Особенности защиты чести и достоинства военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов

Правом на защиту чести, достоинства и деловой репутации военнослужащие как граждане, имеющие специальный социальный статус, обладают в период прохождения ими военной службы. Граждане, уволенные с военной службы, обладают правом защиты данных нематериальных прав в соответствии с общегражданским законодательством. Военнослужащие в силу специфики своей деятельности наделяются дополнительными правовыми гарантиями, направленными на защиту чести, достоинства и деловой репутации. В частности, данной правовой гарантией выступает Федеральный закон "О статусе военнослужащих" от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ (с изменениями и дополнениями), Устав внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, Уголовный кодекс Российской Федерации.

Необходимо отметить, что данные дополнительные права по защите вышеуказанных нематериальных благ приобретаются только с момента приобретения статуса военнослужащего.

Честь, достоинство и деловая репутация - близкие по правовому регулированию категории. Честь и достоинство отражают объективную оценку гражданина окружающими и его самооценку. Деловая репутация - это оценка профессиональных качеств гражданина.

Честь, достоинство, деловая репутация гражданина в совокупности определяют "доброе имя", неприкосновенность которого гарантирует Конституция Российской Федерации.

Рассмотрим более подробно понятия "честь", "достоинство" и "деловая репутация".

Честь - объективная оценка личности, определяющая отношение общества к гражданину (военнослужащему), это социальная оценка моральных и иных качеств личности.

Достоинство - самооценка личности, осознание ею своих качеств, способностей, мировоззрения, выполненного долга и своего общественного значения (субъективная оценка личности).

Необходимо отметить, что в ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) также закреплено такое понятие, как деловая репутация. Она принадлежит не только гражданину (военнослужащему), но и юридическим лицам.

Деловая репутация - складывается в процессе профессиональной, производственной, посреднической, торговой и иной деятельности гражданина или юридического лица.

Честь и достоинство гражданина, в том числе военнослужащего, являются нематериальными благами, приобретаемыми ими в силу рождения. Они существуют независимо от их правовой регламентации, неотчуждаемы и непередаваемы другим лицам. Конституция Российской Федерации гарантирует каждому возможность защиты указанных прав, в том числе и судебной. Военнослужащие пользуются установленными для граждан Российской Федерации правами и свободами с ограничениями, определяемыми условиями военной службы, и с учетом действующего законодательства. На них возлагаются конституционные, другие общегражданские обязанности, а также общие, должностные и специальные обязанности по защите и подготовке к вооруженной защите Отечества.

Статья 5 Федерального закона "О статусе военнослужащих Федеральный закон Российской Федерации от 27.05.1998 №76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (в ред. Федерального закона от 22.07.2010 №159-ФЗ) // Российская газета, №104, 02.06.1998." определяет дополнительные правовые гарантии осуществления защиты чести и достоинства военнослужащих. В то же время данная статья не закрепляет правовую защиту деловой репутации военнослужащих. В связи с этим считаю необходимым раскрыть понятие деловой репутации применительно к военнослужащим как к гражданам, имеющим особый правовой и социальный статус.

В силу того что военнослужащие выполняют особые обязанности по защите и подготовке к вооруженной защите Отечества, они имеют особый как социальный, так и правовой статус. В связи с этим честь, личное достоинство, а также деловая репутация военнослужащих находятся под особой правовой защитой со стороны государства. Поэтому ст. 5 Федерального закона "О статусе военнослужащих" обеспечивает дополнительные правовые гарантии защиты данных нематериальных благ. Так, вышеуказанная статья устанавливает, что военнослужащие находятся под защитой государства. Никто не вправе вмешиваться в служебную деятельность военнослужащих, за исключением лиц, уполномоченных на то федеральными конституционными законами, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также Уставом внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, Дисциплинарным уставом Вооруженных Сил Российской Федерации, Уставом гарнизонной и караульной служб Вооруженных Сил Российской Федерации. Оскорбление военнослужащих, насилие и угроза применения насилия, посягательство на их жизнь, здоровье, честь, достоинство, жилище, имущество, а равно другие действия (бездействие), нарушающие и ущемляющие их права в связи с исполнением ими обязанностей военной службы, влекут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Деловой (служебной) репутацией обладают все военнослужащие Вооруженных Сил Российской Федерации. Для более полного раскрытия понятия деловой репутации военнослужащих необходимо провести классификацию деловой репутации военнослужащих в зависимости от:

1) способа поступления на военную службу:

- проходящие военную службу по призыву;

- проходящие военную службу по контракту;

2) воинского звания:

- военнослужащие, проходящие военную службу в воинском звании рядового;

- военнослужащие, проходящие военную службу в воинском звании сержантов (старшин);

- военнослужащие, проходящие военную службу в воинском звании лейтенанта и т.д.;

3) занимаемой воинской должности:

- должности руководящего состава (командиры подразделений, воинских частей, соединений и объединений);

- должности, имеющие вспомогательный характер, направленный на обеспечение деятельности вышеуказанных воинских должностей.

В соответствии с действующим законодательством Российской Федерации за посягательства на вышеназванные нематериальные блага граждан (военнослужащих) установлены различные виды юридической ответственности.

В настоящей статье будут раскрыты вопросы, касающиеся гражданско-правовой защиты чести, достоинства и деловой (служебной) репутации военнослужащих.

Так, к гражданско-правовой ответственности можно отнести следующие правовые средства воздействия на то лицо, которое посягнуло на честь, достоинство и деловую (служебную) репутацию военнослужащего: способы защиты, предусмотренные ст. 12 ГК РФ (признание права; восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; самозащита права; возмещение убытков; компенсация морального вреда, а также иные способы, предусмотренные законом). При этом в соответствии с законодательством моральный вред компенсируется лишь при наличии вины причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. В частности, независимо от вины моральный вред компенсируется, если он причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Из п. 2 ст. 150 ГК РФ следует, что гражданско-правовая защита нематериальных благ (неимущественных прав) возможна в двух случаях. Во-первых, когда существо нарушенного права (блага) и характер последствий этого нарушения допускают возможность использования общих способов гражданско-правовой защиты, указанных выше, и, во-вторых, тогда, когда для защиты этих прав в ГК РФ или иных законах предусмотрены специальные способы. Такие специальные способы установлены для защиты чести, достоинства и деловой репутации граждан и юридических лиц, для защиты права на имя, а также для защиты интеллектуальной собственности (Закон Российской Федерации "Об авторском праве и смежных правах" от 9 июля 1993 г. N 5351-1, Патентный закон Российской Федерации от 23 сентября 1992 г. N 3517-1, Закон Российской Федерации "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" от 23 сентября 1992 г. N 3520-1).

При этом следует иметь в виду, что нередки случаи, когда для защиты нематериальных благ (прав) одновременно могут использоваться как специальные, так и общие способы защиты. Как правило, среди общих способов чаще всего используются такие, как возмещение причиненных убытков и компенсация морального вреда. Например, защита жизни, здоровья, личной свободы и неприкосновенности осуществляется на основании норм гл. 59 ГК РФ, предусматривающих возмещение убытков (утраченного заработка, дополнительных расходов и т.п.) и компенсацию морального вреда. При этом размер подлежащих возмещению убытков и порядок их подсчета устанавливаются законом.

Для защиты чести, достоинства, деловой репутации гражданина (военнослужащего) наряду с другими способами (гражданскими и уголовно-правовыми) гражданским законодательством предусмотрен специальный способ восстановления нарушенных прав (ст. 152 ГК РФ: опровержение распространенных порочащих сведений). Этот способ может быть использован, если есть совокупность трех условий.

Во-первых, сведения должны быть порочащими. В основу оценки сведений как порочащих положен не субъективный, а объективный признак. В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" от 24 февраля 2005 г. N 3 отмечено, что порочащими являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Во-вторых, сведения должны быть распространены. В указанном выше Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации сказано, что "под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу".

В-третьих, сведения не должны соответствовать действительности. При этом необходимо заметить, что в ч. 1 ст. 152 ГК РФ закреплен принцип "презумпции невиновности" потерпевшего: сведения считаются не соответствующими действительности до тех пор, пока распространивший их не докажет обратное. На истце лежит обязанность доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Порядок опровержения порочащих сведений, которые были распространены в средствах массовой информации (далее - СМИ) регламентирован в Законе Российской Федерации "О средствах массовой информации" от 27 декабря 1991 г. N 2124-1 (с изменениями и дополнениями). Помимо требования о том, что опровержение должно быть помещено в тех же СМИ, в которых были распространены порочащие сведения, Закон установил, что оно должно быть набрано тем же шрифтом, на том же месте полосы. Если опровержение дается по радио или телевидению, оно должно быть передано в то же время суток и, как правило, в той же передаче, что и опровергаемое сообщение.

В ст. 152 ГК РФ регламентирован порядок опровержения сведений, содержащихся в документе, исходящем от организации (воинской части), в связи с чем такой документ подлежит замене или отзыву. В данной ситуации речь может идти об аттестации Приказ Министра обороны Российской Федерации "О порядке организации и проведения аттестации офицеров и прапорщиков (мичманов) Вооруженных Сил Российской Федерации" от 6 апреля 2002 г. N 100. военнослужащего или о составлении служебной характеристики, объективно не отражающих морально-деловые качества, уровень профессиональной подготовки, дисциплинированность, организованность в работе, работоспособность и т.д. Подтверждением данной нормы может служить судебная практика.

Так, из Определения Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам 1996 г. N 56-В96 пр-13 по заявлению Ч. следует, что "последний обратился в суд с иском к командиру воинской части об опровержении сведений, умаляющих его честь и достоинство, и о компенсации морального вреда. В заявлении Ч. указал на то, что приказами командира воинской части ему объявлены строгий выговор и неполное служебное соответствие. Впоследствии решением военного суда гарнизона эти приказы признаны незаконными. Полагая, что командир распространил сведения, не соответствующие действительности, истец просил суд обязать командира опровергнуть эти сведения путем издания соответствующего приказа и довести его до личного состава части и компенсировать моральный вред в размере 5 млн. руб. Решением суда, оставленным без изменения последующими судебными инстанциями, в пользу Ч. взыскана компенсация морального вреда в размере 100000 неденоминированных рублей. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации удовлетворила протест, внесенный в порядке судебного надзора, отменила судебные постановления по делу и направила его на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям. Наряду с требованием о компенсации морального вреда истец просил суд обязать командира воинской части опровергнуть распространенные им не соответствующие действительности сведения путем издания соответствующего приказа и доведения его до личного состава части. При этом истец обосновывал свои требования ссылками на п. 5 ст. 18 Закона (1993 г.) "О статусе военнослужащих" и на ст. 152 ГК РФ.

В судебном заседании Ч. подтвердил свои требования в полном объеме и пояснил, что незаконные приказы, содержащие не соответствующие действительности сведения, были оглашены командиром части на совещании командиров, в результате были опорочены его честь и достоинство.

Президиум краевого суда в своем постановлении указал, что суд первой инстанции не должен был обсуждать вопрос о законности издания военным командованием приказов о привлечении Ч. к дисциплинарной ответственности, в том числе и с точки зрения соответствия действительности изложенных в них сведений. С данным выводом согласиться нельзя.

Требование Ч. об опровержении содержащихся в приказах о привлечении его к дисциплинарной ответственности сведений заявлено после того, как решением военного суда гарнизона эти приказы были признаны незаконными, поскольку не подтвердились обстоятельства, послужившие основанием к их изданию. В связи с тем, что указанное судебное решение имеет преюдициальное значение при разрешении спора, суд обсуждать вопрос о законности приказов не вправе, а исходя из заявленного истцом требования он должен лишь решить, порочат ли содержащиеся в приказах сведения его честь и достоинство и были ли они распространены ответчиком. Таким образом, заявленные истцом требования об опровержении сведений, умаляющих его честь и достоинство, и компенсации морального вреда взаимосвязаны и подлежали рассмотрению в полном объеме.

При новом рассмотрении дела суду следует устранить отмеченные недостатки, рассмотреть заявленные истцом требования в полном объеме, дав им надлежащую правовую оценку".

Также необходимо отметить то, что в законодательстве не закреплен порядок требования опровержения сведений, порочащих честь, достоинство и деловую (служебную) репутацию граждан (военнослужащих), в связи с чем возникает вопрос: необходимо ли предварительное обращение гражданина (военнослужащего) в СМИ, опубликовавшие порочащие сведения, или нет перед тем, как обратиться в суд для защиты своих законных интересов? По мнению автора, обращение гражданина (военнослужащего) в СМИ, в которых, по мнению последнего, были нарушены его права, необязательно для обращения в суд с требованием о возмещении нарушенных прав.

Так, в вышеназванном Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации закреплено, что "если действия лица, распространившего не соответствующие действительности порочащие сведения, содержат признаки преступления, предусмотренного статьей 129 Уголовного кодекса Российской Федерации (клевета), потерпевший вправе обратиться в суд с заявлением о привлечении виновного к уголовной ответственности, а также предъявить иск о защите чести и достоинства или деловой репутации в порядке гражданского судопроизводства. Отказ в возбуждении уголовного дела по статье 129 Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращение возбужденного уголовного дела, а также вынесение приговора не исключают возможности предъявления иска о защите чести и достоинства или деловой репутации в порядке гражданского судопроизводства".

В ст. 152 ГК РФ установлено, что гражданин, в отношении которого средствами массовой информации опубликованы сведения, ущемляющие его права или охраняемые законом интересы, имеет право на комментарий, реплику и опубликование своего ответа в тех же средствах массовой информации в целях обоснования несостоятельности распространенных суждений, предложив их иную оценку. Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением.

Специальные способы защиты - дача опровержения или ответа применяются независимо от вины лиц, допустивших распространение таких сведений.

ГК РФ закреплен еще один специальный способ защиты чести, достоинства и деловой репутации граждан при анонимном распространении сведений: признание судом распространенных сведений не соответствующими действительности. В Гражданском процессуальном кодексе Российской Федерации (ГПК РФ) порядок рассмотрения таких требований не установлен. Очевидно, они должны рассматриваться в порядке особого производства, предусмотренного для установления фактов, имеющих юридическое значение (гл. 28 ГПК РФ). Этот же порядок, очевидно, может быть использован, если распространителя нет (смерть гражданина или ликвидация юридического лица).

К случаям анонимного распространения сведений не относятся публикации в СМИ без указания их автора. В этих случаях всегда есть распространитель, а следовательно, ответственным лицом выступает данное СМИ.

Требования о защите чести, достоинства и деловой репутации являются требованиями о защите неимущественных прав, в связи с чем на них в силу ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.

В соответствии с п. 2 ст. 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Можно отметить, что вопросы компенсации морального вреда урегулированы законодателем весьма последовательно в отношении вреда, причиненного личным неимущественным правам и нематериальным благам. В то же время нормы о компенсации морального вреда, причиненного нарушением имущественных прав граждан, носят бланкетный характер и создают определенные трудности для правоприменителей. В соответствии с п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2000 г. N 9 моральный вред, связанный с нарушением имущественных прав граждан, подлежит компенсации только при наличии специального указания об этом в законе; в законодательстве Российской Федерации не содержится указаний о возможности компенсации морального вреда, причиненного военнослужащим нарушением их имущественных прав. Поэтому, констатирует Пленум, в тех случаях, когда военнослужащие оспаривают в суде действия должностных лиц, причинившие им только имущественный вред, такой, как: невыплата денежного довольствия, компенсаций, невыдача различных видов довольствия, невыделение жилого помещения - компенсация морального вреда не производится.

Следовательно, в связи с тем, что в российском законодательстве нет норм, позволяющих компенсировать моральный вред, причиненный при нарушении имущественных прав военнослужащих, можно предположить, что право военнослужащего в данном случае ограничено.

Правовые проблемы компенсации морального вреда при нарушении имущественных прав военнослужащих были отмечены профессором А.В. Кудашкиным Кудашкин А.В. Правовые проблемы компенсации морального вреда при нарушении имущественных прав // Право в Вооруженных Силах. 2000. N 8.. Одна из проблем состоит в решении вопроса о том, распространяется ли действие норм ГК РФ, применяемого в основном к правоотношениям, возникающим из внедоговорных обязательств, на административно-правовые отношения в публично-правовой сфере (т.е. на правоотношения, возникающие при прохождении военной службы). Однозначного ответа А.В. Кудашкин не дает. Он отмечает, что не хватает нормативного правового акта, прямо указывающего на возможность военнослужащих реализовать право на компенсацию морального вреда при нарушении имущественных прав, но вместе с этим предлагает вариант доказывания такой возможности. А именно: в соответствии с п. 5 ст. 18 Федерального закона "О статусе военнослужащих" от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ возмещение морального вреда и убытков, причиненных военнослужащим государственными органами, производится в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. В качестве такого закона в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 указывается Закон Российской Федерации "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" от 27 апреля 1993 г. N 4866-1, в соответствии со ст. 7 которого моральный вред, нанесенный гражданину признанными незаконными действиями (решениями), возмещается через суд в установленном ст. 151 ГК РФ порядке.

Таким образом, можно сделать вывод, что именно указанный Закон Российской Федерации от 27 апреля 1993 г. N 4866-1 является тем законом, который дает основания военнослужащему требовать компенсации морального вреда, причиненного в результате нарушения его имущественных прав при исполнении обязанностей военной службы, при условии, что это явилось следствием признанных судом незаконными действий и решений соответствующих, в основном воинских, должностных лиц.

К сожалению, такой вариант доказывания не нашел широкого распространения в судебной практике. Но вместе с тем к этому варианту не пришлось бы обращаться, если бы в Федеральном законе от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ была сохранена приемлемость с Законом Российской Федерации "О статусе военнослужащих" от 22 января 1993 г. N 4338-1, в ст. 18 которого было прямо указано, что "государство гарантирует военнослужащим возмещение морального вреда, причиненного противоправными действиями должностных лиц в результате несоблюдения условий контракта, незаконного лишения прав и льгот и в некоторых других случаях".

В соответствии со ст. 55 Конституции Российской Федерации в государстве не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина. Почему в нарушение требования Конституции Российской Федерации из Федерального закона "О статусе военнослужащих" исчезла формулировка о праве на компенсацию морального вреда, для автора остается непонятным.

Приведем простой пример: в воинской части проходят военную службу военнослужащие, а также работает гражданский персонал, деятельность которого регулируется нормами трудового законодательства. В связи с недофинансированием из бюджета командир воинской части не смог обеспечить в течение нескольких месяцев своевременную выплату как денежного довольствия, так и заработной платы.

В российском трудовом законодательстве существует несколько видов восстановления нарушенного права и компенсации понесенного вреда, некоторыми из которых являются взыскание заработной платы с учетом ставки рефинансирования, возмещения морального вреда. В последнем случае можно наблюдать парадоксальную ситуацию, проявляющуюся в неравенстве граждан в защите своих правах. А именно: в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается!

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба, т.е. возможность гражданскому работнику испытывать моральные страдания при невыплате ему заработной платы презюмируется действующим законодательством. А вот военнослужащий, исходя из судебной практики, обобщенной в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2000 N 9, не имеет законодательного права испытывать ни физических, ни нравственных страданий, если в отношении его нарушено аналогичное имущественное право, и соответственно не имеет права на компенсацию морального вреда.

Согласно ст. ст. 6, 55 Конституции Российской Федерации каждый гражданин Российской Федерации обладает на ее территории всеми правами и несет равные обязанности, а права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Возникает закономерный вопрос: во имя каких таких интересов государства, безопасности и обороны ограничено право военнослужащего на компенсацию морального вреда, если данный вред возник из-за нарушения имущественных прав?

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 указывается, что отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда. Моральный вред может заключаться во временном ограничении или лишении каких-либо прав.

Своевременное необеспечение военнослужащего видами довольствия, невыплата денежного содержания, необеспечение жильем по своей сути является ограничением прав как таковых. Как отмечает профессор К.В. Фатеев, нарушение имущественных прав человека в некоторых случаях может причинить больший вред психическому и физическому состоянию человека, чем нарушение неимущественных прав (например, оскорбление чести). В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье отнесены к неимущественным правам личности. Всемирная организация здравоохранения определяет здоровье как состояние полного социального, психического и физического благополучия Устав (Конституция) Всемирной организации здравоохранения // Всемирная организация здравоохранения. Основные документы. Женева, 1977. С. 5.. Из этого следует, что к посягательствам на здоровье можно отнести не только действия, нарушающие анатомическую целостность человека, но и деяния, нарушающие его социальное и психическое благополучие.

Следовательно, военнослужащий, испытывающий физические страдания, выражающиеся, например, в болезненных симптомах (ощущениях): головокружение, тошнота, боль, удушье и т.д.; а также нравственные страдания: страх за свою жизнь, стыд, обида, унижение, а также иные негативные эмоции, может испытывать так называемые моральные страдания вследствие нарушения (ограничения) как личных неимущественных, так и имущественных прав.

Таким образом, права военнослужащего на получение компенсации морального вреда не подлежат ограничению, если существует причинно-следственная связь между причиненным вредом и испытываемыми моральными страданиями, доказанными и обоснованными в соответствии с нормами процессуального законодательства.

Такая позиция разделяется и некоторыми судьями. Так, например, решением одного из гарнизонных военных судов военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, подлежащий увольнению из Вооруженных Сил Российской Федерации по состоянию здоровья, был признан имеющим право на получение жилого помещения во внеочередном порядке. Но, несмотря на судебное решение, военнослужащий не был обеспечен жилым помещением и соответственно не уволен. Воинская часть, где служил военнослужащий, собственного жилищного фонда не имела, строительство не вела, поэтому командир воинской части написал соответствующее ходатайство в вышестоящий орган военного управления, тот - в квартирно-эксплуатационный орган и т.д. Ответ был один: "Подождите". Время шло, проблема не решалась, судебное решение не исполнялось. И тогда военнослужащий еще раз обратился в суд, дабы наказать неисполнительных начальников за несвоевременное обеспечение его жильем и взыскать с них компенсацию за понесенный моральный вред в результате длительного ожидания квартиры и невозможности уволиться. Решением гарнизонного военного суда требования истца о взыскании с командира воинской части определенной денежной суммы в счет компенсации причиненного морального вреда были удовлетворены. В мотивировочной части решения суда было отмечено, что моральный вред подлежит компенсации в связи с тем, что военнослужащий, несомненно, испытывал моральные страдания в связи с неоправданно долгим необеспечением его жилым помещением и ограничением права на жилье как такового. При обжаловании командиром воинской части решения гарнизонного суда окружным военным судом было вынесено определение, в котором было указано, что в соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, но данная денежная сумма должна быть взыскана не с должностного лица, а с соответствующего финансового органа.

Таким образом, судебная практика пополняется положительными примерами возможности компенсации морального вреда, причиненного военнослужащим при нарушении их имущественных прав.

Далее автор хотел бы обратить внимание читателей на то обстоятельство, что существует лишь один вариант компенсации морального вреда, а именно: компенсация морального вреда предусмотрена только в денежном эквиваленте. А данный эквивалент по объективным причинам носит условный характер Эрделевский А.М. Компенсация морального вреда в России и за рубежом. М., 1997.

Преобладание финансового доминанта в возможности работника получить определенную компенсационную выплату не учитывает специфики умаляемого нематериального блага и причиненных страданий. Однако нематериальный вред затрагивает личностную социально-психологическую сферу человека, что не всегда может быть наиболее эффективно компенсировано с помощью денежной выплаты. По мнению некоторых юристов Шведов А.Л. Право работника на компенсацию морального вреда // Адвокат. 2005. N 3., должен быть реализован более гибкий подход к проблеме разработки новых, не известных российскому праву, форм компенсации, учитывающих специфику как трудовой, так и административной отраслей права. В основе выбора критерия наиболее эффективной формы компенсации должны быть интересы каждой конкретной личности. Установить в законодательстве исчерпывающий перечень форм компенсации, использование которых было бы наиболее эффективным для каждого конкретного потерпевшего в каждом конкретном случае, конечно же, не представляется возможным, но закон может прямо предусмотреть не только денежную выплату, но и несколько форм компенсации, чтобы предоставить гражданину (и суду) право выбора среди них одной, наиболее приемлемой, либо нескольких одновременно. Например, одной из форм компенсации морального вреда могло бы быть извинение начальника перед подчиненным, в определенных случаях приносящее последнему наибольшее моральное удовлетворение.

Отсутствие у подчиненного права требовать компенсации вреда в иной, помимо денежной, материальной форме является "камнем преткновения" на пути максимально оперативного и эффективного восстановления нарушенного права личности, если, например, известно, что какая-либо вещь, работа или услуга лучше всего сможет сгладить негативные изменения психической сферы потерпевшего. На данном этапе законодательство России не предоставляет таких возможностей, хотя можно наблюдать определенные примеры в законодательстве некоторых стран ближнего зарубежья, например, Республики Беларусь, Кыргызской Республики, Республики Узбекистан. Правда, данные примеры касаются норм трудового права.

Тем не менее вышеуказанные примеры могут оказать позитивное влияние на развитие военного законодательства в области компенсации морального вреда, причиненного военнослужащим. Хотелось бы отметить, что совершенствование законодательства должно осуществляться с большей степенью применения дифференциации к правам, обязанностям и их ограничениям, чем мы можем это наблюдать на современном этапе развития российского законодательства. И тогда можно будет сказать, что действительно невозможно измерить достоинство человека в презренном металле, потому что на защите человеческого достоинства будет стоять целый арсенал правового инструментария. А на вопрос, вынесенный в заголовок настоящей статьи, можно будет ответить, что военнослужащий не ограничен в своем праве на компенсацию морального вреда, а затем добавить, что он его не компенсирует, потому что все права человека в погонах соблюдены и реализуются своевременно и в полном объеме Козлов В.В. Ограничен ли военнослужащий в праве на компенсацию морального вреда? // Право в Вооруженных Силах, 2007, №2..

Таким образом, честь, достоинство и деловая репутация военнослужащих являются неотъемлемыми объектами материальных благ. Их отчуждение недопустимо. Посягательство на вышеуказанные блага влечет применение мер как гражданской, так и уголовно-правовой защиты Курач С.А. Вопросы защиты чести, достоинства и деловой репутации военнослужащих при прохождении военной службы // Российский военно-правовой сборник N 5: Актуальные проблемы правового обеспечения прохождения военной службы в Российской Федерации. Серия "Право в Вооруженных Силах - консультант". М.: За права военнослужащих, 2006. Вып. 62. С. 135 - 142..

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   Скачать   След >