Элементы этнографизма, традиций и обычаев в изучении культуры славян. Отношение к культурным традициям Украины

Наряду с тем, как мы можем изучать лингвистические источники, памятники древности археологических структур праславянства, мифологию как одну из форм мировоззрения и художественно-синкретического мышления древних славян, не менее важным по своим познавательными возможностями является этнографический принцип. Причем в этом способе изучения культуры (материальной и духовной) славян могут быть объединены и другие подходы. Скажем, археология предоставляет первоочередное возможность узнать о древних периоды культуры славян, искусство, быт, обычаи и верования, изменение предпочтений и средств труда именно на основе представленных ранее неизвестных памятников той культуры. Также поэтика и семантика славянских мифов, легенд и верований приоткрывает завесу над реальными чувствами, способом мышления и представления о действии нравственных законов, характеры и типы поведения.

Весь спектр проявления этнических, точнее - этнографических черт имеет свою большое преимущество в том смысле, что он проникает в самых разных сфер повседневности. Прочно удерживается в нем, предоставляя колорита духовности старых ценностных норм и повторяемости традиции. У украинского народа производились эти традиции веками, приобретая же значимой стоимости, стиля, обычаев и культуры.

Сила обычаев как одного из самых распространенных факторов культуры - в их устойчивости. Если же теряется живое присутствие, то и культура приобретает только формализованного оттенка, отчужденности. Загадочность непосредственного влияния обычаев на наше поведение (в праздники или будни) заключается в том, что они, как неписаные законы, рождаются вместе с народом и передаются из поколения в поколение, то есть становятся традиционными.

Культура творится двояким способом: профессионалами-художниками, учеными и политиками (в сфере государственного),

с другой же стороны - остается спонтанный, стихийно порождаемый феномен народной культуры. В идеалах национальной стихии эти два потока сливаются. Примером может служить то, как живая народная язык - украинский - постепенно выдавливала этнически чужеродную церковнославянский язык, даже в переводах религиозной литературы, а в конечном итоге родилась новая отличие от старославянского, украинский литературный язык. В сложном синтезе этих двух стихий, на основе народного духа и поэтического гения художника могла появиться не раньше, а именно в то время (конец XVIII в.) Поэма-бурлеск Ивана Котляревского "Энеида". Эта поэма вобрала в себя безграничное богатство этнографических деталей относительно характеров, бытовых вещей и привычек, пейзажей. Но на них уже лежало другое клеймо - знак неповторимого индивидуального (и национального) типа художника-просветителя, образно выраженной "феноменологии духа" народа.

Возьмем еще один пример, хотя с другой сферы, но также связанной со словом. Такие выдающиеся мыслители из Украины, как Станислав Орловский, Иван Вышенский, Феофан Прокоповин, Григорий Сковорода, позже Панфил Юркевич писали на разных языках - латинском, старославянском, древнерусском, польском, русском. Однако, говоря словами Дмитрия Чижевского, национальные особенности оказывались в мыслях, как это всегда бывает, совершенно спонтанно, "само собой" 1. Именно вот эту спонтанность, непринужденность или свойственность культуры, в своеобразном этническом коде, который выходит на второй план общепринятого, мы и имеем в виду. Визийного образец различной экспрессии среды, то есть испеченной народной культуры и этнографы, идущий из глубин человеческого жизненного опыта, сочетает в себе память прошлого и его отражение в образах-символах, помогает уберечься от холодных абстракций бездуховности.

Историческая память культуры, фиксирует себя в оболочке этнографических форм, традиций, в присущих духа - всесильна, но и она (этот тонкий малообеспеченных слой) может быть разрушена. Речь идет не об отдаленных абстрагированы мира, а о нашей украинскую землю и культуру, то есть о самих себе. Есть два субъекта культуры - тот, который живет и действует с исторических времен, "спонтанно", в самом же неизбывное процессе и нерушимости культурных ценностей; и то, что требует от субъекта собственной высоты, адекватности

1. Чижевский Дмитрий. Очерки по истории философии на Украине. Мюнхен, 1983. С. 24.

