Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Право arrow Право

Введение в заблуждение, предусмотренное нормами статутного права

К делу Хедлея Байрн (в 1963 г..) Единственным средством судебной защиты в случае непреднамеренного (непроизвольного) введение в заблуждение было аннулирования сделки. Оно применялось, даже когда введение в заблуждение происходило из-за небрежности, и в результате, если нечаянно введение в заблуждение приводило к существенным финансовым потерям, невинная сторона не имела возможности возместить эти потери, подав соответствующий иск. Этого было недостаточно, потому что обвинения в мошенничестве доказать нелегко (см. Приведенную, выше дело Дерри против Пика), более того, в случае обвинения в мошенничестве ответчик вправе созвать жюри, увеличивает его расходы, если он проиграет дело.

Прецедент Хедлей против Хеллера несколько улучшил ситуацию, ведь Палата лордов вынесла решение, что в случае введения в заблуждение из-за халатности невинная сторона имеет право подать иск с обвинением в деликте небрежности. Однако Закон о введении в заблуждение пошел еще дальше. Он предусматривает, что сторона, которая ввела в заблуждение, должен возместить убытки:

"несмотря на то, что введение в заблуждение было непреднамеренным, разве что она имела достаточные основания полагать, ... что представленные ею факты соответствуют действительности".

Как введение в заблуждение, предусмотренное нормами статутного права, так и введение в заблуждение из-за халатности - это заявления, которые, хоть и сделаны искренне, но без должного внимания к вопросу, достаточной при данных обстоятельствах; следовательно, предусмотренное нормами статутного права введения в заблуждение перекрывается определенной степени нормами общего права о введении в заблуждение из-за халатности. Важное различие между предусмотренным нормами статутного права введением в заблуждение и тем, что определено нормами общего права о введении в заблуждение из-за небрежности, заключается в том, что правила, установленные делом Хедлея Байрн, касаются ситуаций, когда тот, кто делает заявление, и тот, кому ее делают, не связанные между собой договорными отношениями, тогда как действие статьи 2 (1) распространяется только на ситуации, "когда лицо заключило контракт, получив от другой стороны контракта искривленные факты".

В целом считается, что предусмотренный уставным правом средство судебной защиты за введение в заблуждение, установленный статьей 2 (1) Закона о введении в заблуждение, предпочтительнее средством судебной защиты, предусмотренным за деликт небрежности, ибо:

1) тот, кому сделано заявление, не должен доказывать, что тот, кто ее сделал, имел перед ним обязанность соблюдать осторожность (хотя трудно представить себе договорные отношения, при которых одна сторона контракта не должна долга перед другой стороной соблюдать осторожности)

2) истец, ссылается на дело Хедлея Байрн, должен доказывать факт небрежности в соответствии с обычной процедурой, тогда как в случае ссылки на статью 2 (1) существует презумпция небрежности, и ответчик должен доказать, что он имел достаточные основания считать свое заявление такой, что соответствует действительности;

3) в этих двух случаях действуют различные правила относительно удаленности возмещения убытков: согласно статье 2 (1) возмещения убытков начисляется так, будто введение в заблуждение было умышленным, то есть возмещению подлежат все прямые убытки; по прецеденту Хед-лей Вайрна возмещения начисляется, исходя из предположения о халатности, что означает, что компенсации подлежат только предполагаемые убытки.

Пункт 3) был подтвержден делом "Ройскот Траст" против Роджерсона (1991г.). В этом деле первый ответчик договорился со вторым ответчиком (дилером по торговле автомобилями) о приобретении у него машины. Первый ответчик покупал машину в рассрочку посредством финансовой компании-истца. Компания-истец требовала внесения депозита в размере 20% цены автомобиля (1520 фунтов стерлингов). Первый ответчик лишь 1200 фунтов стерлингов. Однако из представленных ему расчетов по операции приобретения в рассрочку машины создавалось впечатление, что первый ответчик внес депозит в сумме 20% цены. Настоящая цена машины была 7 600 фунтов стерлингов. Внесенный депозит составлял 1200 фунтов стерлингов, поэтому оставалось еще 6400 фунтов стерлингов. Из расчетов, представленных вторым ответчиком компании-истцу, следовало, что покупная цена составляла 8000 фунтов стерлингов, и было внесено 20% (то есть 1600 фунтов стерлингов), а профинансировать надо остальные 6400 фунтов стерлингов. Таким образом, второй ответчик получил сумму, которую он планировал получить за машину. К сожалению, первый ответчик нечестным путем продал машину Т., который получил полное право владения, предусмотренное Законом об аренде с правом выкупа 1964 Компания-истец подала иск на ответчика за свою потерю. Судья суда графства вынес решение, что первый ответчик должен возместить сумму, равную остальных неуплаченных взносов, а второй - 1600 фунтов стерлингов, что соответствует дополнительной сумме, которую ее заставил заплатить второй ответчик, потому что если бы правильная сумма депозита была 1200 фунтов стерлингов, это означало бы, что машина стоит 6000 фунтов стерлингов, и в этом случае компания-истец должна заплатить дилеру только 4800 фунтов стерлингов вместо 6400, которые она заплатила на самом деле.

Второй ответчик подал апелляцию против решения о возмещении убытков, заявив, что компания-истец не претерпела никаких потерь, поскольку она получила право (по начальной сделкой) на машину стоимостью не менее 6 400 фунтов стерлингов. Компания-истец подала встречную апелляцию, утверждая, что ее потери составили 3625,24 фунта стерлингов, что соответствует разнице между суммой, выплаченной дилеру, и суммой, полученной от клиента перед тем, как он оказался неспособным выполнять свои обязательства. Вопрос заключался в том, сумма возмещения по статье 2 (1) Закона о введении в заблуждение 1967, имела устанавливаться на основе "правила халатности" об отдаленности причинной связи или на основе правила "обмана", то есть ущерб был предсказуемой, как в случае небрежности, или просто должна прямой, как в случае обмана.

Решение: определение суммы возмещения по статье 2 (1) в соответствии с прямого указания закона должно происходить "так, будто заявление было сделано умышленно", то есть на основании деликта обмана, а не деликта небрежности. Суд вынес решение в пользу финансовой компании, которой дилер должен возместить 3625,24 фунта стерлингов.

Более ранняя дело "Ховарда Мари на" против "Огдена" (1978 p.) Показала, какими сложными бывают иногда отношения между иском, предусмотренным статьей 2 (1) Закона о введении в заблуждение, иском о халатности по общему праву и иском о нарушении контракта .

Ответчики - экскаваторная фирма-подрядчик - были приглашены к участию в тендере на выполнение экскаваторных работ для большой станции очистки сточных вод Тайнсайда. Подрядчики должны были выполнить такой заказ: выбрать большой объем земли, загрузить ее на баржи, которые могут выходить в море, вывезти в море и там выгрузить. Чтобы выиграть тендер, компания А. имела подсчитать не только стоимость экскаваторных работ (что им было легко сделать как опытным экскаваторщик), но и стоимость вывоза почвы к морю, а в этом они не имели никакого опыта. Однако они знали, что надо нанять две баржи, чтобы одна вывозила грунт, пока второй наполняют, поэтому они пригласили пять владельцев барж к участию в тендере на эти работы.

Компания X. была одним из участников тендера, они прислали своего морского менеджера к площадке в Тайнсайда, чтобы он определил природу материала, который предстояло вывозить. Он сказал, что баржи компании X. могут выполнять эту работу и письменно предложил нанять баржи за 1800 фунтов стерлингов в неделю. Он указал также объем материала, который может перевозить каждая баржа. Компания А. подготовила свою тендерную заявку на основе цифр, предоставленных им компанией X. Стремясь консервативности в своих расчетах, они взяли за основу цифру, ниже сообщенную им компанией X.

Тендер был успешным, и компания А. продолжила свои переговоры с X. На встрече между представителями компаний А. и X., представитель А. ставил вопрос с заранее подготовленного списка, в котором насчитывалось 31 вопрос. Один из вопросов было связано с грузоподъемностью барж. Представитель X. назвал цифру грузоподъемности в кубических метрах, которую они уже называли раньше. "Сколько примерно это будет в тоннах?" - Спросил представитель А. "Примерно 1 600 тонн, в зависимости от погоды, количества загруженного топлива и времени года", - сказал представитель X. На самом деле этот ответ был, хоть и честной, но неправильной. Представитель X. процитировал на память цифру с "Перечень Ллойда", которая была ошибочной. Правильной была цифра 1 194 т (а с необходимыми поправками - 1055 т). Именно эта цифра была правильно указана в документации X., предварительно представленной представителю X., которая теперь лежала в папках в ее лондонской конторе.

Переговоры продолжались, обсуждали цену, и наконец 9 августа 1974 компания А. оформила заказ по цене 1500 фунтов стерлингов, при этом соглашение должно выполняться на ее собственных условиях. Компания X. возразила против этого, отметив, что условия содержатся в чартерной сделке. Один из пунктов чартерного договора предусматривал, что принятие компанией А. судна должно быть решающим доказательством того, "что они проверили судно и установили, что оно ... во всех отношениях соответствует назначению, которое фрахтователи имеют в виду и предусматривают, и оно полностью удовлетворяет их во всех отношениях ".

Фактически чартерную соглашение так и не подписали, но, тем не менее, баржи были предоставлены компанией X. Компания А. использовала баржи в течение 6 месяцев, хотя они и жаловались на работу механизмов, к тому же подозревали, что баржи не были способны содержать такой груз , который, по словам представителя X., они должны нести. Через шесть месяцев они обнаружили, что полезно загрузки барж составляла лишь 1055 т. Поэтому компания А. внесла 20 тыс. Фунтов стерлингов в счет аренды и заявила, что больше платить не будет. Компания X. забрала свои баржи, а А. наняла другие для завершения работ. Компания X. подала исковое заявление, требуя 93 183,14 фунта стерлингов в счет арендных платежей за две баржи. Компания А. подала встречный иск на 600 тыс. Фунтов стерлингов на основании дефектности механизмов, а также на том основании, что X. ввела их в заблуждение относительно грузоподъемности барж. Они заявили, что это:

а) нарушением контракта (то есть нарушением дополнительного условия)

б) или деликтом небрежности;

в) или введением в заблуждение из-за небрежности в понимании статьи 2 (1)
Закона о введении в заблуждение 1967

Они заявили, что из-за низкой грузоподъемность барж выполнения контракта затянулось. В защиту встречного иска компания X. заявила, в частности, что условиями в чартерной соглашении определялось, что принятие доставки является окончательным доказательством того, что баржи соответствуют цели А.

Судья первой инстанции вынес решение в пользу X. и отверг встречный иск А. Апелляционный суд единогласно признал, что если объективно посмотреть на дело, X. не выходил из намерения, чтобы их заявление по грузоподъемности барж приравнивалась к дополнительной договорного условия (то есть условия контракта). Поэтому нарушение контракта не было.

По мнению лорда-судьи Шоу, компания X. несет ответственность по общему праву за халатность. Лорд-судья Бридж не высказал ни одной мысли по этому поводу, а председатель Апелляционного суда лорд Деннинг считал, что небрежности не было.

Однако и лорд-судья Бридж, и лорд-судья Шоу подтвердили, что X. обязана возместить убытки на основании введения в заблуждение из-за небрежности в соответствии со статьей 2 (1) Закона о введении в заблуждение 1967 Оба они придерживались мнения, что заявление представителя X. по грузоподъемности барж является существенным, и безусловно важным фактором в их рассуждениях было то, что представитель X. мог легко проверить грузоподъемность барж, сверившись с информацией, имеющейся в папках компании. Оставалось еще вопросы относительно условия об освобождении от ответственности в чартерной сделке. Статья основании Закона 1967 признает недействительным условия об освобождении от ответственности, если они не соответствуют критерию оправданности. Лорд-судья Бридж выразил сомнение относительно того, распространялось действие этого условия на заявление, что вводила в заблуждение, о чем шла речь в иске, но даже если так, то она все равно была оправданной. Лорд-судья Шоу присоединился к этой точки зрения и согласился с аргументацией лорда-судьи Бриджа. Не соглашаясь, председатель Апелляционного суда лорд Деннинг принял решение, что условие было справедливой и оправданной.

Вполне невинное введение в заблуждение

Это ситуация, когда тот, кто сделал неправильную заявление, имел достаточные основания считать, что его заявление соответствует действительности. Например, хозяйка дома информирует потенциального покупателя, что дом не сырой. Она полагается при этом на недавней отчет инспектора. Информация неверна. Это было бы вполне невинным введением в заблуждение, в случае которого средством судебной защиты будет аннулировании соглашения или возмещения убытков. (Конечно, невинная сторона могла бы возбудить дело против инспектора за халатность.) Средством судебной защиты в случае вполне невинного введения в заблуждение, как отмечалось, в соответствии со ст. 2 (2) Закона 1 967 p., Является аннулирование соглашения или возмещения убытков вместо возмещения убытков.

 
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Предметы
Агропромышленность
Банковское дело
БЖД
Бухучет и аудит
География
Документоведение
Естествознание
Журналистика
Инвестирование
Информатика
История
Культурология
Литература
Логика
Логистика
Маркетинг
Математика, химия, физика
Медицина
Менеджмент
Недвижимость
Педагогика
Политология
Политэкономия
Право
Психология
Региональная экономика
Религиоведение
Риторика
Социология
Статистика
Страховое дело
Техника
Товароведение
Туризм
Философия
Финансы
Экология
Экономика
Этика и эстетика
Прочее