Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Литература arrow Способы речевого воздействия в лингвистике

Навязывание умозаключений

Тактика навязывания умозаключений (или «инференций») является одной из имплицитных техник манипулирования, которая активизирует в сознании реципиента множественность вариативных интерпретаций действительности и предлагает одну из них как объективно существующую или потенциально возможную. Например:

(24) PROSECUTOR: We believe this is a very, very strong case for the State. If the defendant is doing this poorly even before his bail hearing, Judge, you can imagine how much incentive he`ll have to flee the jurisdiction if you let him out now. (J. Picoult, #3)

В данном примере государственный обвинитель стремится убедить суд в том, что обвиняемый неблагонадежен и опасен и поспешит скрыться от правосудия при первой же возможности. Однако вместо того, чтобы ввести означенную информацию в стандартной форме утверждения от первого лица, рискуя тем самым нарушить правила процессуального порядка (ведь адвокатская этика запрещает домысливание и спекуляцию фактами), представитель обвинения использует дейктик “you”“you can imagine”), который меняет референтный индекс и делает самого судью агенсом интерпретативного действия, снимая ответственность за навязанную инференцию с адресанта. Помимо этого, грамматическая форма сослагательного наклонения, в условии которого приводится довод, подкрепляющий идею деструктивного поведения ответчика в зале суда, способствует валидации следующего за этим умозаключения.

Снижению коммуникативной категоричности при попытке навязать определенную идею также способствует вопросительная форма предложения:

(25) JUDGE: Ms. Sharp, what is the basis for your objection to having the defendant`s mother sit at counsel table?

PROSECUTOR: Judge, what`s to prevent her from writing an entire script for Jacob and passing it to him or whispering in his ear during the course of the trial to coach him into saying or doing something inappropriate and prejudicial? (J. Picoult, #3)

С помощью этой тактики обвинитель как бы снимает с себя ответственность за высказывание ряда потенциально дискредитирующих предположений, спекулятивных по своей природе, оставляя право истолкования за судьей. Использование неопределенного местоимения “something” в сочетании с пейоративными лексемами “inappropriate” и “prejudicial” позволяет подвести к идее, что физическое присутствие матери подсудимого рядом с сыном во время слушаний может спровоцировать дезорганизацию процессуального порядка. В результате, как следует из дальнейшего диалога, судья принимает отрицательное решение и отказывает в ходатайстве адвокату подсудимого.

Одной из вариаций тактики навязывания умозаключений является навязывание пресуппозиций. Под пресуппозицией понимается некий смысловой компонент, часть плана содержания высказывания, которая является по умолчанию истинной и известна как говорящему, так и слушающему. Именно ее наличие является условием осмысленности высказывания. Эксплицитная, вербализованная часть высказывания может быть оспорена, опровергнута - она нуждается в верификации. Пресуппозиция же a priori является истинной, общеизвестной. Прием манипулятивного использования пресуппозиций получил название «навязывания пресуппозиций» или «ассерции, маскирующейся под пресуппозицию». Суть этого приема заключается в том, что семантическая информация, важная для адресанта сообщения, «подается им не как новое знание, требующее осознанного анализа, а как нечто само собой разумеющееся» [Баранов, 2007: 193]. Реципиент воспринимает означенную информацию некритически, сосредотачивая свое внимание на непресуппозициональной части высказывания.

Рассмотрим следующий пример:

(26) WITNESS: Like I said, there isn't a causal link between Asperger's and violence.

PROSECUTOR: If Asperger`s doesn`t make someone violent, how can it be an excuse for someone like Jacob committing a horrific act of violence?

LAWYER: Objection! That`s prejudicial! (J. Picoult, #3)

Мы можем видеть, как обвинитель использует в качестве мишени манипуляции психическое заболевание ответчика, синдром Аспергера, в частности - гипотезу о том, что лица с этим диагнозом отличаются демонстративным отсутствием способности к эмпатии, бесчувственностью и предрасположены к преступному поведению. Несмотря на то, что защита решительно опровергает любые попытки привязать психическое расстройство к якобы совершенному подсудимым преступлению, сторона обвинения стремится к его изобличению путем конструирования причинно-следственных связей. Это достигается при помощи помещения идеи о факте совершенного преступления в пресуппозиональный план высказывания (“Jacob committed a horrific act of violence”), то есть подается как нечто само собой разумеющееся, бесспорное, не воспринимаемое критически. Внимание же слушающих заостряется на собственно интеррогативной части высказывания (“How can it be an excuse?”). Более того, учитывая риторический характер вопроса, он ориентирован не столько на получение ответа, сколько на передачу определенной информации - притом экспрессивно окрашенной (“There is no excuse for Jacob committing a horrific act of violence”).

Проанализируем еще один пример:

(27) PROSECUTOR: He uses a song called “I Shot the Sheriff” as a calming technique?

WITNESS: It has nothing to do with the actual song. It happened to be a melody he liked, and it would soothe him when he was having a tantrum when he was little.

PROSECUTOR: It certainly ties in to his obsession with violent crime, doesn`t it? (J. Picoult, #3)

Как известно, отличительным свойством пресуппозиции является то, что она, в отличие от ассерции, является бесспорной предпосылкой, которая не подвержена действию отрицания. Утвердительное ассертивное предложение “It (certainly) ties in to his obsession with violent crime” содержит те же пресуппозицию, что и отрицательное “It doesn't tie in to his obsession with violent crime”, а именно: “He is obsessed with violent crime”. Именно эта характеристика пресуппозиции делает ее удобным инструментом речевого манипулирования. Ведь реальной ассерцией в этом случае является идея о предрасположенности обвиняемого к совершению тяжкого преступления, однако здесь она подается под видом презумптивного компонента, в то время как привязка песни с говорящим названием, которую так любит ответчик, к его преступным наклонностям - лишь отвлекающий маневр.

 
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Предметы
Агропромышленность
Банковское дело
БЖД
Бухучет и аудит
География
Документоведение
Естествознание
Журналистика
Инвестирование
Информатика
История
Культурология
Литература
Логика
Логистика
Маркетинг
Математика, химия, физика
Медицина
Менеджмент
Недвижимость
Педагогика
Политология
Политэкономия
Право
Психология
Региональная экономика
Религиоведение
Риторика
Социология
Статистика
Страховое дело
Техника
Товароведение
Туризм
Философия
Финансы
Экология
Экономика
Этика и эстетика
Прочее