отношения и духовной поддержки, а значит - саморефлексии культуры в ее личностной онтологии.

Уже говорилось о автохтонные, непрерывные культурные связи славян и их оседлость на своей древней земле. Конечно, в любом историческом периоде культура славян, как и их этнический состав, испытывали постоянные изменения, потери и возрождение. В этом отношении украинские культурологи историки нередко обращались к названному сроку. Возрожденческого дух, хотя и вынужденно, по причине разного рода руинництва, был присущ культуре украинского народа, как и славянству в целом.

В связи с тем, что на протяжении почти всей истории Украины фактически не имела государственности, на культуру возлагалась в некотором смысле решающая миссия сохранения традиций, исторической памяти. Даже тогда, когда подстерегала опасность, когда, по словам Е. Маланюка, казалось, над историей нашей нависает железный занавес, не терялось надежда на возрождение. "Культурное наследие Киева и связанная с ним историческая память - по всем бурных, порой, казалось, губительных событиях - отживали снова и снова и проявлялись при первой возможности" 1.

Культура стала непреодолимыми "золотыми воротами", через которые удерживался дух созидания. Но драматизм ситуации не остался без печальной отметки и потерь, а то и разрушения самой души Украинской как сознательного патриота и охранника приобретенного предками всех века. Оказывается, это не менее опасна разрушение, так сказать, не извне, а изнутри собственного бытия. Странный этот украинский антинациональной "мазохизм". Хотя оправданий для морального успокоения здесь находится много - методическое уничтожение памяти, любо "е к языку своего народа, зато утлумачування интеллектуальной неполноценности и большей пригодности Украинский сыновей и дочерей для служения на ниве культуры других народов.

А. Воропай называет обычаи "тем цементирующим материалом, побеждает своей мощью все остальные силы, которые работают на разрушение единства нашего народа" 2. Сила обычаев - в их повседневной жизни и широте охвата материального и духовного бытия общества. Но нередко подвергаются забвению эти обычаи (как и язык), превращаясь в равнодушных риторику, абстракцию, лишенную души культуры

1. Маланюк Евгений. Очерки по истории нашей культуры // Книга наблюдений. Киев, 1995. С. 15.

2. Воропай Алексей. Обычаи нашего народа. Киев, 1993. С. 5.

этноса, не к подобной трагической ситуации обращены мысли Леси Украинский в "белом стихотворении" о том, чтобы мы рассеялись "по всем свете", и

Тогда ведь печаль по родном крае Научит нас, где и как его искать.

Подытоживая все ранее сказанное, стоит обратить внимание на то, что культура - это образ жизни, она сияет всеми своими красками изнутри человеческой личности, ее убеждений и мироощущения. Культура всегда нуждалась своей защиты, а не риторической осведомленности, особенно того, что волей исторических судеб вынуждена была переживать свой спад и возродит-Женский тенденции. Сбоку же это выглядит лишь объективированной устойчивостью этнографических архетипов - сочетание внешней атрибуции культуры (скажем, украинский орнамент, мелодичность языка и песни) с глубинной подсознанием памяти.

* * *

Ученые приходят к выводу, что культура славян в X-XI веках не единственным, как была она полностью однородной и в доисторическую эпоху. По Л.Нидерле, культура славян делится на западную и восточную с момента своего становления. "Если в доисторическую эпоху славяне находились, - пишет Л. Нидерле, - в своей колыбели между Вислой и Днепром или, возможно, между Одером и Днепром, то уже с давних времен, в начале эпохи бронзы, их западная часть на Одере и Висле были другие культурные достижения и импульсы, чем восточная часть - между Карпатами и Днепром. Влияние культуры эпохи бронзы, позже гальштатской, галльской, с Рейна и Марни, затем германской, с низовьев Эльбы и Балтийского побережья, как бы мало славяне на них реагировали, подготовили другую почву, чем был тот, который в восточной части славян подготовили влияния степных аборигенов, скифов и сарматов, затем финнов и, наконец, всего Востока и Византии. Следовательно, западное славянство издавна входило в сфер западноевропейской культуры , в то время как восточное - к сферам греко-восточной культуры "1.

