Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Культурология arrow История мировой культуры

2. Культура и самосознание восточных славян Киевская Русь (IX-XIII вв.)

Вопрос самобытности и внешних воздействий на культуру Киевской Руси

В изучении багатоосяжнои, а в определенном смысле основополагающей для характеристики в целом культуры славян, и украинской в частности, мы можем коснуться лишь отдельных граней взлета культуры восточного славянства - Киевской Руси. Вопросы, стоял перед исследователями культуры Киевской Руси - необходимость объяснений происхождения и составляющих этой культуры.

Бесспорно, что, как и каждая культурная эпоха, и, связанной была с возникновением и расцветом на Востоке Европы государства Русь, не может рассматриваться изолированно, вне всяких воздействиями. Однако эти влияния могли достичь своего эффекта только при том условии, что они имели достаточно развитую местную базу. Автохтонность славян и создания ими собственных культурных традиций приобретает принципиальной веса в понимании этнокультурных оснований.

В определенном смысле Киевская Русь - наследница интенсивных изменений и связей праславянских, славянских, включая развитие культур раннего Средневековья. Во всяком случае нет никаких оснований не учитывать тот заметный след коренных этносов, который оставили древние культуры - Зарубинецкая (II в. До н. Есть. - II в. Н. Э.), Пшеворска (II в. До н. Есть. - IV в. н. э.), Черняховская (II- VИИ (V) ст. н. э.), Киевская (вторая четверть первого тысячелетия). Формировались в это время восточнославянские культурные традиции.

Конечно, необходимо также учитывать миграционные процессы, которые влияли как на этнический состав, так и на культурно-языковой обогащения, нанося одновременно потерь и изменений. Достаточно назвать лишь несколько отдельных племенных объединений - киммерийцы, сарматы, скифы, хазары, готы, гунны, печенеги, половцы, монголо-татары. Культурно-археологический след сохранился в курганах, местах захоронений, средствах войны и труда, скульптурных памятниках, топонимике, лошадиной сбруи и обычаях. Все это те наслоения элементов разных по времени и этническому происхождению культур, которые не могли не влиять на своеобразие характера и уровня культуры восточного славянства в последующее время.

Очевидно, правильно будет говорить о прямых или косвенные внешние воздействия, которые труднее поддаются наблюдению. Культура Киевской Руси, при всей ее неповторимости духовно-материального творения, - это плод общечеловеческой цивилизации периода становления классово-феодальных обществ. Среди составляющих, послуживших в разное время источником влияния на формирование культуры Руси-Украины, были индоевропейские, праславянские, иранские, китайские, античные, германские, византийские, западноевропейские. Несмотря на широкий спектр представительства различных культур, которые так или иначе сказались на становлении культуры Руси, не следует забывать, что это был лишь влияние а не решающий фактор. Даже если речь идет о тесных контактах с Византией, Хазарией, странами Центральной и Западной Европы. Ведь для того, чтобы зерна передовых цивилизаций могли дать обильные всходы в новой среде, они должны были попасть в хорошо подготовленную почву. Именно таким и предстал культурную почву восточных славян, который вобрал в себя вековые традиции местного развития, обогащенного влиянием соседей.

Нужно учитывать и то, что происходили сложные внутриэтнических процессы в связи с созданием единой государственной целостности Руси и осознанием ею собственного культурно-исторического места в мире. Чувствительная душа русича искала в чужом того, что было близко ее характера, ее переживанием, ее давним традициям.

Торгово-экономические отношения с Арабским Востоком, раннее соседство древних причерноморских колоний-городов Греции, связи с Византией, Болгарией, Скандинавией - все это не могло не сказаться на духовно-культурном становлении Руси, которое требовало новых путей своего роста в соперничестве с развитыми странами тогдашнего мира, одновременно испытывая от нашествий кочевников.

Если брать глобальный характер воздействия (или подражания), то он будет касаться прежде всего присоединение Руси в мировоззренчески-идеологическом плане к одной из самых влиятельных уже в то время мировых религий. С принятием христианства претерпела существенных изменений культура, а значит и ее влияние на все сферы жизни, тогдашнего общества Руси.

Конечно, для тех, кто принимал решение о резкий поворот во всем укладу и образу жизни, подчиненного новым идеал, морально-христианским измерениям, необходимо было не только политическая решимость в изломе старых языческих традиций, но и внутренняя вера в могущество, дарованную сверхъестественной таинственностью Бога . Без такой веры, не приходила то вдруг даже после официального принятия христианства на Руси, не могло за сравнительно короткое время произойти столько изменений как в самом сознании, так и во всем внешнем облике: строительство церквей, соборов и монастырей, поток из Византии и Болгарии (последняя приняла на 120 лет раньше христианство) богословской литературы, все средства искусства и культуры в целом направлены были на укрепление государства, его консолидацию и изменения нравственного состояния в ней с помощью новой религии, укрепление авторитета в межгосударственных отношениях, а с другой стороны, именно христианство во всех его отношениях с государством требовало поддержки.

Вхождение православия в сознание и повседневности восточных славян происходило не просто и не вдруг, а целым рядом переходных моментов, к которым относится сохранение привлекательных и самых распространенных атрибутов старой (языческой) веры. Дело здесь не только в силе инерции, психологии привычки, но и в том, что на время утверждения христианства на Руси ее древняя культура уже глубоко укоренилась в сознание, особенно отдаленных от центра и общественной верхушки народных масс. Выделим два момента, которые не являются тождественными между собой: достаточно высокий уровень культуры в ее языческой привлекательности, с другой же стороны - тот консерватизм, который вообще может быть присущ глубокому убеждению и преданности своим богам.

Еще до принятия христианства, особенно перед образованием государства Киевская Русь, происходило интенсивное экономическое и культурное рост племенных княжеств на Приднепровье. Так, в VII-VIII веках существовали широкие торговые связи с Ираном, Византией, арабами. В VII веке на Приднепровье местные мастера производили вещи высокой ценности (посуда, оружие, украшения), в которых усваивались иностранные влияния и создавалась своя культура. Итак, при всей решительности мер по укреплению христианства на Руси не должно оставаться без внимания и то, что ее предыдущая культура уже впитала в себя традиции и влияния как восточной, так и западной цивилизаций, но при этом не потеряла своих культурно-этнических особенностей.

Уже никакая сила не могла разрушить то, что было сросшиеся с давними обычаями, которые имели для русича привлекательные черты. По этому поводу Л.Нидерле, характеризуя место музыки и песни в жизни славянина и имея в виду христианизацию культуры и сопротивление ей, писал: "Церковь безуспешно пыталась искоренить эти" бесовские "или" сатанинские "песни и танцы. Все было напрасно. Народ стремился к этим развлечений, музыка, их сопровождала, была ему в сто раз милее, чем монотонные песни в церквях. В 1068 году Киевский летописец горько жалуется на то, что на развлекательных святынями полно народа, а церковь зия пустотой "

Язычество у славян продолжалось долго даже после официйнного принятия христианства, появилось "двоеверие". Хотя этот термин весьма условный, поскольку человек не может принадлежать к двум верь одновременно, но то, что христианская церковь вынуждена была смириться с признанием, а точнее с использованием сложившейся ранее атрибуции, дает повод для такого понимания. Необходимо учитывать и другое обстоятельство - католическая церковь в отличие от православной была неуступчивой в своем отрицании языческих идей и явлений, православная же часто пыталась приспособить старые верования к церковным обрядам, в результате чего они сохранились в большей степени.

Одной из сфер культуры и форм самосознания Руси стало приобретение исторических знаний. Историческое самосознание, богатую пищу для которой давали предания, сохранившиеся в памяти народной, летописаниях и хрониках, свидетельствует один из самых высоких уровней как самой культуры, так и осознание русичем своей принадлежности к Русской земле.

В этом ряду источников, бесспорно, особое место занимает "Повесть временных лет" Нестора Летописца. Писался произведение в Печерском монастыре. И появиться мог только как результат огромной предварительной работы. По самым его содержанием можно судить, сколько источников было собрано и осмысленно благодаря усилиям не одного поколения. Б. Д. Греков, останавливаясь на обстоятельствах появления "Повести временных лет", отмечает, что сам ее автор (Нестор) - "это ученый своего времени, которому удавалось подняться до сознания связи мировых явлений" 1. Для написания этого произведения была проведена долгая и упорная работа. Уже существовали писания предшественников, которые необходимо было освоить. Изучались греческие хроники, особенно "Хроника" Амартола и его продолжателя - Симеона Лагофета. Знает летописец Нестор "Хронографу" Летописец вскоре "Никифора," Житие Васипия Нового "," Откровение Мефодия Патарского ", славянские предания о соискание грамоты славянской, источники об апостоле Андрее, договоры с греками; известные ему народные предания, исторические песни . Осведомленный он с княжескими архивами, а также многочисленными свидетельствами.

Книги, которые поступали в основном из Византии и южнославянских краев, удовлетворяли растущие запросы из самых разных областей знаний, хотя и в определенной религиозной оболочке. Древнейшими сборниками, сохранившиеся до наших дней, считаются "Изборники Святослава" (1073 и 1076 лет), "Измарагд", "Злата Матиця", "Златоструй", "Пчела" (содержит мудрые советы, остроумные народные наблюдения, философские истины).

Знаток письменного языка и книжной мудрости очень высоко возвышался на Руси. Клим Смолятин, который некоторое время был митрополитом (П47-1154рр.), Уважаемый среди современников "своей образованностью и умом", как отмечает С. Ефрем-языков. "Бысть книжников и философ Таис, якоже в Рускои землю, не бяшеть" - эти слова из летописи часто приводятся в исследованиях творческого наследия Клима Смолятича, которая, к сожалению, сохранилась в малом объеме. Послание его к Фомы имеет полемический характер, и именно это вызывает большой интерес к литературной достопримечательности. Фома упрекает своему оппоненту за надменность и за то, что тот гордится ученостью, прикидываясь философа и не на святых отцов, а на Гомера, Аристотеля и Платона ссылаясь. Клим Смолятич же отвечает на то, что он не несется высоко и славы человеческой не ищет и не от чужих писателей принимает мнения, а только символически святое письмо истолковывает. "Пастырю мало праведной жизни, - передает суть этой полемики С. Ефремов, - надо ему еще быть и хорошо образованным человеком" 1.

Осознание себя восточными славянами как этноса со славными историческими и давними культурными традициями, со стремлением к независимости переосмысливалось в контексте одной из найупорядкованиших в своей идеологической и моральной системе религий - христианстве. Идеал, который проповедовался в главных христианских установках - Священном Писании, поучениях - находился между двумя мирами повседневной жизни и высокой духовности.

Основные ориентиры нравственно-духовного совершенствования, возлагавшихся на христианина, особенно четко просматриваются в крупнейших литературных произведениях Киевской Руси, среди которых "Слово о законе и благодати" митрополита Илариона. Привлекает внимание своеобразная программность этого памятника, где говорится о необходимости обновления в вере, что ширится среди народов. "Негоже благодати, - говорится в" Слове "Илариона, - и истине на новых людей засиять ... новом учению - новые мехи, новые народы" 2.

С образной эмоциональностью говорит Илларион о том, что "вера благодатная по всей земле распространилась и до нашего

1. Ефремов Сергей. История украинской литературы. Киев, 1995. С. 84.

2. Иларион Киевский. Слово о законе и благодати // История философии
Украины: Хрестоматия. Киев, 1993. С. 15.

народа русского дошла ... Вот так уже и мы со всеми христианами славим Святую Троицу "1. За каждым словом автора глубокий контекст. В понятие" новых людей "," новых народов "укладывается действенный смысл, который направлял в соответствующее идеологически мировоззренческое русло энергию обновление культуры как и в целом мироотношения Руси. Самоосознание себя в мировом христианском единении побуждало к переосмыслению духовно-преобразовательных основ всего уклада жизни Киевской Руси. Идеальной моделью осмысления таких преобразований и стал знаменитое произведение митрополита Киевского Илариона "Слово о законе и благодати", где "благодать" должна быть императивом высших христианских убеждений. Это была середина XI века, за которым следует пик расцвета могущества и многокрасочности культуры (в слове, архитектуре, изобразительном, прикрашальному и прикладном искусствах), где царило преклонение перед мудростью мысли, философским, светским и религиозным познанием.

Для нас именно в культурологическом контексте (понимание всей средневековой киеворусских культуры как фактора самосознания славян) представляет интерес своеобразный завет - "Поучение детям» Владимира Мономаха (1053-1125 гг.). Авторитет великого князя, личный пример благотворительности, широкие династическо-родственные связи со странами мира, глубокие традиции, с благоговением относиться к языкам и знаний (Мономах гордился тем, что его отец Всеволод знал пять языков) автор высказал на склоне своих лет, имея большой жизненный опыт, идеи, которые можно отнести к тому особого рода идеальных представлений, которые выходят за рамки просто установок и наставлений.

О выходе "Поучение" (так назвал автор это завещание) за пределы узколичных пишут исследователи: "Начав с религиозных обязанностей князя, Владимир переходит к его общественных повинностей" 2. Далее С. Ефремов дает интересный очерк того, как понимали эти повинности лучшие люди того времени, какие практические требования ставили они перед княжеской властью.

Приведем некоторые из этих установок и рассуждений, в которых улавливаются осуждение не только губительного для государства раздора князей, но и отхода от тех идеалов христианской морали, которые влияют на "благодать" и положение богатой или бедной

1. Иларион Киевский. Слово о законе и благодати // История философии Украины: Хрестоматия. Киев, 1993. С. 15.

2. Ефремов Сергей. История украинской литературы. С. 89.

человека. Автор "Поучение" ведет своеобразный диалог как с теми источниками божественного слова (выписки из произведений Василия Великого, Псалмов, Евангелия), к которым он обращается, так и с теми, на чье понимание он надеется, - своих потомков.

В этот своеобразный дидактический трактат Владимир Мономах записывает поучения Василия Великого со "Слова о подвижничестве» и «Слова о благотворительности", делая их собственным убеждениям и своим монологом. "В Владычице Богородице, забери с бедного сердца моего гордость и дерзость, чтобы не возносился я суетой мира своего", - слова одного из "молений". "В ничтожному этой жизни научись, верующий человек, действовать благочестиво, научись по евангельскому слову" глазами управлять ", язык сдерживать, ум смирять, тело усмирять гнев подавлять, помысел чистый мать, побуждая себя на добрые дела господа совета ..." 1 .

Словам отцов церкви Мономах поучает юных, чтобы они имели "души чистые, непорочные, тела худые, кроткую беседу и по мере слово Господне". Должны "вниз глаза иметь, а душу вверх". Не лениться, советует князь, в соблюдении трех дел - покаяние, слез и милостыни. "Поэтому, ради бога, не ленитесь, прошу вас, не забывайте трех дел тех, ибо не являются тяжелые они. [Это] ни одиночество, ни монашество, ни голод, как другие добрые [люди] терпят, а малым делом [сим ] достичь [можно] милости Божией "2.

"Всего же более, - отмечает важность предостережения Мономах, - убогих не забывайте, но, насколько есть возможность, по силе кормите и подавайте сироте, и за вдову вступитесь сами, а не давайте сильным погубить человека. Ни правого, ни виновного не убивайте [и] НЕ Повелите убить его, если [кто] будет достоин [даже] смерти, то ни погубляйте никакой души христианской ". "Паче всего - гордости не считайте в сердце и в уме". "Старых чти, как отца, а молодых - как братьев". "В доме своем не ленитесь, а за всем смотрите". "Лжи берегись, и пьянства, и блуда, ибо в седьмую душа погибает и тело" 3.

Далее много интересных и важных советов, которые, собственно,
занимают собой весь уклад жизни, вносят упорядоченность в понимание моральной добродетели с ярко
выраженными элементами правовых норм, во всяком случае -

1. Летопись русский. С. 456.

2. Там же.

3. Там же. С. 457.

правовых оговорок, как, скажем, вот в этом: "А куда вы ходите в путь [за данью] по своим землям, - не дайте отрокам вреда действовать ни своим [людям], ни чужим, ни в селах, ни в хлебах, а не может проклинать вас начнуть. А куда пойдете и где станете, - напоите, накормите лучше постороннего, а еще больше почтите гостя, откуда он к вам [НЕ] придет, - или простой, или знатный, или посол, - если не можете подарком , [то] едой и питьем ". "И мужчины не пройдите, а не поздравив, доброе слово ему подайте" 1.

Автор просит не забывать этих истин, перечитывать их. Ни к чему хорошему не следует лениться, прежде всего, посещать церковь. Вчитываясь во все искренние советы, видим, что в них собрана вековая мудрость и мораль, которую мы можем воспринимать как некий идеал, которого всегда было трудно достичь в полной мере, но это те общечеловеческие ценности, которые необходимо было принять в свою душу.

Особое место и специфическое проявление в становлении самосознания Киевской Руси принадлежит церковной обрядовые, который, как известно, объединяет средства выразительности и воздействия, он является действием и визуальной присутствием. Человек, попадая в атмосферу литургической возвышенности, звучание божественного слова и пения, обращенных к ней праведных глаз с изображений святых, Христа, его апостолов, Богородицы, переживает сложные чувства и помыслы, стремясь избавиться земных грехов, очистить душу, возвышается над обыденным. Страх и трепетность, благоговение, отречение суетности бытия, исполненность любовью и всепрощением и многие другие незаурядных чувств, бесспорно, имели свое влияние, проникали в глубинных основ самосознания себя и мира.

Постепенно, с момента принятия христианства в Киевской Руси начали обиход такие религиозные нормы, которые имели преподнести из обыденности в вышине авторитет церквей и монастырей, чудотворность икон и тех, кто их дарит народу. Утверждался ореол святости - особенно в отречении земных соблазнов, утех и благ. Крайнее выражение такого уединения от мирской суетности мало затвирництво, пустинництво, самоограничение в любых удоволеннях плоти, постепенное угасание ее. Таких людей считали блаженными, в ближайшие к Богу, а сами они могли владеть дарованием исцеления других, пророчеством. Распространение монастырей и монашеской затворничества, самопожертвование во имя спасения от греха не в этом, полном зла и соблазнов, а в том, горнем

1. Летопись русский. С. 457-458.

мире, - эта традиция пришла из Византии вместе с утверждением и распространением христианства среди славян. В XIII веке на Руси было уже около 50 монастырей, 17 - только в одном Киеве. Монашество стало влиятельной силой. Соответственно вся монастырская и церковная система способствовала не только дальнейшему укреплению христианской веры и вытеснению "бесовских" языческих разгульных традиций, но и в равной степени это были мобильные, защищенные от случайностей центры духовной жизни, поскольку именно в церквях и монастырях открывались школы, создавались скриптории для переписывание и переводов на церковнославянский язык богословской литературы, прославленных авторов, первыми среди которых были хорошо известны в христианском мире Василий Великий, Иоанн Дамаскин, Иоанн Златоуст и другие. Приобретали собственного опыта и независимости школы иконописи и рисования миниатюр, в монастырях и соборах создавались библиотеки.

"Киево-Печерский Патерик" (сборник рассказов о строительстве монастыря, его основателей и первых монахов) стал более памятником духовной культуры с весьма важными деталями, характеризующие эпоху. Интерес к этой книге сопровождал ее с момента создания. Патриотизм и поэтическая прелесть простоты и вымысла рассказов Патерика обусловили его популярность среди читателей в течение длительного времени. Этому историческому и духовно-культурном документу в определенном смысле не было равных. М. С. Грушевский утверждал, что "Патерик и Кобзарь это были две самые популярные украинские книги". Составлен Печерский Патерик тремя лицами - епископом Симоном, монахом Поликарпом и Нестора Летописца.

Среди тех, кого прославлял Патерик, был икономаляр Алимпий: "Иконы писать был он большой мастер". Благодаря своему таланту, трудолюбию, честности и нестяжательства он получил большое признание в России. Удивлялся большим талантом Алимпия, услышав о случившемся, и князь Владимир. Одна из его икон князь взял для церкви, по его велению строилась в Ростове. По легенде, представленной в Патерику, когда эта церковь рухнула, икона сохранилась невредимой - такую чудотворную оберегов силу имел дар икономаляра относительно своего творения.

Идеалом в Киевской Руси становится страстотерпец, тот, кто в чистоте своей и невинности является жертвой сил зла и страдает за грехи других. Первыми идеальными образами были Борис и Глеб - младшие сыновья князя Владимира Святославовича. В междоусобной борьбе, начавшейся после смерти отца, они были убиты. О гибель князей Бориса и Глеба рассказывает Нестор Летописец. Названы виновники и те, кто непосредственно совершал это зло. Главный из них - Святополк, прозванный народом Окаянным. В этой короткой рассказы четко выделяется религиозная направленность в освещении трагической обучающей события. Исторический факт приобретает христианско-поэтической возвышенности. Нестор прославляет "страстотерпцев Христовых", заместителей Русской земли, исцеляющие тех, кто приходит к ним, "верой и любовью". В своеобразном апогее Нестор видит великую радость в победе добра над злом, света над тьмой: "Радуйтесь, божественным светом для всех осиянной! Вы весь мир обошли, бесов отгоняя, от болезней изциляючы, светильники добрейший и заместители теплые, у Бога сущие, блаженным светом вечно озаренные, мужественные страстотерпцы, просветители душ верным людям. превозносят вас светоносный небесная любовь, через нее унаследовали вы всю красоту небесной жизни, славу и райские яства, мир разума и красную радость "1.

В такой изящной стилистике и умелом сочетании земного и потустороннего можно узнать как сам идеал страстотерпца - защитника земли Русской, так и почувствовать болезненные заботы, которые возникали перед светлыми умами. Противостояние добра и зла, света и тьмы, всепобеждающая сила любви и веры в покровительство - все приобретает космических, а в то же время проникнутых искренностью сочувствие земной миру, величин.

 
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Предметы
Агропромышленность
Банковское дело
БЖД
Бухучет и аудит
География
Документоведение
Естествознание
Журналистика
Инвестирование
Информатика
История
Культурология
Литература
Логика
Логистика
Маркетинг
Математика, химия, физика
Медицина
Менеджмент
Недвижимость
Педагогика
Политология
Политэкономия
Право
Психология
Региональная экономика
Религиоведение
Риторика
Социология
Статистика
Страховое дело
Техника
Товароведение
Туризм
Философия
Финансы
Экология
Экономика
Этика и эстетика
Прочее