Символика романа Л.Н. Толстого «Анна Каренина»

История изучения вопроса

Изучением символики романа «Анна Каренина» углублённо и детально стали заниматься сравнительно недавно. Однако уже такие именитые учёные, как Эйхенбаум, Билинкис, Бабаев в своих работах указывали на особенность этого романа 70-х гг., вышедшего из-под пера Л.Н. Толстого. Не лишним будет подробно разобрать этапы развития данного направления в изучении «Анны Карениной».

Одним из первых о символике романа заговорил Д.С. Мережковский в своей работе «Л. Толстой и Достоевский». На основе сопоставления двух величайших писателей, исследователь выводит особенности творчества каждого из них, анализирует их взгляды на мир и религиозные представления. Именно с точки зрения религии Мережковский и даёт толкования символам романа. «Религиозное сознание Толстого отрицает символ в его самой первой и глубокой сущности, признаёт религиозное, как нечто исключительно духовное, бескровное и бесплотное, освобождение от всех легенд, обрядов, таинств, догматов» [2.15: 331].

«Глубокий лиризм в обрисовке Анны и Левина, символика деталей, отсутствие повествовательного тона - все эти особенности толстовского романа оказываются результатом своеобразного усвоения и развития лирических тем и методов Тютчева и Фета», - считает Эйхенбаум Б.М. [2.25: 181]. В его монографии рассматриваются аналогии с творчеством Тютчева в плане трактовки страсти, как стихийной силы, как «поединка рокового». В поэзии же Фета, как считает исследователь, Толстого привлекает «лирическая дерзость», умеющая уловить тончайшие оттенки душевной жизни во взаимосвязи и переплетении с миром природы. Также учёный считает, что классик пользуется не столько символами, сколько аллегориями, подсказанными эстетикой Шопенгауэра [2.25: 187].

Я.С. Билинкис, анализируя идеи Эйхенбаума, говорит о том, что природа, как и жизнь мужиков (которая-то и связана с природой непосредственно) Анне Карениной чужда и страшна. «При обрисовке переживаний Анны Карениной, - пишет Билинкис, - изображение природы служит для писателя в большинстве случаев лишь средством анализа и обобщения того, что происходит в душе героини. [2.6: 309]. Помимо этого исследователь высказывает мысль о том, что роман символичен уже с первых строк. Символичность начальных глав романа говорит, что уже первые неостановимые движения души Анны Карениной словно упираются в мрачность и жестокость своего сопровождения. Иными словами, Толстой использует символику, чтобы показать неизбежность пути Анны.

Бабаев Э.Г. в своей работе «Анна Каренина» Л.Н.Толстого уходит от символики природы, и рассматривает символы романа в ином преломлении. Его, прежде всего, волнует изображение эпохи, современной Л.Н. Толстому. С этой точки зрения, он приходит к выводу: из разрозненных подробностей и брошенных как бы вскользь античных символов в произведении складывается цельная картина «современного Рима эпохи упадка» [2.3: 12].

Полякова Е. считает, что в процессе выработки поэтической символики Толстого огромное, основополагающее значение имеет народная символика. Более того, исследовательница указывает на такую особенность, как-то: символика романа «Анна Каренина» в основе своей изначально проста и не требует никаких усилий «дешифровки» [2.19: 318]. Простой символ у Толстого, как правило, теснейшим образом связан с реальностью, вытекает из неё как должное, непосредственно продолжает её, по «прямой линии».

Использование символики Толстым Ю. Сато видит не только как особенность поэтики писателя, но и как средство, способствующее композиционной спаянности произведения [2.20: 262]. Учёная вводит такое понятие, как «внутренняя связь», под которым подразумеваются детали, символы, образные элементы, которые связывают воедино две разрозненные, на первый взгляд, сюжетные линии Анны Карениной и Константина Левина.

Совершенно новый, неразработанный подход к проблеме символике в романе Л.Н. Толстого «Анна Каренина» предлагает Суркова Ж.Л. план романа ей видится целиком идиллическим, укоренённым в древнейшую пасторальную традицию от античности до второй половины XIX столетия [2.23: 6]. Однако кроме идиллических мотивов исследовательница говорит и об эсхатологической символике. И по мнению Ю. Сато, существенную роль в становлении эсхатологического плана произведения играет образ Николая Левина.

Ахметова Г.А. говорит о том, что важную роль в художественной системе произведения играет мифологический лейтмотив ада, или «инферно» [2.2: 83]. Так, в духе христианских представлений древнерусской литературы женская красота и плотская страсть трактуются автором «Анны Карениной» как соблазн и наваждение дьявола. Благодаря данной мифологеме, скрытой и ненавязчивой в контексте большого романа, сюжет приобретает глубинный смысл, становится древней историей о продаже души дьяволу и о сошествие в ад. Выполняя роль прелюдий, неявные мифологемы приближают трагическую развязку, смыкают начало и конец произведения в архитипический сюжет.

Символичность образов и деталей романа Пан Т.Д. связывает с христианскими мотивами: «Источником образов, несомненно, является святоотеческая литература», - пишет исследователь [2.17: 100]. Благодаря символическим деталям и образам Толстой точно воспроизводит закономерности духовного падения человека, именно которое и прописано в наследии святых отцов.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   Скачать   След >