Проблема изучения культуры славян остается сложной и до сих пор, поскольку к переосмыслению некоторых господствующих доктрин в оценке места культуры этнически много-

1. Нидерле Л. Славянские древности. Москва, 1956. С. 419.

ликого огромного региона в общемировом историческом процессе добавляется "многовекторность" представлений об истоках археологических славянских (протословьянських) культур. Высокая степень достоверности имеют историко-археологические исследования, в том числе украинских ученых, для выяснения истоков и создание первичных ареалов славянских культур. Касаются эти научные обобщения археологических, лингвистических и этнографических данных (исторических памятников) на так называемый периода великого переселения народов в середине I тысячелетия. Во многом это был решающий период для будущего государства и объединения славян в пределах южного, западного и восточного регионов. К принципиально важному выводу приходит известный археолог-историк В. Баран, отрицая имеющиеся теории расселения славян, построенные на основе летописных суждений. Суть аргументировано изложенной позиции В. Барана заключается в отрицании утверждений о том, будто славяне испокон веков жили в Подунавье и были вытеснены "волохами" в первой половине I тысячелетия нашей эры. "Сейчас археология доказала, - утверждается в работе В. Барана, - что великое переселение славян приходило с Северного Прикарпатья на Дунай, а из Верхнего Поднестровья на Волгу, а не наоборот" 1.

На основе высказанных соображений выстраивается логика генеалогических связей и дифференциации групп славянских племен и их археологических культур. Вместе с тем необходимо учитывать и то, что новейшие современные исследования и накопление значительного количества археологических памятников славянской (протословьянськои) культуры ни в коей мере не исключают важности памяти о происхождении славян и ранний период их культур, заверенных в летописных источниках.

Сращивание археологических, лингвистических, исторических и других знаний, действительно, помогает приблизиться к выяснению тех вопросов, которые беспокоят исследователей в течение достаточно длительного времени по автохгонности, генезиса, миграционных последствий в движении не только славянских народов. Очевидно, не стоит игнорировать как многотысячелетней наслоения культуры, начиная еще с доисторических времен, на территории правитчизны славян, так и новые образования культур, имеющих непосредственную связь с автохтонность тех или иных славянских регионов и сформированных на них общностей. В этой связи особенно важны выводы на ос-1 Баран В. Д Древние славяне. Киев, 1998. С. 87.

новые археологических исследований в упоминавшейся работе В. Барана "Древние славяне". Речь идет об историческом значении великого переселения народов, охватило и славянский мир, ведь "оно начало разделение славян на те этнические группы, которые, в зависимости от исторических обстоятельств, заложили основы процессов формирования современных славянских народов" 1. Исходя из археологических источников, утверждается в этом исследовании, составив, представленные Пражско-корчацкой культурой, стали не только предками украинского народа, но и основным компонентом предков словаков, моравов и чехов и украинского-польского населения в Верхнем Повисленья. Поляки средней и северной части современной Польши имеют свои отдельные исторические истоки, уходящие дзедзицкую культуры. Пеньковский древности антов на территории Украины были интегрированы Пражско-корчацкой культурой. Это смешанное антско-склавинских населения дало северян - предков левобережных украинских. И часть антов, которая принесла Пеньковский культуру на Балканы, стала основой болгарской, сербской, хорватской и других этнических групп южных славян. Предками белорусов и россиян было население, представленное в V - VII веках Колчинского, Тушемплинською и Именькивською культурами, постепенно занимало области с балтским и угро-финским субстратами. Эти выводы находят свое подтверждение в культурах VIII-X веков, отражающие общественное развитие в Восточной Европе накануне образования Киевского государства.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >