права.

Следовательно, нет сомнения, что без наличия таких свойств и качеств как то доверие, способность к выполнению долговых и моральных обязательств, солидарность, чувство заботы и ответственности ни группа и общество будет в состоянии достигать общественные цели. Влиятельный американский социальный философ и экономист Фукуяма убедительно доказал, что достижению общественного блага способствуют определенные социальные добродетели.

Исследуя различные экономические культуры, Ф. Фукуяма показал, что китайский, корейский и итальянский фамилизм, японская способность к трудовой кооперации и высокая степень нравственной ответственности за выполнение взаимных обязательств, французское неприятие неформальных межличностных отношений и высокая степень формализации экономической жизни, немецкий порядочность, самодисциплина и стремление к постоянному совершенствованию, американская комунитарнисть как способность к добровольной организации различных групп для совместной деятельности, не является следствием специальных рациональных процедур и мероприятий, а является проявлением партикулярных культурных традиций 61.

Итак, религиозные и этические ценности, присущие определенным культурам, в длительном историческом процессе способны формировать определенные нерациональные этические навыки и качества, которые имеют существенное значение для совершенствования различных организационных форм экономической жизни.

Нравственные корни традиции позволяет представителям коммунитаризма - сформированного в 90-е годы XX в. влиятельного направления в социальной теории, видеть в ней "субстанцию" нравственности конкретных культурных сообществ, поскольку традиция является не только носителем ценностей и норм, но и основой социального взаимодействия и взаимопонимания. Коммунитаризм как моральная доктрина (Э. Макинтайр, Р. Рорти, Ч. Тейлор) видит путь к возрождению добродетели в культивировании в сообществах (от семьи до государства) общих и общей ответственности. Отсюда, общественное благо мыслится как содержательная концепция "достойной жизни", которая определяет образ жизни сообщества 62.

На почве идей коммунитаризма лауреат Нобелевской премии по экономике 2009 Э.Остром предложила альтернативу и либеральным и ор-долиберальним концепциям управления хозяйственными процессами. В своих исследованиях, опирались на широкую эмпирическую базу, американская представительница направления неоинституционализму доказала, что традиционные местные общины часто разрабатывают действенные механизмы принятия решений и эффективно внедряют собственные правила игры для разрешения возможных конфликтов интересов между потребителями совместных ресурсов. Условиями эффективного управления общественными благами исследовательница называет непосредственное общение между участниками распределения благ, известную всем гражданам репутацию участников управления общими ресурсами, принцип доверия, который возникает залогом успешного менеджмента, долгосрочность интересов, наличие механизмов санкций 63.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >